«Соколы», умытые кровью. Почему советские ВВС воевали хуже Люфтваффе? - Андрей Смирнов

Высокая результативность бомбовых ударов «Штук» объяснялась прежде всего высокой точностью бомбометания. Здесь сказывались, во-первых, применение наиболее точного его способа – с пикирования – и прекрасная приспособленность самолета Ju87 к нанесению прицельного пикирующего удара. Благодаря высокой прочности конструкции «лаптежник» мог атаковывать цели с крутого пикирования – под углом 60—90° (для Ил-2, как мы помним, пределом были 30°). В немецких источниках описано немало эпизодов, когда «Штуки» пикировали на цель совершенно отвесно – так, что «крылья самолета вибрировали, издавая высокие звуки, подобно призрачному металлическому барабану»111. А ведь чем ближе угол пикирования к 90°, тем в большей степени траектория сброшенной бомбы совпадает с линией прицеливания... Пикировал Ju87 устойчиво, не рыская и, что очень важно, обладал относительно небольшой установившейся скоростью пикирования – 450 км/ч при угле пикирования 70° (здесь, между прочим, помогали не только специальные тормозные решетки, но и пресловутое неубирающееся шасси «лаптежника» – создававшее значительное аэродинамическое сопротивление)112. Это давало пилоту Ju87 больше времени на прицеливание, чем летчику Пе-2, чья машина (из-за большего веса и большего же аэродинамического совершенства) разгонялась на пикировании до 680 км/ч113. Кроме того, медленнее пикирующий «лаптежник» обладал меньшей инерцией и, следовательно, выход из пике мог начинать на меньшей по сравнению с «пешкой» высоте. А значит, и бомбы он мог сбрасывать с меньшей, чем Пе-2, высоты – т.е. опять-таки более точно! Обычно Ju87 освобождались от бомб на высоте 1500—2000 м, но, по свидетельствам немцев, часто пикировали и «почти до самой земли»; во всяком случае, бомбометание они могли осуществлять и с высоты всего 300 м (обер-лейтенант Х.У.Рудель из III группы 2-й пикировочной эскадры, пикируя 23 сентября 1941 г. под углом 90° (!) на линкор «Марат», еще успел после этого вывести «Штуку» – в 3—4 метрах над поверхностью воды – в горизонтальный полет)114. «Пешки» же даже во 2-м гвардейском бомбардировочном авиакорпусе И.С.Полбина – лучше всех других соединений освоившем удар с пикирования – еще летом 1944-го сбрасывали свой бомбовый груз не менее чем с 1000-метровой высоты115. Наконец, пикировавший с относительно небольшой скоростью Ju87 лучше, чем Пе-2, слушался руля направления, так что его летчику легче было в случае необходимости довернуть самолет по курсу, добиваясь более точного прицеливания. Это последнее облегчалось и великолепным бомбовым прицелом «Штуки», и высокой посадкой летчика в кабине, обеспечивавшей прекрасный обзор...

Высокую точность бомбометания обуславливали также высокий уровень подготовки летчиков «Штук» (не зря среди них было популярно изречение: «Если не тренироваться, ничего не получится»116) и все тот же огромный боевой опыт значительной их части. Помимо прочего, этот опыт позволял «штукапилотам» уверенно атаковать и тщательно прицеливаться даже под мощным зенитным огнем. «Многие неопытные летчики, – свидетельствует Х.У.Рудель, – начинали волноваться, но довольно быстро успокаивались, когда слышали по радио, что «старики» посмеиваются над их страхами и даже позволяют себе шутить и напевать. [...] Постепенно все летчики обретали такое же ледяное самообладание»117.

Все это, правда, не исключало ударов по своим войскам; целый ряд таких случаев фиксирует, например, журнал боевых действий 58-го пехотного полка 6-й пехотной дивизии 9-й армии вермахта, оборонявшегося в августе 1942-го у деревни Полунино севернее Ржева. Однако это происходило в условиях, когда советские войска непрерывно атаковали и боевые порядки противников сблизились до предела; по-видимому, подобные ошибки на войне вообще неизбежны. В том же журнале мы находим и сообщения об удачных бомбовых ударах, нанесенных «Штуками» на минимальном расстоянии от переднего края 58-го полка118. А рядовой одного из мотопехотных полков 16-й танковой дивизии 6-й армии вермахта А.Риммер 31 июля 1942 г., во время наступления на Сталинград, наблюдал, как прицельными ударами «Штуки» (вместе с тяжелыми орудиями) уничтожили 12 советских танков, находившихся всего в 50 метрах от немецких окопов119. Подчеркнем, что это свидетельство содержится в личном дневнике; оно было сделано под непосредственным впечатлением от увиденного и не предназначалось для обнародования – а потому заслуживает доверия...

Достоверность подобных свидетельств подтверждают и советские источники – например, воспоминания бывшего офицера 233-й (затем – 46-я гвардейская) танковой бригады Д.Ф.Лозы. Как явствует из них, точность ударов «Штук» была такой, что в конце августа 1944 г., во время Ясско-Кишиневской операции, перед танкистами всего 5-го механизированного корпуса 6-й танковой армии 2-го Украинского фронта встал в качестве жизненно важного вопрос: как избежать прямого попадания бомбы Ju87 в танк М4А2 («Шерман»)? Реальность такой угрозы наглядно показывает описание Д.Ф.Лозой «противобомбового» маневра, изобретенного тогда старшим лейтенантом И.И.Якушкиным из 233-й бригады. «Командир танка видит, как от пикирующего на его машину «Ю-87» отрывается бомба. Она с каждой секундой все ближе, становится крупнее. И офицер с учетом траектории ее полета корректирует дальнейшее движение «Шермана»: рывок вперед – и бомба ложится за кормовой частью танка; сброс скорости или моментальная остановка – султан взрыва перед танком»120. Это работали «иммельманеры» – экипажи давшей большинство немецких асов-пикировщиков 2-й штурмовой (бывшей пикировочной) эскадры «Иммельман»... А «Штуки» 77-й пикировочной, бомбя 23—24 июня 1941 г. позиции 6-й и 42-й стрелковых дивизий 4-й армии Западного фронта восточнее Бреста, согласно докладу командарма-4 А.А.Коробкова, «выводили из строя орудие за орудием»121. Работать столь точно могли, несомненно, только пилоты очень высокой квалификации...