Искушение временем. Книга 1. Не ангел - Пенни Винченци

— Ты такая хорошая мать, ММ. А я отвратительная.

— Глупости, — заявила ММ, — насколько я понимаю, матери бывают всех видов и сортов. Ты просто отличаешься от других. Но твои дети производят впечатление вполне благополучных. А вот Оливер выглядит усталым, — добавила она.

— Он вечно усталый, — с некоторой горечью сказала Селия, но тут же, увидев выражение лица ММ, смутилась: — Извини, ММ. Мне не следовало так говорить.

— Следовало. Мне всегда нравилось, что ты считаешь возможным так разговаривать со мной — искренне. Даже о моем брате.

Селия ничего не ответила, но про себя подумала, что ММ сказала бы, если бы она была действительно искренней с ней.

— Тебе, должно быть, очень… тяжело, мне кажется, — предположила ММ, — при твоей энергии. Ты ведь так любишь бывать везде и всюду.

— Да, люблю. В каком-то смысле. Но у меня сейчас есть, по крайней мере, Джек. Он меня сопровождает.

— Я рада, что от него есть хоть какая-то польза. А как его книга?

— Книга? Знаешь, — осторожно заметила Селия, — похоже, она получится неплохой. И книготорговцы ею заинтересовались.

— Хорошо. Выходит, жизнь потихоньку все же идет в гору? — Ее темные глаза стали задумчивы, когда она посмотрела на Селию.

— Да, наверное.

— Жаль, что от меня пока никакой пользы. Но если хочешь, присылай мне сюда что-нибудь, я посмотрю. Кстати, ты не могла бы добыть мне экземпляр первого издания «Бьюхананов»?

— Могу, конечно. А что?

— У меня… есть друг, который собирает первые издания. — В ее голосе прозвучало что-то такое, что заставило Селию более пристально вглядеться в ее лицо.

— Друг, ММ? Ты хочешь сказать — друг-мужчина?

— Ну… да. Точно так. Друг-мужчина.

— ММ! Как чудесно. Кто он?

— Совсем не чудесно. — В голосе ММ прозвучала растерянность. — Не в том смысле…

— Извини, это не мое дело. Но я же не часто задаю такие вопросы. Просто мне кажется, что ты заслуживаешь в жизни чего-то… чего-то лучшего. Джей с ним знаком?

— Можно так сказать, — ответила ММ, посмотрела в глаза Селии и рассмеялась. — Хорошо, слушай.

— Замечательно! — сказала Селия Оливеру в библиотеке. — Похоже, ей действительно нравится этот человек. Такое впечатление, что он исключительно подходит ей. Ты рад?

— Странная ты все-таки, Селия, — несколько сухо произнес Оливер, — ты изъясняешься так же, как героини тех дешевых дамских романов, которые ты с таким восторгом издавала, пока меня не было.

— Я не… — начала было она, но остановилась. Зачем спорить с ним? Выгораживать себя. — В общем, ее друг коллекционирует первые издания, — довольно тихо добавила она.

— Да ну? Это уже интереснее. Такой человек мне по сердцу.

— Да, и мне тоже. Я сказала, что ему нужно прийти порыться у нас в архивах. ММ обрадовалась.

— А вот это ты зря… Мы ничего о нем не знаем, а в архивах у нас много ценных вещей.

— Оливер! — воскликнула Селия, вдруг выйдя из себя. — Ты просто невозможен. Какой от него вред? Он порядочный, уважаемый человек. Адвокат. Друг твоей сестры. И совершенно не собирается украсть у тебя что-то ценное. Почему ты во всем видишь только дурное?

Селия вышла из комнаты, хлопнув дверью, и поняла, что плачет. Она стояла в коридоре, глядя в окно на парковую лужайку и пытаясь успокоиться, когда появилась мама.

— Что с тобою?

— Это все Оливер. Он… невозможный. Вечно кидается на меня, на ММ — на всех. Просто невыносимо.

— Мне кажется, тебе нужно сделать для себя кое-какие выводы, Селия, — неожиданно ласково сказала леди Бекенхем. — Пойдем-ка. Пора хлебнуть крепкого джина, я так думаю.

— Я, наверное, не пойду замуж за Джайлза, — заявила за завтраком Мод, когда все вернулись из Эшингема на Чейни-уок.

— Это почему же, Мод? — чуть рассеянно спросила Селия.

Она была очень бледной и усталой. Фелисити даже удивилась, увидев ее в таком состоянии после чудесных спокойных выходных в Эшингеме.

— Мне кажется, что из Джея муж получится лучше.

— Мод, у тебя прямо какая-то навязчивая идея, — рассмеялась Фелисити. — А тебе не кажется, что Джей для тебя маловат?

— Нет. Ему почти семь. А мне только девять. Он гораздо больше меня и очень умный, и с ним весело. И по деревьям лазает, как обезьяна. Он и меня учил лазать. И рыбу удить. И я хочу, чтобы все вокруг было красиво, а у них там такое славное местечко.

— Однако тебе придется выяснить, что Джей думает по этому поводу.

— Уже выяснила. Он сказал, что согласен, если я перееду жить в Англию.

— Прекрасно. Хотя нам тебя, конечно, будет не хватать. А почему ты уже не хочешь замуж за Джайлза, что вдруг с ним такое произошло?

— С ним ничего не произошло, — сказала Мод, — он действительно замечательный. Но он собирается жениться на Барти, вот в чем дело. Она ему нравится больше всех на свете. Больше всех девочек, я имею в виду. Он мне сам так сказал.

Селия встала, с силой отпихнув стул. На ее лице появилось странное выражение.

— Мод, тебе еще очень рано говорить о замужестве, — строго заметила она. — В Англии маленькие девочки об этом не думают и, уж конечно, не обсуждают это с взрослыми. А теперь прошу прощения, у меня полно дел в офисе.

Фелисити наблюдала за ней, слегка приподняв брови.

— Пойдем-ка, Мод, — сказала она, — нам нужно много чего купить.

Говард Шо из компании «Коллинз энд Шо», против своего обык новения встречаться с клиентами только в офисе, пообщался в понедельник с профессором Лотианом за завтраком у него дома в Кембридже, но о делах говорить не стал. Позже он позвонил ему и спросил, не хочет ли тот приехать к нему в контору, чтобы подробнее обсудить все, что его беспокоит. Джаспер Лотиан, зная, что Ванесса слушает их разговор, поскольку телефон находится в столовой, ответил, что да, пожалуй, это хорошая мысль.

— Я был бы весьма признателен узнать ваше мнение по одному вопросу. По возможности скорее.

Говард Шо нашел для профессора свободное время у себя в расписании и спросил, не может ли Джаспер Лотиан уточнить хотя бы в общих чертах, что это за вопрос.

— О, это довольно трудно объяснить по телефону. Я увидел одну заметку в газете, и это меня обеспокоило.

— Правда? — Говард Шо, честолюбивый молодой адвокат, питал особый интерес — правда, пока только чисто теоретический — к правовым вопросам, связанным с исками к средствам массовой информации, и потому почувствовал щекотку профессионального возбуждения. — Тогда… будьте любезны, захватите с собой эту публикацию, когда пойдете ко мне сегодня днем, профессор.

Джаспер Лотиан пообещал захватить и сказал жене, что сопровождать его нет необходимости.