Тайна его сердца - Джулия Куин

Ричард тоже не понимал.

– Теперь все в порядке, – сказал он.

– Спасибо. Я… – Ее щеки окрасил нежный румянец. – Спасибо.

– Мне это доставило удовольствие.

В самом деле!

Два следующих часа Ричард делал вид, что помогает женщинам. У Айрис и миссис Хопкинс все горело в руках, и когда он пытался дать им совет, от него либо отмахивались, либо, обдумав, принимали к сведению.

Кенуорти не возражал. Он радовался своей роли дегустатора бисквитов («Вкуснейшие!» – с удовольствием докладывал он кухарке) и с интересом наблюдал, как Айрис справляется с ролью хозяйки Мейклиффа.

В конце концов, они уложили восемнадцать корзинок, ящиков и коробок, тщательно упаковав их и снабдив этикетками с фамилиями арендаторов. Все подарки были разными. К примеру, Данлопы, у которых было четверо сыновей в возрасте от двенадцати до шестнадцати лет, получат много съедобного; для единственной трехлетней дочки Смитов, которая только что перенесла круп, предназначалась одна из старых кукол Мэри-Клэр. Миллерам подарят кухонные полотенца и бисквиты. Бернхэмам – большой кусок ветчины и две книги: одна – исследование о нормах земледелия для их старшего сына, который недавно взял все дела фермы на себя, а вторая – романтическая повесть для дочерей.

А может, и для сына, подумав, усмехнулся Ричард. Время от времени все увлекаются любовными романами.

Подарки погрузили на повозку, и уже скоро Ричард и Айрис ехали по дороге, идущей вокруг поместья.

– Не самый лучший способ передвижения, – сказал Ричард с грустной улыбкой, когда их затрясло на ухабах.

Айрис прижала руку к голове, потому что резкий ветер грозил сорвать шляпку.

– Это неважно. В ландо мы все это не уместили бы.

У Кенуорти не было ландо, но он не стал об этом упоминать.

– Подвяжите шляпку, не будете же вы держать ее всю дорогу.

– Это действительно неудобно. Но мне не нравится ощущать завязки под подбородком. – Айрис посмотрела на мужа. Ее глаза сияли. – Не торопитесь с советами. Ваша шляпа того и гляди слетит.

И словно в подтверждение ее слов, рванул ветер, сдувая шляпу Кенуорти.

– О! – вскрикнула Айрис и, не раздумывая, поймала шляпу в воздухе и нахлобучила мужу на голову. Они и до этого сидели рядом, но теперь оказались вплотную друг к другу.

– Я думаю… – тихо начал Ричард, но когда заглянул жене в глаза, которые сияли еще ярче под голубым небом, слова закончились.

– Вы думаете, что… – прошептала она.

Одной рукой Айрис придерживала его шляпу, другой рукой – свою. Эту позу можно было бы назвать странной, если бы Айрис не выглядела столь очаровательно.

Лошади, в конце концов, остановились, явно удивленные тому, что ими никто не правит.

– Я думаю, что мне нужно поцеловать вас. – Ричард дотронулся до ее щеки, осторожно провел по молочно-белой коже. Почему он раньше не замечал, как красива его жена?

Пространство между ними сократилось, и его губы нашли ее – мягкие и нежные. Айрис затаила дыхание. Ричард целовал медленно, томительно, давая себе время насладиться вкусом ее губ. Он целовал Айрис не в первый раз, но сейчас ему все казалось в новинку.

Во всем этом была какая-то исключительная невинность. Кенуорти нежно обнимал жену. В их поцелуе не было ни жажды обладания, ни похоти, а что-то рожденное любопытством и очарованием.

Их поцелуй все длился и длился. Айрис была нежна. Она глубоко дышала, а тело ее слегка обмякло, словно в ожидании дальнейших ласк.

У Ричарда вдруг возникло странное ощущение, что он может просидеть вот так целый день. Чтобы его рука касалась ее щеки, а их губы сливались в поцелуе, целомудренном и одухотворенном.

Неожиданно где-то невдалеке пронзительно крикнула птица, и сразу все изменилось. Айрис застыла, а Ричард с прерывистым вздохом отодвинулся от нее и заморгал, пытаясь сфокусировать зрение. Потому что вся его вселенная сжалась до размеров одной женщины, и он, казалось, не видел ничего, кроме ее лица.

Глаза Айрис были полны изумления, губы слегка приоткрыты. Странно, но сейчас Ричард не испытывал желания целовать жену. Ему хотелось просто смотреть на нее, наблюдать за ее реакцией.

– Это было… – наконец тихо проговорил Ричард.

– Это было… – как эхо откликнулась Айрис.

– Это точно было, – улыбнулся он.

В ответ ее лицо тоже озарила улыбка, Айрис не смогла сдержать радость.

– Ваша рука все еще на моей голове, – усмехнулся Ричард.

Она подняла глаза, словно чтобы удостовериться в этом.

– Как вы думаете, ваша шляпа теперь не улетит?

– Можем рискнуть и проверить.

Айрис убрала руку, и Кенуорти вдруг почувствовал себя опустошенным, что было настоящим сумасшествием. Айрис отодвинулась от него не меньше чем на фут, и Ричард воспринял это как потерю чего-то по-настоящему ценного.

– Может, вам лучше потуже затянуть ленты на шляпке, – предложил он.

Айрис что-то пробормотала и сделала так, как сказал муж.

– Нам нужно трогаться.

– Ну конечно. – Айрис улыбнулась – сначала нерешительно, потом более уверенно. – Ну конечно, – повторила она. – К кому направимся первыми?

Ричард был благодарен ей за вопрос. Ему требовался ощутимый толчок, чтобы мозги заработали.

– Э… Я думаю, к Бернхэмам, – решил он наконец. – У них самая большая ферма, и живут они ближе всех.

– Отлично! – Айрис оглядела подарки, сложенные в задней части повозки. – Деревянный ящик – это их. Кухарка положила им еще и джем. Она сказала, что молодой Бернхэм – большой сластена.

– Не знал, что его до сих пор называют молодым, – удивился Ричард, тряхнув вожжами. – Джону Бернхэму сейчас, должно быть, двадцать два, а может, и двадцать три.

– Он моложе вас.

Ричард криво усмехнулся.

– Это правда. Но, как и я, он глава семьи. С такой ответственностью молодость быстро проходит.

– Это очень тяжело? – тихо спросила Айрис.

– Это самая тяжелая обязанность в мире.

Ричард вдруг вспомнил время после смерти отца. Он чувствовал себя тогда таким потерянным, таким подавленным. От него ждали, что он будет вести дела в Мейклиффе и заменит сестрам родителя, а он в это время тяжело страдал. Ричард любил отца. Может, они не так часто виделись, но между ними существовала невидимая связь. Отец научил его ездить верхом. Научил читать. И не просто складывать буквы в слова, а любить читать, понимать ценность книг и знаний. Чему отец не научил его, так это тому, как управлять поместьем. Никому ведь и в голову не могло прийти, что это потребуется так скоро. Бернард Кенуорти был еще не старым человеком, когда его сразила болезнь. Так что имелись все основания думать, что впереди у Ричарда годы, даже десятилетия, прежде чем ему придется взять управление поместьем в свои руки.