Там, где трава зеленее - Наталия Терентьева

Малыш мой постепенно рос, а с ним и живот — как-никак, все-таки шел пятый месяц. Я начала по утрам катать спиной мячик по стенке. Варька, первый раз увидев, так смеялась, что начала икать. А потом попросила купить и ей мячик, и теперь мы катали мячики вместе.

Через три недели после того, как я послала рукопись сказки, позвонили из одного издательства. И предложили опубликовать книжку. Денег обещали еще меньше, чем я думала. Но зато похвалили рисунки. И поинтересовались — не собираюсь ли я писать продолжение.

Я страшно обрадовалась звонку и решила, что перед тем, как ехать подписывать договор, надо проверить, что скажут в других двух. Во втором редактор, читавшая мою сказку, болела, а в издательстве «Эльбрус» молодой человек энергично стал приглашать меня приехать, уверяя, что сам собирался мне звонить и назначать встречу с заместителем главного редактора.

Я хорошо знаю цену встречам с начальством — как правило, ничего приятного это не предвещает. Лучше попадать в текучку — написал, напечатали, получил гонорар и контрольный экземпляр. Так, по крайней мере, всегда бывало в журналах. Разговоры с главными и полуглавными необходимы, если они хотят так или иначе вмешаться в то, что ты пишешь. Но молодой человек, услышав сомнение в моем голосе, успокоил:

— Мне просили вам заранее не говорить… Но у нас идет конкурс, и вы попали в номинацию «Кольца Альмазора»… Вы, можно сказать, первая и единственная… Наш главный хочет издать вас очень большим тиражом… Но вы понимаете, это так просто не делается… Нужно все обговорить, деньги немалые…

О господи! Я ведь даже не надеялась на подобный успех. Конкурс, номинация, тираж… Деньги…

— А каким тиражом, не скажете?

— Не меньше ста тысяч…

— Нового автора?

— Елена… Вы приезжайте, это уже не со мной надо говорить…

Варька ни в какую не хотела оставаться с милейшей Любовью Анатольевной. Мне казалось, она боится ее заикания. Когда наша хозяйка запиналась на первой букве первого слова, которое она собиралась с утра сказать, Варя как-то странно съеживалась и старалась на нее не смотреть. Дети обычно, наоборот, излишне нескромны и любопытны, сталкиваясь с любым физическим или психическим отклонением, а тут она, видимо, просто боялась. Пришлось ехать вместе.

Заместитель главного оказался молодым, отчаянно нервным человеком, кудлатым, в больших круглых очках. Вместе с ним меня встретила некая писательница Олейникова, которая очень удивилась, услышав, что я, к сожалению, не читала ее произведений в «Новом мире» и в сборниках.

Мы сели за длинный стол, занимающий почти весь кабинет, — он мне напомнил стол для летучек в моем первом журнале. Где бы ты ни сел, если откинуться на стуле — обязательно стукнешься об стенку. Варька так и сделала. Она раз стукнулась об стенку, два, после чего и так не очень довольный моим детским садом замглавного посмотрел на Варьку долгим взглядом, и она притихла.

— Вот что мы вам скажем, Елена… — Он достал листочек из папки. — Вернее, мы вам ничего не скажем, вы сами прочитайте.

— Давайте, — улыбнулась я и взяла листочек.

«Детская повесть Елены Воскобойниковой скучна и затянута… Главная героиня слишком капризна и груба…»

Я подняла глаза на замглавного. Он сидел напротив меня, подперев руками подбородок, и внимательно смотрел на меня. Писательница села чуть поодаль и тоже спокойно ждала, пока я прочту.

— Читайте, читайте, — кивнул замглавного.

«Коллизии претенциозны… Гном напоминает домового… Главу в пещере еле дочитала до конца… События в лесу испугают ребенка… Язык автора изобилует сложными определениями, непонятными ребенку… Неясно, где происходит действие — в России или где-то еще…»

— Действие происходит в России и в волшебной стране, — ответила я вслух и положила перед собой листочек.

— Вы не дочитали, — заметил замглавного. — Прочтите до конца.

Я пробежала глазами еще полтора листа и прочла две последние фразы:

«Своему внуку я читать бы это не стала, но предполагаю, что найдутся родители, которые сделают это с удовольствием. Может быть, сказку станут читать школьники».

— Ты идиот? — спросила бы Фанни Ардан, получающая по пять миллионов за каждый фильм, потому что людям приятно смотреть на гордую женщину, которую невозможно сломать — ничем.

— А кто это написал? — спросила я.

— У нас такая система: существует читательская группа, которая дает отзывы на все книги, попавшие на наш конкурс. Конкретно вашу сказку читала… сейчас вам скажу… Зоя Александровна Тимофеева, врач-педиатр, пятидесяти двух лет, живет в Перми.

— В Перми?

— Ну да. Она наша активистка, мы даже помогли ей обзавестись Интернетом.

— Хорошо. А зачем вы тогда меня позвали, если все плохо?

Я посмотрела на Варю. Как же она сейчас расстроится! Ехали сюда за призами, а получили очередной пендель.

— Вот еще посмотрите. — Он протянул мне еще один листочек.

«Американская Академия Литературы и Искусства.

Как писать детский роман.

Разработка научно-исследовательской группы под руководством профессора Фью Доуэна.

В первой главе должны быть четко определены…

Основная коллизия должны быть ясна не позднее третьей главы…

Все главные герои должны появиться к пятой главе…