Музыка двух сердец. Самые романтичные истории любви для девочек - Мария Северская

– Это она попросила общаться со мной как можно меньше? – спросила она, уже зная ответ. За пятнадцать лет неплохо изучив характер матери, Лара понимала, что это более чем возможно.

– Пойми, она хотела как лучше, – произнес отец. – Твоя мама боялась, что моя женитьба и появление Егорки причинят тебе гораздо большую боль, чем мое исчезновение из твоей жизни.

– И ты так легко согласился! – с горечью проговорила Лара, но тут же спохватилась, вспомнив, как умеет настаивать на своем мама, какие она обычно веские доводы приводит, с каким напором говорит. – Кажется, я понимаю, – прошептала она. – Маме трудно противостоять, да? Она прет напролом, как танк. – Девушка грустно улыбнулась. – Пап, а почему вы развелись?

Отец тяжело вздохнул:

– Мы с самого начала были слишком разными, не понимали друг друга, а может, не хотели понять. К тому же твоя мама по природе лидер, а я хотел, чтобы главным в семье был я. Ты уже совсем взрослая, поэтому я и говорю тебе все это. – Он посмотрел на дочь. – Для твоей мамы всегда на первом месте была работа. Я хотел семью, детей. А она живет тем, что спасает людей. Каждый день совершает подвиги.

– Спасать чужих гораздо проще, чем своих родных и близких, – тихо проговорила Лара. – Или себя, – добавила она еще тише.

«Все кругом врут, – подумала девушка. – Сначала Данила, теперь, оказывается, и мама все эти годы мне врала, точнее, не говорила, что это она попросила отца меньше со мной общаться. Просто умолчала. И Данила не сказал, что Черный Дрозд – это он. Вроде и не ложь, а все равно противно. Да и я сама тоже хороша – зачем наплела Даниле, будто у меня есть парень?»

Осознание собственной неправоты пришло внезапно и навалилось на нее тяжелым грузом, и вместе с этим сделалось до слез жалко маму: сильную, жесткую, успешную и невероятно одинокую.

«В работу она бежит в том числе и от одиночества, – поняла Лара, – от сделанных однажды ошибок, от самокопаний, от разрушенной семьи… Ведь она, видимо, очень любила отца. И, наверно, продолжает любить».

– Не осуждай ее. Просто Ирина всегда была максималисткой, ей тяжело даются компромиссы, – произнес отец.

– А еще она жуткая собственница, – перебила его Лара. – Несмотря на ваш развод, ей не хотелось делить тебя с Наташей. И меня – с тобой, когда ты женился и ушел в другую семью. Теперь я наконец-то все поняла. – Она задумалась. – А что же изменилось? Почему она решила пойти на попятную?

– Я думаю, твоя мама не хочет, чтобы ты становилась такой, как она, чтобы у тебя не было друзей и чтобы ты жила только работой. Наверно, она осознала свои ошибки и решила их исправить. – Отец улыбнулся одними уголками губ. – И, по-моему, очень вовремя. Я рад, что ты здесь. И надеюсь, теперь мы снова будем видеться часто.

Лара кивнула и улыбнулась ему в ответ, хотя на душе у нее было совсем не безоблачно. Нет, с одной стороны, она радовалась, что между ней и отцом расставлены все точки и теперь никто не отнимет его у нее. А с другой, ее не покидали мысли о матери.

Лара представляла, как мама приходит после дежурства в пустую квартиру, как пьет чай и думает, а не потеряет ли она теперь и дочь, простит ли ее она, сможет ли понять?

«Завтра же позвоню ей, – решила девушка, – скажу, что сильно ее люблю и совсем не злюсь».

Ложась в эту ночь спать, она прокручивала в голове разговор с отцом, а еще вспоминала беседу в лесу с матерью, – тогда, когда та сообщила ей о приглашении отца. Мама в тот день казалась грустной и растерянной. Она уже знала, что отец не станет молчать, расскажет дочери правду.

«Как же она жила все эти годы после развода? – думала Лара. – Сколько боли и обид в себе, должно быть, носила… Но больше я не позволю ей быть такой одинокой. Теперь она поймет, что у нее есть я».