Бестия высшего света - Татьяна Луганцева

– Понятно, пошла своего рода наследственность. Раньше хорошие слуги так и прислуживали хозяевам – из поколения в поколение.

– Точно!

– А в чем суть истории? – спросила Яна, заглядывая Эрику в лицо.

– Перед смертью князь, построивший замок, завещал его…

– Детям своей возлюбленной? – прервала его Яна.

– Не угадала.

– Своим детям?

– Опять мимо.

Яна растерянно похлопала ресницами.

– Своему садовнику, – не стал томить ее Эрик.

– Вот это дружба! Больше, чем дружба! – ахнула Яна.

– Да. И номинально замок стал принадлежать фамилии садовника, ему со временем, перед смертью, дали титул князя, который перешел и его детям. Но они были очень хорошие люди и всегда позволяли проживать в замке потомкам самого князя, воздвигнувшего его. Они понимали некоторую несправедливость, допущенную князем по отношению к своим детям. Те-то не были виноваты, что он так и не прикипел к семье душой, что он всю жизнь мучился бредовой идеей о своей несбывшейся любви.

Эрик плавно остановил машину и посмотрел на Яну.

– Сделаем санитарную остановку? Я перекурю… К самолету мы успеем.

– Конечно! Кстати, если ты устал, я могу сесть за руль, – предложила Яна.

– Нет, нет. Мне надо всего пять минут, и я буду в форме.

– Не доверяешь женщине за рулем? – прищурила хитрые глаза Яна.

– Очень доверяю, но ты слушаешь меня с таким интересом, прямо-таки открыв рот, что, боюсь, пропустишь въезд в туннель или поворот на Цюрих, – засмеялся Эрик, отходя в сторону и закуривая сигарету.

Яна с интересом наблюдала за ним.

– Не знала, что ты куришь.

– Увы. Давно и помногу.

– Эрик, а у тебя есть девушка? Извини, что спрашиваю, это твое личное дело…

– Если спрашиваешь, значит, тебе интересно. Постоянной девушки у меня нет. Перебиваюсь…

– Подножным кормом? – догадалась Яна.

– Случайными подружками, – засмеялся он.

– Что так?

– Да как-то так… Когда-то любил, не сложилось… а потом никто не зацепил…

– А я?! – возмутилась Яна.

– Так было до тебя, конечно.

– А история еще не закончилась? – заинтересовалась она.

– Она из тех времен постепенно вплелась в наши дни.

– Потомки князя влезли в замок и теперь их оттуда не выгонишь? – догадалась Яна.

– Правильно, он уже давно разделен на две половины – в одной живут потомки садовника, а в другой потомки хозяина замка.

– И они враждуют? – поинтересовалась Яна.

– Еще как! – заверил ее Эрик, потушил окурок и вернулся за руль. Машина снова рванула в путь.

– Каждая семья хочет доказать свою правоту владения этим объектом и хочет завладеть всем замком целиком. Были уже и суды, и собирания подписей, и драки… А тут еще объявился потомок возлюбленной князя. Пра-пра-пра-пра…

– Понятно, – кивнула Яна. – Он тоже предъявил свои претензии?

– Точно. Считает, ради его родственницы вся эта красота строилась, значит, ему и должна достаться по наследству.

– Да уж… Хотя что удивляться, из-за комнаты в коммуналке родственники могут друг друга поубивать, а тут целый замок! Странно, что до сих пор еще не убили кого-нибудь.

Эрик странно посмотрел на нее и обронил:

– Вот уж не хотелось бы, чтобы дошло до крайностей.

– Ты так на меня смотришь, словно я за убийство. Я – против, можешь не сомневаться.

– Я и не сомневаюсь, хотя… По-моему, тебя так и тянет сунуть нос не в свое дело.

– Смерти я никому не желаю, – ответила Яна, прикрывая окно, так как у нее уже начала болеть голова от сквозящего ветра. – Я только одно почувствовала, а именно – твою личную заинтересованность.

– Я давно понял, что ты женщина очень проницательная. У меня заинтересованность одна: может пострадать мой друг, чего я, конечно, не хочу.

– И кто же он такой?

– Очень хороший человек и наследник того самого садовника.

– Ах, вот оно что… – вздохнула Яна. – Теперь понятно, почему ты так хорошо знаешь всю эту историю.

– Да уж, можно сказать, из первых уст.

– А почему ты решил, что твой друг может пострадать?

– Густаву в последнее время кто-то угрожает. Причем сам-то он в том ни за что не признается, мне сообщила его экономка Кристина. Я только заметил, что он стал мне реже звонить, ссылаясь на занятость, а голос у него в последнее время какой-то встревоженный, не такой, как обычно. Кристина сказала, что видела в кабинете хозяина какое-то письмо. Читать она его не стала, но готова поклясться, что написано оно было кровью. Густав сильно разозлился, что она вошла в кабинет без спроса, и тут же, прямо на ее глазах, сжег письмо. После этого поведение хозяина изменилось – он плохо спит, вздрагивает от каждого звонка, стал вспыльчивым и раздражительным. А один раз у входа в замок в бидоне, который привозит каждое утро молочник, Кристина обнаружила убитую кошку с запиской.

– Тоже кровавой?

– Нет, простой, но не менее зловещей: «Так будет с каждым гнилым садовником, возомнившим себя князем».

– Это уже посерьезнее, – согласилась Яна. – В полицию отнес?

– Да.

– И что?

– А ничего! Записка сделана на компьютере, отпечатков нет. Замок огромный, а жильцов в нем мало. Они рассредоточились, и никто ничего подозрительного не видел.

– Раз чужих не видели, значит, это дело рук своих! – выпалила Яна.

– Свои были проверены. Да и, как там у вас говорят… – Эрик нахмурился.

– У кого у нас? – спросила Яна.

– У русских. А, вот: не пойман, не вор. Так?

– Так… Только ты забываешь про мотив, а он мог быть только у жителей второй половины замка, – не согласилась с ним Яна. – У нас бы сразу сказали, что милиция… то есть в данном случае полиция купленная и находится на стороне настоящих князей.

– Вот и ты туда же! «Настоящих князей…» А Густав не настоящий? Между прочим, многие князья когда-то были простолюдинами, до того как им дали титул. А садовник заслужил его верой и правдой, огромным трудом и верной службой человеку, от которого отвернулись все, в том числе и родственники.

– Понятно, что ты заботишься о своем друге, – сказала Яна.

– Если бы ты видела потомка князя Леона, ты бы тоже встала не на его сторону, – усмехнулся Эрик. – Я-то в это дело не суюсь, в отличие от своего брата. Считаю, что суд должен разобраться.

– Брата? – не поняла Яна. – У тебя есть брат?