«Соколы», умытые кровью. Почему советские ВВС воевали хуже Люфтваффе? - Андрей Смирнов

12 сентября 1942 г. такую же картину описал в своем дневнике командир 861-го стрелкового полка 2-й ударной армии Волховского фронта, наступавшей на Синявино (у юго-западной оконечности Ладожского озера) и атакованной Ju87, Ju88 и Не111: «Вражеская авиация все время бомбит. Вся земля дрожит от разрывов бомб. Кажется, что немцы хотят все сровнять с землей. Их боевые машины идут непрерывным потоком и бомбят, бомбят»137 (цитата приведена в обратном переводе с немецкого).

То же самое творилось в те дни и на другом конце огромного советско-германского фронта, под Сталинградом. Страницы мемуаров В.И.Чуйкова, командовавшего тогда 62-й армией Юго-Восточного фронта, просто переполнены упоминаниями о Ju87 и Ju88, «с рассвета до темноты» висевших в сентябре 1942 г. «над городом, над нашими боевыми порядками и над Волгой»138. А ответственный редактор «Красной звезды» Д.И.Ортенберг 12 сентября 1942 г. находился севернее Сталинграда, в расположении 173-й стрелковой дивизии 24-й армии Сталинградского фронта. «Немецкая авиация и здесь господствует, – писал он впоследствии. – Она непрерывно атакует нашу пехоту. В воздухе дикий вой. Это воют специальные приспособления на плоскостях [в действительности – на обтекателях стоек шасси. – А.С.] бомбардировщиков «Ю-87» [...]». Сопровождавший Ортенберга писатель К.М.Симонов насчитал в тот день 390 самолето-пролетов пикировщиков над частями 173-й дивизии...139

22 сентября 1942 г. «Штуки» из 2-й пикировочной эскадры весь день бомбили в Сталинграде плавсредства, обеспечивавшие центральную переправу через Волгу. В тот же день Ju87 свирепствовали и юго-восточнее Ленинграда – там, где немцы начали операцию по окружению прорвавшейся к Синявину советской 2-й ударной армии. А 29 сентября они включились и в развернувшуюся южнее Старой Руссы операцию «Михаэль» – наступление с целью расширения знаменитого «рамушевского коридора», через который шли коммуникации немецкой группировки, занимавшей демянский выступ.

И это при том, что в сентябре 1942 г. во всех боевых частях люфтваффе насчитывалось всего около трех с половиной сотен Ju87 (на 1 июля их было примерно 340, а на 1 октября – 365)!140 А на советско-германском фронте их тогда имелось и вовсе лишь порядка 275: три из двенадцати пикировочных групп люфтваффе сражались в Северной Африке.

Еще более впечатляющие примеры интенсивности использования Ju87 являют боевые действия на северном крыле советско-германского фронта весной 1942 г. Так, в конце марта «Штуки» непрерывно бомбили и части 59-й армии Волховского фронта севернее Новгорода (где те пытались деблокировать окруженную в Любанском «котле» 2-ю ударную армию) и войска 11-й и 1-й ударной армий Северо-Западного фронта юго-восточнее Старой Руссы (где на соединение со своей группировкой, сидящей в Демянском «мешке», наступали уже немцы)... А ведь в марте 1942-го у немцев на всем северо-западном стратегическом направлении было (в составе 1-го воздушного флота) лишь две группы «Штук» (III группа 1-й и I группа 2-й пикировочной эскадры), т.е. всего около 60 Ju87, из которых боеготовыми были лишь порядка 30—35! А в апреле – три группы (добавилась II группа 2-й эскадры), т.е. около 90 «лаптежников», в том числе не более 50—60 боеготовых141. И при этом они помогали своим войскам и у Погостья (юго-восточнее Ленинграда), и у Старой Руссы, и у Холма – в полосе целых трех советских фронтов: Ленинградского, Северо-Западного и Калининского – да еще и бомбили советские корабли на Неве...

