Большая книга ужасов. Прогулка в мир тьмы - Светлана Ольшевская

Собственно, сказок с похожим сюжетом я читала немало, даже в этой книжке имелась пара вариаций, но именно под данной сказкой была сноска, за которую сразу же зацепились мои глаза.

«Поверья буквально всех народов приписывают яблоне множество мистических свойств. (Далее шел длинный перечень народов, у которых она была священным деревом, и несколько связанных с ней ритуалов.) Существует древнее языческое предание, что это дерево является своеобразным связующим звеном между верхним и нижним мирами. Любопытно, что в этом случае, по поверью, из-под корней яблони обязательно бьет родник».

Я не сдержалась и ахнула. Перед моими глазами моментально предстала яблоня с ленточками, которую мы видели, когда ехали сюда. Я уже успела о ней забыть, а ведь когда-то уже читала о таких свойствах яблони! Правда, подумала тогда, что мне это никак не поможет, я ведь в яблоню не войду, как эта девочка из сказки.

Алевтина покосилась на меня, но я не подала виду – тупо смотрела в книжку, а сама думала. Раз это место считается дурным и яблоне делают подношения в виде монеток и ленточек, стало быть, там действительно что-то нечисто. Не зря и свернули мы туда, хотя водитель знал дорогу.

Стало быть, это и есть проход, нужно только знать секрет, как им воспользоваться!

Да, порасспросить бы об этом девочку из сказки! Ее-то уж коровушка наверняка всему, что нужно, научила. Интересно еще знать, что это за корова такая была…

И тут я вдруг вспомнила, как Алевтина обмолвилась при нашем первом разговоре – место это близко, совсем рядом!

Я не сдержалась и снова ахнула. Куда же меня в таком случае везут? И почему мне так страшно? Опять, что ли, интуиция дурное предчувствует, а я не могу понять, что именно?

Я тяжело выдохнула воздух.

– Что ты там такое ошеломляющее вычитала? – осведомилась Алевтина.

Ни в коем случае нельзя было подавать виду.

– Про шапку-невидимку и сапоги-скороходы, что еще может быть ошеломляющего в сказках! – хмыкнула я, криво улыбнувшись. – Просто… мне нехорошо. Что-то с желудком, – я старательно поморщилась. – Похоже, не стоило мне тот бутерброд есть на обед. Да еще и укачало, чувствую себя отвратительно. У вас нет активированного угля?

Она молча вынула из сумочки блистер и подала мне. Я жадно проглотила две таблетки, запила и со страдальческим видом улеглась на полку.

Разумеется, с моим желудком было все в порядке, просто с этого момента я перестала доверять Алевтине. Слишком много несоответствий оказалось в ее словах…

Но куда она меня везет?!

Сорокино, Сорокино… Стародурово… И вдруг меня словно озарило молнией – я вспомнила, что такое Сорокино. И снова ахнула, правда, тут же застонав для Алевтины.

Сорокино… В зловещую деревню Холмище, где я чуть не стала добычей нежитей и с трудом ускользнула из сетей старого колдуна, не шли ни поезда, ни автобусы. Ближайшим к ней населенным пунктом была деревня Сорокино!

Конечно, название редким не назовешь, и это можно было бы счесть за совпадение… если бы не Стародурово. Как мне сказали в том самом Сорокине, есть у них неподалеку населенный пункт и с таким названием. А это уже слишком много совпадений получается.

Так вот куда я, глупенькая и доверчивая, еду. К тому самому колдуну! К Деду! Хотя, быть может, Алевтина просто не в курсе, что я уже имела с ним дело и еле вырвалась?

Но снова вспомнились мне ее слова. О долгах и обещаниях, которые вынуждают нас делать то, чего мы не хотим. Она повторила это дважды – один раз по делу, речь шла о данном мне обещании, а второй раз – непонятно почему, после того странного телефонного разговора. Впрочем, теперь понятно, с кем и о чем был разговор.

Этому колдуну повиновались многие ведьмы, именно там они получали колдовскую силу. Может быть, он узнал, что я нахожусь у Алевтины, и решил стребовать с нее какой-нибудь давний долг таким способом? Ведь я ему нужна, очень нужна… Так вот зачем Алевтина велела мне снять сторожевой знак – чтобы я не почувствовала приближения опасности!

Но она забыла про мою интуицию. Да еще… хорошо все-таки, что я ей про черную комнату не сказала. Не знаю, кто там живет, но он знает об Алевтине больше моего. И он явно не на ее стороне. Не хотелось мне рассказывать – и правильно не хотелось! Интуиция…

Я встала. Алевтина отреагировала мгновенно:

– Ты куда?

Только теперь я поняла, что она не даст мне уйти. Не знаю как, но не даст, хотя прежде добросовестно отговаривала.

Я мгновенно оценила обстановку. Рюкзачок мой, раскрытый, валяется на краю полки, вещи и продукты частично вывалены, – отлично, пусть там все и лежит. Ничего важного в нем все равно нет, самое нужное рассовано по карманам брюк, а деньги спрятаны в потайном кармашке блузки. Сам рюкзачок мне Лилька, надеюсь, простит, а ветровку я, по счастью, не удосужилась снять. Книжку со сказками жалко – она так и останется здесь, на столике, где я бросила ее открытой, обложкой кверху. Но что поделаешь, чем-то придется пожертвовать. А вот кроссовки я не оставлю, они у меня любимые!

– В туалет, – ответила я наконец Алевтине и стала переобуваться.

– А кроссовки зачем? – приподняла она бровь.

– Вы когда-нибудь в вагонных туалетах бывали? – хмыкнула я. – Там обычно такая лужа, что в тапочках утонуть можно!

Ей пришлось согласиться. Но в этот момент поезд остановился на какой-то станции.

– Черт, придется подождать, – страдальчески поморщилась я и схватилась за живот.

– Ничего, он здесь стоит три минуты, – утешила меня Алевтина. – Ждать недолго.

– Что ж – подожду недолго.

Потому что на станции она мне точно удрать не даст, догонит. А гляди ты, знает время стоянки, небось часто туда катается!

Наконец поезд снова тронулся, и я мигом вскочила. Взяла из сумки рулончик бумаги и заторопилась к туалету. Краем глаза заметила, что Алевтина тоже вышла из купе и сделала вид, что дышит воздухом у окна.

Признаюсь, до сих пор я не обращала внимания на размеры форточек в вагонных туалетах. Но, на мое счастье, здесь она открывалась достаточно, чтобы моя скромная персона смогла протиснуться.

Я осторожно высунула голову – страшновато. Никогда не прыгала из окна поезда. Примерилась так, потом этак, в конце концов решила, что лучше для начала перелезть на крышу, а там уже искать удобный момент для прыжка, иначе убьюсь.

– С тобой все в порядке? – раздалось из-за двери.

Чертова надзирательница!

– Бывало лучше! – простонала я страдальчески. – Надеюсь, жить буду.

Я и правда на это очень надеялась, когда вылезала в форточку. Но, видимо, высшие силы в этот день мне благоволили, на крыше поезда я оказалась без происшествий. Так же без проблем добралась до сцепки вагонов и стала примеряться, как удобнее спрыгнуть. Но все равно уцелеть при этом казалось нереальным.