Северная корона. По звездам - Анна Джейн

– Пошел? – не обратила на это внимания Марта.

– Нет. Зачем? Чтобы прийти и стать предметом обсуждения темы «Как обычный пацан стал авторитетом?».

– А ты что, стал авторитетом? – посмотрела на него с интересом девушка. Саша машинально отметил, что страха в ее сине-зеленых глазах так и не появилось.

– Вот ты глупая! Каким еще авторитетом? – развеселился Дионов, и в его зеленых глазах промелькнуло что-то хулиганское, мальчишеское. – Я просто отсидел. Спокойно и, правда, не весь срок. Вышел, открыл свое дело с Михой – мы откинулись с зоны вместе. После стал… сотрудничать с Максом, вот и все. И да, у нас есть нелегальные дела, сестренка, о которых тебе не положено знать. Помнишь, я говорил тебе о Марте?

– Да.

– Так вот он был авторитетом. Настоящим. А я, типа, бизнесмен. Легальный. Борзый, правда, говорят, но уж какой есть.

– А если тебя опять посадят? – осторожно спросила девушка.

– Тогда будет очень плохо. – Однако в голосе молодого человека не было печали по этому поводу. Он просто констатировал факт. – Так, заканчиваем этот базар, – посмотрел на время Саша. – Собирайся. Я отвезу тебя домой.

– А потом ты улетишь в другой город?

– Да.

– А… – Марта вдруг вскочила. – А если в тебя опять стрелять начнут?

– Не начнут. Сказал же, перестрелка явно была связана с Максом, – ответил Саша. – И слушай, малышка, завязывай с этим.

– С чем?

– С беспокойством за меня.

Скрипачка опустила глаза.

– Ты мне почти родственник. А я привыкла о них беспокоиться. Даже если… – Тут девушка замолчала, словно была не уверена в своих словах, но после выпалила: – Даже если они сидели!

– Вот как? – ужалил ее взглядом Александр, хотел что-то добавить, но передумал. Устал от всего этого.

Он, как и обещал, довез притихшую Марту до дома и высадил около самого подъезда.

– Иди. И я еще раз напомню тебе. Ника ничего не должна знать, – глухо проговорил Дионов.

– Она не узнает, – буркнула Марта и вылезла из машины. Дождь на улице прекратился, и теперь она могла похвастаться большим количеством качественных глубоких луж.

«Глупая девчонка», – с сожалением подумал Александр, глядя на спину скрипачки. Он вдруг открыл дверь автомобиля, нагнал девушку и вместе с ней зашел в полутемный подъезд.

– Провожу, – хмуро пояснил он, ступая по ступеням вверх, – до квартиры. Кстати, ты сегодня красивая, сестренка. – Он уже успел оценить обтягивающую юбочку и туфли на каблуках.

– Перестань, не называй меня сестренкой, – сказала Марта и, спохватившись, поблагодарила его за комплемент. Вышло так, что они оба остановились на площадке между четвертым и пятым этажами.

– Сыграй мне на свадьбе, перестану, – улыбнулся Александр, понимая, что то, что происходит – неправильное и неестественное.

Девушка кивнула, не глядя на него, и поднялась еще на один пролет – почти к самой своей двери.

– Эй! – окликнул ее молодой человек.

– Что?

– Боишься меня? Разочарована? Вызываю отвращение?

Брови девушки вопросительно поднялись вверх.

– Как же ты достал… Нет, для меня ты хороший, – сказала она, нашаривая на дне сумки ключи и поспешно открывая дверь. Она скрылась за дверью, а Саша медленно стал спускаться вниз.

«Для меня ты хороший», – прозвучал голос сестренки у него в голове вновь, и он улыбнулся одними глазами.

Сейчас ему предстояло ехать в аэропорт. Судя по сделанным недавно телефонным звонкам, Макс усиленно искал кретина, вздумавшего стрелять в него и в его людей, но пока что это было безуспешно. А главный враг Макса, некогда бывший его другом и соратником, – Радик отрицал свою причастность к этому занятному случаю.

* * *

Человек в капюшоне, сидевший за рулем той самой черной машины с тонированными окнами и стрелявший в людей, стоявших на крыльце ресторана «Милсдарь», уже пешком неспешно брел по школьному стадиону, освещенному десятком мощных фонарей. Людей вокруг по случаю позднего часа почти не было – только вдалеке два собаковода выгуливали овчарку и далматинца. Человек шел, засунув руки в карманы, и что-то насвистывал. Настроение у него не то чтобы было хорошее – все-таки он не попал, в кого целился, но и плохим его нельзя было назвать, – забавно все вышло. В самый неподходящий момент из-за дверей ресторана появились левые люди, среди которых оказался местный авторитет по имени Макс, который, конечно же, решил, что покушение было совершено на него. И теперь его быки всюду искали нахала, стрелявшего в нового главу Пристанских. Им и в голову не приходило, что основной целью был Дионов: он и только он. Человек с пистолетом в руках уже несколько дней следил за ним – с тех самых пор, как вернулся сюда. Он знал, что обычно из «Милсдаря», где Александр часто бывает, эта скотина выходит в одиночестве. А сегодня вместе с ним вышел и его дружок, и Макс со своими рылами. По-хорошему надо было проехать мимо, но это проклятое нетерпение… во всем виновато оно. Не сдержался, разрядил на свой страх и риск обойму ТТ-33.

Иногда у него словно темнело в глазах, и «хочу» полностью поглощало «нужно». Желание превращалось в жажду.

Поскорее бы уже осуществить свою мечту – отправить сукиного сына на тот свет.

Человек – а это был молодой, очень худой, но не изможденный, а жилистый молодой мужчина – поднял голову к небу, на котором из-за туч не было видно ни единой звезды и даже луны. Все-таки он скучал по родному городу. И немного по ней. Интересно, где она сейчас находится? Уехала?

Когда-нибудь он ее найдет…

Он погладил ствол ТТ, который сжимал одной рукой, засунутой в большой карман широкой кожаной куртки, а после, подойдя к одному из турников, с легкостью стал подтягиваться, одновременно кое о чем размышляя.

Пока Макс неистовствует, ищет его, следует затаиться.

«И я даже знаю где», – весело подумал молодой мужчина, чувствуя, как напрягаются его мышцы.

Дионов, сезон охоты на тебя открыт. Amen.

* * *

Этой ночью Марта почти не спала – она сидела на кровати, прислонившись к стене, и думала. Мыслей, тревожных и колючих, как рой ос, в ее голове было множество, и хотя девушка сидела почти без движения со спокойным, если не сказать каменным лицом, в голове ее происходила самая настоящая война этих самых черно-желтых мыслей-ос. Они, жужжа на разный лад, беспорядочно носились по сознанию Карловой с бешеной скоростью, сталкиваясь друг с другом, словно молекулы воздуха. Одни, более желтые, при этом утверждали, что нужно немедленно рассказать Нике о Саше правду, другие – черные – требовали умолчать эту информацию. После они менялись цветами и вновь, жужжа, требовали то одно, то другое, приводя самые разные, но всегда весомые аргументы.