Корну - Лев Соколов

– Но вы же говорили, что при побеге весь персонал был уничтожен, а базу вообще взорвали. – Роман поежился и поднял ворот. – Как он смог уцелеть?

– Чудом. В буквальном смысле этого слова. Его обнаружил отряд, который пытался пробраться в комплекс после взрыва. Это было через двенадцать часов после инцидента. Они пытались пройти через одну из вентиляционных шахт и там обнаружили доктора. Но дело даже не в этом, а в том, что у него было сквозное пулевое ранение головы. Пуля вошла в лоб, прошла между двумя полушариями, и вышла из затылка, не повредив мозг. Этот человек в рубашке родился, иначе и не скажешь.

– Такое возможно? – с сомнением спросил Роман.

– Человек по сути своей вообще чрезвычайно живуч, – пожал плечами Виннеке. – Как видите, возможно.

– И где он сейчас живет? – поинтересовался Роман.

– Здесь. В этом городе.

– Он до сих пор работает на вашу контору?

– Нет. – Виннеке покачал головой. – После того инцидента он долго лечился. Сейчас получает пенсию по нетрудоспособности.

– И вы все это время не знали, что он живет у вас под носом?

– Мы же не занимаемся каждым инвалидом. Только сейчас, в связи с доследованием, начали шерстить архивы. Вот имя и выплыло.

– Ну хорошо. А я-то здесь при чем?

– Мы хотим, чтобы вы… поговорили с этим человеком.

– Я что, должен допросить его? – уточнил Роман.

– Ну… – Виннеке состроил неопределенное выражение лица. – Можно и так сказать. Допрос – это слишком официально. Форму беседы вы сможете выбрать сами.

– Что-то я пока вообще ничего не понимаю. А почему вы сами не хотите его допросить? Зачем вам нужен я?

– На это есть причины, – поморщился Виннеке. – Одна из них – я совсем не уверен, что работа в СНБ оставила у доктора приятные воспоминания. Возможно, с представителем другого ведомства он гораздо охотнее пойдет на контакт.

– Но я не такой уж большой специалист по допросам, – сказал Роман. – У меня еще и двух месяцев стажа в полиции нет. Вы об этом, случайно, не забыли?

– Мы это учитываем, – улыбнулся майор. – Поверьте, для той услуги, что мы от вас просим, вашего, пусть пока и скромного опыта, будет вполне достаточно.

– Ну хорошо, но я не понимаю, что вы хотите от него услышать? Разве после инцидента его не допрашивали?

– Допрашивали, конечно. Еще тогда, при первом расследовании. Как только он достаточно оправился, чтобы говорить, с ним сразу побеседовали. Есть отчет, но там нет ничего полезного для нас.

– А что он рассказал?

– Вкратце. Он рассказал, как в его комнату вошел подопытный с пистолетом и выстрелил в него. Самое интересное, что он даже не потерял сознание, только упал на пол. Видимо, после выстрела в голову ни у кого не возникло сомнения в том, что он мертв. Потом он смог добраться до системы вентиляции и попробовал выбраться наружу, но потерял сознание. Там его и нашли спасатели. Кстати, если бы спасатели не разрушили наружную защиту вентиляционного выхода, сам бы он никогда не смог бы этого сделать. А ведь они вполне могли выбрать для спуска другой вентиляционный канал. Так что этот доктор – просто невероятный счастливчик.

– Счастливчик бы не схлопотал пулю в голову, – проворчал Роман.

– Да… Как видите, ничего полезного доктор тогда не сообщил. Ни на первом допросе, ни на последующих. Он не смог объяснить, как подопытные выбрались из камер и как захватили комплекс.

– Если он ничего не смог сказать тогда, что вы собираетесь услышать от него сейчас?

– А нам вовсе не нужно, чтобы вы расспрашивали его о событиях двадцатилетней давности.

– О чем же тогда я должен с ним говорить?

– Вот возьмите. – Виннеке протянул ему монокристалл. – Здесь несколько имен и фотографий. Это бывшие подопытные. Все, что вам нужно сделать, это прийти к доктору и во время беседы сообщить ему, что полиция заинтересовалось этим старым делом. О том, что это дело передано СНБ, лучше пока не упоминать.

– Я должен сказать ему, по каким причинам возобновили дело?

– Скажите правду. Дело открыто в связи с убийством человека по имени Горемысл Наволод. Потом покажите доктору список с фотографиями его бывших… подопытных. И спросите, не видел ли он кого-нибудь из этих людей уже после инцидента.

– Что еще?

– Это все. Я буду признателен, если вашу беседу вы запишите и потом перешлете мне. У вас ведь браслет с функцией диктофона.

– Да, – сказал Роман.

– Ну и отлично.

– По-моему, вы мне что-то не договариваете, – сказал Роман, посмотрев на Виннеке.

– Почему вы так решили? – удивился майор.

– Знаете, что я думаю по этому поводу?

– Любопытно.

– Сдается мне, вы подозреваете, что доктор Готлиб связан с этим делом не только как потерпевший. Вот и решили послать меня к нему с известием, что делом занялась полиция. А сами потом будете наблюдать, куда он побежит и кому позвонит.

– Знаете, господин Вица, а вы умнее, чем показались мне при первой встрече.

– Даже не знаю, радоваться ли такому комплименту… – пробормотал Роман.

– Так вы согласны нам помочь? – спросил майор.

– Честно говоря, господин Виннеке, теперь это дело не вызывает у меня большого энтузиазма. – Роман покачал головой.

– Почему? Я помню, когда мы в первый раз встретились и я забрал у вас подозреваемых, вы с коллегами не очень-то хотели их отдавать. – Виннеке внимательно поглядел на него. – Что изменилось?

– Потому что тогда для нас… Во всяком случае, для меня, это было чисто уголовное дело, – объяснил Роман. – Убили человека. Все было ясно: я хороший парень, полицейский, ищу плохих дядек, убийц. А потом оказалось, что мы разворошили грязное белье Госбезопасности. Все эти эксперименты… Да еще и с детьми. Все это как-то поубавило у меня рвения. Одно дело разыскивать плохишей, и совсем другое – жертв экспериментов, которые позволяло себе когда-то МГБ.

– Ну, бросьте, Роман, – развел руками Виннеке. – Конечно, то, что сделали в свое время с этими людьми, – ужасно. Но сейчас они бегают по городу и убивают друг друга, как пауки в банке, а мы даже не знаем зачем. Я не могу отвечать за то, что происходило еще до того как я окончил школу. Но нужно же теперь прекратить в городе эти разборки с трупами. Неужели вы думаете иначе?

Роман помолчал.

– Ну хорошо, – сказал он. – Я поговорю с ним. Когда это нужно будет сделать?

– У вас ведь, кажется, завтра выходной?

– Намечался до разговора с вами.

– Сделайте это завтра, Роман. Мы вам будем очень признательны. На кристалле, который я вам дал, есть его адрес и фото. Чтобы вы могли его сразу узнать.