Тайна его сердца - Джулия Куин

– Простите, сколько корзинок вы возьмете с собой?

Ричард постарался не замечать удивление на лице миссис Хопкинс.

– Всего лишь восемнадцать, – бодро сказал он.

– Восемнадцать? – сердито повторила экономка. – Вы представляете, сколько времени потребуется, чтобы собрать их?

– Это трудная задача для любого, но не для вас, – мягко возразил Ричард.

Экономка прищурила глаза, но он мог с уверенностью сказать, что комплимент ей понравился.

– Разве вы не понимаете, какая это прекрасная мысль – приехать к арендаторам с подарками? – спросил Ричард, не дожидаясь ее дальнейших возражений. И подтолкнул вперед Айрис. – Это леди Кенуорти придумала.

– Мне показалось, что это будет добрым жестом, – сказала Айрис.

– Леди Кенуорти – человек очень щедрый, – все не унималась миссис Хопкинс, – но…

– Мы поможем, – предложил Ричард.

У экономки отпала челюсть.

– Множество рук облегчают работу, разве не это вы постоянно говорите?

– Но не вам, – возразила миссис Хопкинс.

Айрис скрыла улыбку. Маленькая предательница, подумала она про себя. Но Ричард пребывал в отличном настроении, чтобы обидеться на экономку.

– В этом и заключается самое большое неудобство того, что есть слуги, которые помнят тебя еще подростком, – пробормотал он Айрис на ухо.

– Подростком? – возмутилась миссис Хопкинс. – Я помню вас, когда вы были еще в…

– Мне абсолютно точно известно, как долго вы меня знаете, – оборвал ее Ричард. Не хватало еще, чтобы она в присутствии жены рассказывала, как он лежал в пеленках.

– Я с удовольствием помогу, правда, – предложила Айрис. – Мне очень хочется познакомиться с арендаторами, и думаю, подарки приобретут еще бо́льшую ценность, если я сама их упакую.

– Вот уж не уверена, что у нас найдется восемнадцать корзинок, – проворчала миссис Хопкинс.

– Необязательно, чтобы это были именно корзинки, – сказала Айрис. – Сгодятся и коробки. И я не сомневаюсь, что вы лучше всех знаете, что туда положить.

Ричард лишь усмехнулся. Ему нравилось, как ловко жена руководит экономкой. Каждый день – нет, каждый час! – он узнавал о ней что-то новое и все больше убеждался в том, как ему повезло. Сейчас казалось странным, что он мог и не обратить на Айрис внимания, если бы не был вынужден как можно скорее найти себе жену.

Теперь Кенуорти с трудом припоминал те требования, которые предъявлял к будущей жене. Прежде всего богатое приданое, конечно. Да, в этом пункте ему пришлось пойти на попятный. Но наблюдая сейчас за тем, как Айрис командует на кухне Мейклиффа, он уже не считал приданое чем-то исключительно важным. Если ремонт дома, который он задумал, может подождать еще год или два, так тому и быть. Айрис в этом не виновата.

Ричард подумал о тех женщинах, которых еще до Айрис рассматривал как кандидаток в жены. От них мало что осталось в памяти, в основном только то, что они всегда либо танцевали, либо флиртовали, либо хлопали его веером по руке. И все требовали к себе внимания.

Хотя заслуживала его только одна Айрис.

С этим острым умом, молчаливостью и лукавым юмором она постепенно заняла все мысли Кенуорти. И постоянно удивляла его.

Кто мог представить, что она так понравится ему?

Но ведь понравилась!

Хотя разве жены могут нравиться? В тех кругах, в которых вращался Ричард, к женам относились терпеливо, их баловали, а те, кому повезло, пылали к ним страстью. Но чтобы жены нравились…

Если бы Кенуорти не женился на Айрис, они стали бы друзьями.

Да, так и было бы. Единственная сложность заключалась в том, что ему так хотелось уложить ее в постель, что он не мог мыслить здраво. Прошлой ночью, когда Ричард пришел к Айрис пожелать доброй ночи, выдержка чуть не оставила его. Ему захотелось по-настоящему стать ей мужем, дать понять, что она желанна. Он видел лицо жены, после того как поцеловал ее в лоб. Она была в замешательстве. Обижена. Айрис думала, что он не хочет ее.

Разве такое возможно – не хотеть ее?

Это было так далеко от истины, что Ричард чуть не рассмеялся. Что подумала бы Айрис, если бы узнала о том, как ночью он сгорал от желания, представляя все способы, которыми он мог бы доставить ей удовольствие. Что сказала бы, если бы вдруг узнала о том, как ему хочется насладиться ее телом, чтобы она принадлежала ему, а он – ей.

– Ричард?

Он повернулся к жене в пол-оборота. На его похотливые мысли тело отреагировало совершенно естественным образом. Пришлось укрыться за конторкой.

– Вы что-то сказали?

Он что-то сказал?

– Наверное, мне показалось. – Айрис пожала плечами.

Господи, как, интересно, ему удастся прожить несколько следующих месяцев?

– Ричард, – снова позвала Айрис. Ее, вероятно, слегка позабавило, что она застала мужа погруженного в мечтания. Покачав головой, Айрис вернулась к работе.

Немного остыв, Ричард подошел к Айрис и миссис Хопкинс, которые продолжали упаковывать подарки.

– Что вы положили сюда? – спросил он, заглянув через плечо Айрис, которая как раз закрыла крышку небольшого деревянного ящика.

Подняв голову, Айрис бросила на него короткий взгляд. Ей явно нравилось то, чем она занималась.

– Миссис Хопкинс сказала, что Миллерам наверняка нужно несколько холстин.

– Для кухонных полотенец? Весьма незамысловатый подарок.

– Но им это нужно, – сказала Айрис и сверкнула улыбкой. – Мы еще добавим бисквитов, как только их вынут из печи. Это ведь так здорово – получить в подарок то, что ты действительно хочешь.

Ричард пристально посмотрел на нее и не смог отвести глаз. Айрис застенчиво оглядела платье, потом дотронулась до щеки.

– Я испачкалась? Я помогала раскладывать джем…

Джема у нее на лице не было, но Кенуорти наклонился к жене и слегка коснулся губами уголка рта.

– Вот тут, – пробормотал он.

Айрис прикрыла рукой то место, которое он поцеловал, и удивленно посмотрела на него, словно не понимая, что сейчас произошло.