Обольщение джентльмена - Виктория Александер

— Ну, во-первых, гордость. — Кейт поднесла к губам бокал с вином и сделала глоток. — Во-вторых, тщеславие и самолюбие: терпеть не могу носить чужую одежду. И еще я очень ценю вашу помощь, графиня, но мне не нравится, что приходится целиком зависеть от людей, в общем-то мне посторонних.

— Я настроена более оптимистично. Хоть нам и не доводилось раньше встречаться, но у меня нет ощущения, что мы чужие люди, — убежденно заметила леди Норкрофт.

— Пока что я не обнаружила в себе такого качества, как оптимизм, — посетовала ее молодая собеседница. — Но к числу пессимистов я явно не принадлежу, потому что иначе давно предалась бы унынию. Похоже, я все-таки оптимистка… Или во мне живет надежда на счастливый конец моих злоключений? Кроме того, я не лишена благоразумия.

«А вдруг она все-таки замужем?» — снова подумал граф. Не то чтобы он придавал какое-то особое значение этому обстоятельству, но ему просто стало интересно. На руке Кейт не было обручального кольца, но такая очаровательная женщина, как она, к тридцати годам, несомненно, должна была быть замужем. К удивлению Оливера, эта мысль вызвала у него смутное недовольство. Она, вероятно, вдова, успокоил он себя. Вдовство объясняет, почему Кейт путешествовала одна, если только она не состоит в банде мошенников, промышляющих обманом доверчивых леди. Но ради чего ей обманывать? Ради старых платьев кузины Дженевьевы? Ради нескольких дней в графском поместье? На вопрос «зачем?» ответить было так же трудно, как на вопрос «кто она?».

— После ужина отведи нашу гостью в библиотеку, Оливер, — посоветовала графиня. — Знаю по собственному опыту: книги вызывают столько воспоминаний! Я, например, никогда не забуду, с каким чувством впервые прочла роман «Эмма». Я была очень романтичной, как все девочки моих лет, и меня несказанно обрадовало, что главная героиня Эмма помогла другу и подруге счастливо соединить свои судьбы. Это чувство до сих пор живет в моей душе, вот почему я с удовольствием помогала своей племяннице Фионе найти хорошую пару.

Леди Норкрофт подала слуге знак переменить блюда и добавила:

— Кстати, я говорила вам, милая, что мой сын не женат?

— Мама! — простонал граф.

— Нет, не говорили, — спокойно, с вежливой улыбкой ответила Кейт, но ее глаза искрились смехом.

— Представляете, он даже ни в кого не влюблен, — продолжала мать. — Не так ли, Оливер?

— Как только это произойдет, ты первая услышишь от меня радостную весть, — холодно ответил сын. — В общем, в любом случае ты наверняка будешь в курсе.

— Тебе не к лицу сарказм, мой дорогой, — недовольно хмыкнула почтенная матрона и доверительно наклонилась к гостье: — Понимаете, он никак не может найти себе подходящую жену, а ведь ему уже тридцать третий год — давно пора выполнить долг перед своим родом!

— Неужели графу столько лет? — удивилась Кейт, с интересом посмотрев на Оливера.

— Увы, — смиренно согласился тот, — и с каждой минутой я становлюсь все старше.

Ему был неприятен этот разговор, но он знал, что мать ни за что не сменит тему, если она ее действительно волнует. И все же…

— По-моему, Кейт совсем не интересно слушать о моих неудачных попытках начать семейную жизнь, мама, — попытал он счастья.

— Напротив, милорд, очень интересно, — вмешалась гостья; как показалось графу, едва сдерживая смех. — У вас, миледи, конечно, есть мнение о том, почему ваш сын терпит фиаско в этой области?

— Вы не поверите! — разочаровала ее графиня. — Я много думала об этом, но не смогла понять, что мешает его семейному счастью. У него ведь много достоинств, в том числе графский титул и весьма солидное состояние. Правда, по общему мнению, Оливеру не хватает авантюрной жилки…

Граф скептически хмыкнул.

— Но он красив, не так ли, Кейт? — продолжала леди Норкрофт с невинным видом.

— Да, скажите, Кейт, — не без ехидства поддержал ее Оливер, выжидательно подавшись вперед. Как говорится, назвалась груздем, полезай в кузов!

— Не думаю, чтобы мне доводилось встречать более привлекательного мужчину, — призналась она.

— Очень дипломатичный ответ, — рассмеялся граф.

— У него глаза, как у его отца, — восхитилась леди Норкрофт. — Таких ярких синих глаз я не видела больше ни у кого.

— Пожалуй, — согласилась Кейт, присматриваясь к Оливеру. Их взгляды встретились… Сколько это длилось: мгновение, вечность? У графа вновь возникло странное ощущение предопределенности происходящего. Он мог бы смотреть в эти сказочно прекрасные, русалочьи очи до конца своих дней…

— Да, у вас действительно очень красивые синие глаза, — кашлянув, заметила Кейт.

— Спасибо, — улыбнулся он.

«Как странно эта незнакомка действует на меня, — подумал он. — Интересно, испытывает ли она нечто подобное?»

— А еще мой мальчик отличается большой скромностью, — добавила леди Норкрофт. — Может быть, поэтому он до сих пор не женился?

— Может быть, — осторожно ответила Кейт. — Или ему просто не встретилась подходящая женщина.

— Не исключено, — кивнула графиня, но, поколебавшись, сообщила почти шепотом: — Но вообще я подозреваю, что на наш род наложено проклятие.

На какое-то мгновение на лице Кейт появилось странное выражение, но тут же исчезло. «Испугалась, — решил наблюдавший за ней Оливер. — Но бедняжку можно понять — она потеряла память, а тут мама со своими страшными историями».

— Проклятие? — переспросила Кейт, широко раскрыв глаза. Что в них было — интерес, понимание?

— Это абсурд, мама! — попытался вмешаться Оливер. — Никаких проклятий не существует.

— Тогда как объяснить, что твой отец погиб в расцвете сил, как и его сестра, двое братьев и твой дед? — не отступала графиня. — И как объяснить то, что почти все они стали жертвами нелепых несчастных случаев?

— Так распорядилась судьба, мама, — пожал он плечами. — К нашему великому сожалению, они погибли по воле случая, не надо сюда приплетать колдовство.

— Ты не прав, — возразила леди Норкрофт. — Еще твоя покойная бабушка рассказывала о древнем родовом проклятии.

— Расскажите об этом, пожалуйста, — заинтересованно попросила Кейт.

— Я точно не помню, — напрягая память, сдвинула брови графиня. — В свое время я не придала значения бабушкиным словам.

— Не стоит этого делать и сейчас, — настаивал Оливер. — Я, например, ничего не слышал о родовом проклятии, хотя являюсь главой рода.

— От кого ты мог это услышать? — покачала головой леди Норкрофт. — В живых не осталось никого, кто мог бы тебе рассказать. Но ты должен об этом знать, ибо кто предупрежден, тот вооружен. На чердаке лежат целые корзины старых семейных документов…

В ее глазах зажегся знакомый решительный огонек. «Ну, теперь не жди ничего хорошего», — подумал Оливер.