Google для разбитых сердец - Эмма Гарсия

Такси останавливается в конце улицы. Я роюсь в сумочке в поисках денег и вытаскиваю запасные трусики, обвившиеся вокруг зубной щетки. Водитель терпеливо ждет.

– Поверь мне, красавица, это не конец жизни, – говорит он. – Уже завтра ты поймешь, что все не так плохо.

Я вручаю ему двадцатку и смахиваю ладонью слезы.

– Завтра все будет еще хуже, – качаю я головой. – Для меня это конец. Конец всего.

Водитель отсчитывает мне сдачу.

– Не поддавайся отчаянию, – говорит он.

Я киваю и вылезаю из машины, поскуливая, точно щенок, которому отдавили лапу. Заливаясь слезами и соплями, вставляю в замок ключи. Оказавшись в своей квартире, валюсь на диван как подкошенная и сворачиваюсь калачиком. Жалкие остатки рассудка подсказывают мне, что несколько месяцев назад я действительно ушла от Роба по собственной инициативе. Но я сделала это с одной-единственной целью – доказать ему, что он не сможет без меня жить. В результате я сама себя перехитрила. Выяснилось, он только и ждал, когда я предоставлю ему свободу. Меньше всего на свете он хотел меня вернуть. А теперь все кончено. Мысленно я прокручиваю кадры нашей сегодняшней встречи и, дойдя до того момента, где Роб уходит не оглядываясь, начинаю завывать в голос. Вместо того чтобы скучать по мне, этот гад нашел другую! Как я могу соревноваться с супермоделью? Душевная боль становится невыносимой. Мне надо выпить.

В холодильнике обнаруживается бутылка водки и полбанки выдохшейся кока-колы. Не тратя времени на то, чтобы смешать их в стакане, я отхлебываю сначала одного, потом другого и начинаю расхаживать по кухне, как тигр в клетке. Надо же, какой идиоткой я была! Думала, он будет на коленях умолять меня вернуться, а он еле дождался, когда я умотаюсь! Меня мурыжил пять лет, а с другой рысью помчался к алтарю. Другая, моложе, красивее, заняла мое место, похитила мои надежды, превратила в ничто пять лучших лет моей жизни и вдребезги разбила все, что мы построили вместе.

– Меня выбросили на помойку! – причитаю я, раскачиваясь из стороны в сторону. – Мне дали пинка под зад!

Но как такое могло случиться? Неужели я это заслужила? Я ору во весь голос, крик мой отскакивает от голых стен. Хватаю бутылку и делаю несколько глотков, чувствуя, как водка обжигает мне нутро. Бегу к окну и смотрю на освещенные окна домов, за которыми уютно горят телевизоры, а семейные пары готовят ужин или воркуют, сидя рядом на диване.

Я стою в темноте, совершенно одна, сердце распадается на части, и безнадежность наполняет меня до краев. Сжимая бутылку, возвращаюсь в комнату, падаю на диван и замираю, обхватив руками колени. Одиночество внушает мне ужас. Ужас, который невозможно победить.

– Это несправедливо! – испускаю я дикий вопль. – Мне этого не вынести.

Я мечусь на диване и зову его. Зову, словно он спит в соседней комнате. Словно я надеюсь, что он услышит меня на другом конце города.

В странном зеленоватом свете своего телефона я нахожу на полу бутылку с водкой и отхлебываю из нее. Несколько раз повторяю вслух имя Роба, сначала громко, потом шепотом. Хватаю телефон и нахожу его номер. Я должна услышать его голос. Объяснить, что не могу без него. Он обязательно вернется. Он не может обречь меня на такие страдания. И вот наконец любимый голос звучит в трубке. Но это сообщение, записанное на автоответчике.

– Вы позвонили Робину Уотерсу. К сожалению, сейчас я не могу вам ответить. Прошу вас, оставьте сообщение после сигнала или свяжитесь с моим секретарем по телефону 020-7799-06-07. Спасибо за звонок. Всего доброго.

О, как я люблю этот голос, люблю, люблю, люблю. Неужели я больше никогда не услышу, как он произносит мое имя?! Я снова нажимаю кнопку вызова.

– Вы позвонили Робину Уотерсу…

Снова. И снова. И так бессчетное количество раз.