Музыка двух сердец. Самые романтичные истории любви для девочек - Мария Северская

«Легко сказать, – думала Лара. – Понять, чего хочу я? Предположим, хочу, чтобы всей этой истории с Данилой и Дроздом не было. Нет. Точнее, чтобы Данила мне не врал. Но это невозможно. Прошлое не изменить».

В настоящем же она хотела только одного: перестать о нем думать, выкинуть из головы, чтобы мысли о нем не отравляли каждый ее день. Но как раз именно это никак не получалось.

Всю следующую после разговора с Наташей неделю Лара промучалась, пытаясь разобраться в том, чего же хочет от Данилы. К концу недели результат был нулевой.

Девушка сама не заметила, как подошло время отъезда. И хоть отец и Наташа в один голос уговаривали ее остаться еще на неделю, Лара решила ехать домой.

Мама приехала за ней вечером, после работы.

Девушка попрощалась с отцом и Наташей, пообещав навестить их в августе, да и вообще приезжать как можно чаще, вдоволь наобнималась с никак не желающим ее отпускать братиком, который даже раскапризничался, и села в машину.

Ехали снова молча. Лара смотрела в ветровое стекло на ложащуюся под колеса дорогу, освещаемую фарами, и вспоминала, как они с Данилой улепетывали от троицы на «Жигулях». Как здорово было тогда, даже несмотря на страх!

– Ну, рассказывай, как съездила, – нарушила тишину мама.

– Отлично. С ними весело. Особенно с Егоркой. – Внезапно Лара вспомнила, что так и не сказала маме то, что собиралась сказать после разговора с отцом. – Мам, мне все известно. – Она замялась, не зная, как продолжить. Надеялась, что мама ей поможет, но та молча вела машину. – Папа мне рассказал. И про ваш развод, и про то, что ты не хотела, чтобы мы с ним общались. – Она нервно сглотнула. – Останови машину, пожалуйста.

Девушка дождалась, пока автомобиль замрет на обочине, и посмотрела на маму. Казалось, та ждет чего-то плохого. Зубы сжаты, на лбу вертикальная складка.

– Я совершенно на тебя не злюсь. Я понимаю, почему ты так поступила. – Лара говорила захлебываясь, ей казалось, что если она не выдаст все на одном дыхании, у нее не хватит сил сказать это вообще. – И я очень люблю тебя, мам. Больше всех на свете. – Последние фразы дались ей особенно трудно. Из глаз сами собой во все стороны брызнули слезы.

Через мгновение они с мамой уже крепко сжимали друг друга в объятиях, громко рыдая. Когда обе немного успокоились, когда были сказаны все слова, что так долго копились внутри, и было решено, что теперь в их семье будет все по-другому, поехали дальше.

В квартиру входили уже за полночь. Но все равно решили попить чаю с накануне купленными мамой пирожными.

Лара сама не ожидала, что сможет съесть три эклера за один присест. Она бы и больше съела, если бы мама не остановила.

– Не лопнешь? – поинтересовалась родительница.

– Могу, – честно ответила девушка, разглядывая наполовину опустевшую коробку.

– Вот именно. Целых три пирожных, еще и на ночь! Если будешь продолжать в том же духе, то о талии придется позабыть и близко познакомиться с товарищем гастритом. А молодые люди, например, не любят бесформенных девушек.

– Ну, на вкус и цвет… И вообще. Ну и пусть! Меня и с талией не очень-то любят. А некоторые еще и издеваются!

– Ну-ка, – забеспокоилась мама. – Рассказывай.

И хоть Лара уже советовалась насчет Данилы с Наташей, она рассказала всю эту историю еще и маме.

Как ни странно, мама объяснила поступки Данилы так же, как жена отца, а в конце тоже посоветовала поговорить с ним и высказать все, что она думает по поводу его поведения.

Вот только Лара по-прежнему не представляла, как после всего случившегося сможет беседовать с Данилой.

– У тебя какие планы на оставшееся лето? – спросила мама. – На дачу поедешь? Там смородина поспела, надо бы помочь бабушке собрать. Но если не хочешь, съезжу я. А тебя, кстати, могу на море отправить на пару недель. Если есть желание, конечно.

Лара представила себе море, долгую дорогу в поезде, жару, незнакомых людей…

– Нет, не хочу. Поеду к бабушке через пару дней, а завтра съезжу на книжную ярмарку, все к новому учебному году закуплю, чтобы перед первым сентября не бегать. – И сразу же сделалось легче, – вот что значит правильное решение.

«Буду книжки читать, гулять, скоро грибы пойдут. Да и к Даниле, что ни говори, поближе. Вдруг встретимся где-нибудь случайно», – думала Лара, засыпая.

Как и планировала, половину следующего дня девушка провела на книжной ярмарке, где кроме тетрадей, ручек и прочих канцтоваров к новому учебному году, накупила еще и всяких книжных новинок.

До дома все это дотащила с трудом, в квартиру ввалилась уставшая и сразу, даже не помыв рук, плюхнулась в кресло. Тут-то ее взгляд и упал на ноутбук.

«Надо проверить почту, – подумала Лара. – Вдруг за две недели кто-нибудь прислал письмо. Данила, например».

Но ее надежды не сбылись. Кроме спама, в ящике ничего не было.

Заглянув в ЖЖ, Лара обнаружила, что Данила, то есть Дрозд, свой журнал удалил.

Она сидела перед монитором и в который раз перечитывала надпись: «Журнал пользователя chernij-drozd был удален».

«Почему? – спрашивала себя Лара. – Журнал-то тут при чем?»

Мама пришла домой пораньше, и Лара уговорила ее сходить в кино. Вечер провели в кафе, где до отвала наелись вкусной пиццы и мороженого.

Но ни кино, ни разговор с мамой, ни мороженое не смогли отвлечь девушку от мыслей о поступке Данилы.

Мама в ответ на ее вопрос, почему он так поступил, нашла только одно объяснение:

– Наверно, он злится на себя, – сказала она. – Думаю, решил избавиться от Черного Дрозда.

Девушка кивнула, затем спросила:

– А разве можно избавиться от части себя?

– Можно, наверно, – вздохнула мама. – Если очень хотеть.

– Жалко. Мне нравился Дрозд. – Лара задумчиво помешивала ложечкой чай.

– Тогда скажи ему об этом, – посоветовала мама.

Вечером позвонила бабушка, и Лара клятвенно пообещала, что завтра приедет.

Рюкзак решила собрать сейчас, проковырялась долго, потому что раз пятнадцать перетряхивала весь свой гардероб, выбирая, что бы из вещей взять с собой. В итоге только разозлилась.

«Что ты наряды выбираешь, словно на курорт собралась, – ругала она себя. – Все надеешься Данилу встретить? Дура! Да он, судя по всему, не хочет тебя больше видеть».