Вообще, на советско-германском фронте у немцев никогда не было более 540—550 Ju87142 – но эти немногочисленные по сравнению с советскими Ил-2 машины не простаивали, работали с максимальной отдачей! В главе III нами уже было показано, насколько интенсивнее по сравнению с советскими летали пилоты немецкой штурмовой авиации; обратим сейчас внимание лишь на нагрузку, ложившуюся на «штукапилота» (и его самолет) в течение суток. Капитан А.Бёрст из I группы 2-й пикировочной эскадры, действуя с 25 июля по 28 августа 1943 г. против советских войск в орловском выступе, совершил 100 боевых вылетов, т.е. в течение целого месяца выполнял в среднем по три вылета в день. Обер-лейтенант Т.Нордманн из III группы 1-й пикировочной эскадры с 1 февраля по примерно 20 марта 1943 г. выполнил 200 боевых вылетов, т.е. в течение полутора месяцев поднимался в воздух в среднем по четыре раза в день. С такой же интенсивностью работали и экипажи 2-й эскадры в Белоруссии в июне 1941-го, а во время ожесточенных боев на Орловщине летом 1943-го воевавший в III группе «Иммельмана» капитан Х.У.Рудель в течение трех недель вылетал на боевые задания в среднем уже по пять раз в день: с 24 июля по 12 августа он совершил 100 боевых вылетов143. Не реже (даже, скорее всего, чаще) поднимались в воздух и противостоявшие трем советским фронтам «Штуки» 1-го воздушного флота в марте 1942-го (в этом месяце на каждый исправный бомбардировщик этого флота пришлось по 4 боевых вылета в сутки144, но Ju87 действовали значительно интенсивнее, чем двухмоторные бомбовозы Ju88 и Не111, которые базировались дальше от линии фронта).

Если же аэродромы находились совсем близко от линии фронта, то «лаптежники» вылетали на боевые задания и еще чаще. Как мы уже видели, в первые дни Курской битвы пилоты III группы 1-й пикировочной эскадры совершали по 5—6 боевых вылетов в день. Для сравнения: действовавшая на том же участке штурмовая авиация 16-й воздушной армии Центрального фронта 5 июля 1943 г., имея 109 боеготовых экипажей и 267 исправных Ил-2, совершила всего 225 боевых вылетов – в среднем около 2 на один экипаж и 0,84 на один самолет. А во 2-й воздушной армии Воронежского и 17-й – Юго-Западного фронта интенсивность использования Ил-2 оказалась тогда и того меньше – 372 боевых вылета на 359 боеготовых экипажей и 488 исправных машин, т.е. всего около 1 вылета на экипаж и 0,76 – на самолет...145 30 мая 1944 г., в начале немецко-румынского наступления под Яссами, обер-лейтенант В.Шталер из III группы 2-й штурмовой (бывшей пикировочной) эскадры выполнил 10 боевых вылетов, а 31 мая – 8. Под Сталинградом в декабре 1942-го пилоты I группы «Иммельмана» совершали по десятку вылетов в сутки, а обер-лейтенант Х.У.Рудель в один из дней поднимался в воздух 17 раз!146

Обратим внимание и еще на одно обстоятельство. В сентябре 1942 г. на всем советско-германском фронте у немцев, как уже отмечалось, было не более 275 «Штук» – почти на порядок меньше, чем Ил-2 у советской стороны. И тем не менее Ju87, как мы видели, не давали советским войскам покоя практически везде, где вермахт решал тогда важнейшие стратегические задачи – под Синявином, где немцы стремились не допустить деблокирования Ленинграда; под Ржевом, где врагу надо было удержать нависавший над Москвой ржевско-вяземский выступ; под Сталинградом, где он пытался перерезать коммуникации, по которым поступала бакинская нефть...

Таким образом, грозным оперативно-тактическим оружием самолеты Ju87 сделали не только конструктор Х.Польман и другие инженеры фирмы «Юнкерс», не только опытные летчики, но и немецкие авиационные командиры. Именно они, умело организуя аэродромный маневр и маневр радиусами (т.е. действия в разных направлениях – скажем, по району Синявина и по «рамушевскому коридору» – с одного аэродрома), обеспечивали своевременную концентрацию сравнительно немногочисленных «Штук» на важнейших в данный момент участках советско-германского фронта. Именно они – опять-таки компенсируя относительную малочисленность этих самолетов – обеспечили и высочайшую интенсивность их использования – добившись четкой работы тыловых служб, снабжавших аэродромы горючим и боеприпасами, и наладив надежную связь с наземными войсками. Офицеры связи от пикировочных групп постоянно находились в пехотных и танковых частях, своевременно вызывая на подмогу им по радио свои Ju87 и наводя их на цель147. Быстрота, с которой «лаптежники» приходили на выручку своим наземным войскам, постоянно отмечается в воспоминаниях советских фронтовиков...