Память о смерти - Нора Робертс

А потом Ева решила прикрутить фитиль, отключить эмоции. Она продемонстрирует Уитни контроль над собой и профессионализм. Она использует эти козыри и все остальное, что ей может потребоваться, чтобы оставить дело за собой.

Уитни ждал, сидя в кресле за столом. Его широкое темное лицо – в точности, как и ее собственное, – не выдавало эмоций. Его черные волосы были щедро припорошены сединой. Морщины избороздили его лицо, особенно заметны они были вокруг глаз и в уголках рта. Ева была уверена, что не только время поработало над ним своим резцом, но и бремя командования.

– Лейтенант, вы сами назначили себя ведущим следователем по делу об убийстве. Следствие идет уже второй день, а я до сих пор не имею от вас никакой информации. Объяснитесь.

– Сэр, дело попало в мои руки вчера утром. Воскресным утром, сэр, мы с вами оба были не на службе.

Он подтвердил это легким кивком.

– И тем не менее вы приняли на себя обязанности, находясь не на службе, задействовали персонал и оборудование департамента, но не соблаговолили проинформировать своего начальника.

Нечего ходить вокруг да около, решила Ева.

– Да, сэр, я приступила к расследованию. Я полагала, что мои действия оправданы обстоятельствами. И я готова рапортовать об этих обстоятельствах и своих действиях сию же минуту.

Он вскинул руку.

– Это из категории «лучше поздно, чем никогда»?

– Нет, сэр, из категории «необходимо немедленно оцепить место и собрать улики». Со всем уважением, командир.

– Вы были знакомы с убитой.

– Да, сэр. Я не встречалась с ней и не вступала в контакт более двадцати лет. Впервые увидела ее после этого перерыва за два дня до ее смерти, когда она пришла ко мне на работу.

– Вы ступаете на зыбкую почву, Даллас.

– Я так не думаю, сэр. Я знала убитую очень недолго, когда была ребенком. Следовательно…

– Вы несколько месяцев состояли под ее опекой, когда были ребенком, – уточнил он.

«К черту», – сказала себе Ева.

– Термин «опека» здесь не подходит, так как никакой «опеки» не было. Я прошла бы мимо нее на улице и не узнала бы. Никаких дальнейших контактов после ее визита в четверг между нами не предполагалось, если бы она не пошла к моему мужу на следующий день и не попыталась выжать из него два миллиона.

Уитни поднял брови.

– И это, по-вашему, не зыбкая почва?

– Он указал ей на дверь. У капитана Фини имеются записи с дисков наблюдения из здания «Рорк Индастриз». Рорк сам попросил его забрать эти записи, чтобы облегчить расследование. Она вышла в том же виде, в каком вошла.

– Сядьте, Даллас.

– Сэр, мне удобнее докладывать стоя. Я отправилась к ней в гостиницу в воскресенье утром. Я считала необходимым поговорить с ней, дать понять, что не позволю себя шантажировать и вымогать деньги у Рорка. Что ни одного из нас не испугала ее угроза обратиться в СМИ или к властям с копиями имеющихся у нее – по ее словам – моих секретных файлов. И в этот момент…

– А у нее были копии?

– Это вполне вероятно. Ничего не было найдено на месте убийства, хотя был обнаружен футляр для дисков. Велика вероятность, что диски забрал убийца.

– Со мной говорила доктор Мира. В отличие от вас, она пришла ко мне этим утром.

– Да, сэр.

– Она полагает, что вы способны справиться с этим расследованием и, более того, что оно пойдет вам на пользу. – Майор передвинулся в кресле, и оно жалобно заскрипело. – Я также только что переговорил со старшим патологоанатомом, так что нельзя сказать, что я не в курсе дела. Прежде чем вы представите свой отчет, я хочу знать, почему вы не обратились ко мне. Я требую прямого ответа, Даллас.

– Я полагала, что оказалась в наиболее благоприятном положении, чтобы продолжить расследование. Моя объективность в данном деле вряд ли будет поставлена под сомнение.

Уитни долго молчал.

– Вы могли бы прийти ко мне. А теперь докладывайте.

Ему удалось вывести ее из равновесия. Ей пришлось напрячься, чтобы четко и ясно, не сбиваясь, изложить все факты: от первых контактов с убитой до сведений, только что сообщенных ей Пибоди.

– Она сама нанесла себе побои, чтобы обосновать свой шантаж? Таково ваше мнение, лейтенант?

– Да, сэр. С учетом того, что обнаружил патологоанатом, и также других улик.

– Ее партнер или сообщник убивает ее, похищает невестку и через нее продолжает требовать денег, используя угрозу опубликования ваших секретных файлов.

– Вряд ли убийце известно, что Рорк и я проводили вечер в компании шефа полиции и в вашей компании, сэр, в момент совершения убийства. Вероятно, частью его плана сейчас является попытка представить одного или обоих из нас замешанными в убийстве.

– Это была отличная вечеринка, – улыбнулся Уитни. – Номерной счет отслеживается?

– Этим занялся капитан Фини. С вашего позволения, я хотела бы, чтобы Рорк оказал содействие в этой области.

– Я удивлен, что он до сих пор этим не занялся.

– Я еще не посвятила его во все детали. У меня выдалось хлопотливое утро, сэр.

– А дальше будет еще хуже. Было бы ошибкой скрывать вашу связь с убитой. Она все равно выплывет наружу. Будет лучше, если вы сами вытащите ее на свет. Используйте Надин Ферст.

Ева вспомнила о своей подруге с телевидения. Она надеялась оттянуть неизбежное еще на какое-то время, но командир был прав: лучше покончить с этим поскорее. Черт с ними, пусть пошумят.

– Я свяжусь с ней немедленно.

– И с нашим представителем по связям. Держите меня в курсе.

– Слушаюсь.

– Свободны.

Ева направилась к двери, но остановилась и повернулась кругом.

– Майор Уитни, я прошу прощения за то, что держала вас в неведении. Это больше не повторится.

– Нет, не повторится.

Ева вышла, так и не зная, что получила: поощрительное похлопывание по плечу или головомойку. Вероятно, и то и другое, решила она, направляясь в убойный отдел.

Пибоди вскочила из-за стола, как только Ева вошла в «загон», и потопала за ней в кабинет.

– У меня есть требуемые вами данные, лейтенант, и мой рапорт.

– Хорошо. У меня нет кофе.

– Это чудовищное упущение с моей стороны будет исправлено незамедлительно.

– Если уж собираешься лизать мне башмаки, Пибоди, делай это не столь явно.

– Я слишком далеко высунула язык? Я заслужила трепки. Не говорю, что дело того не стоило, но я это заслужила. Мы с Макнабом объяснились и все уладили. Он думал, что я собираюсь его бросить. Полный идиот.