Обольщение джентльмена - Виктория Александер

Однако мысль графа показалась Кейт интересной.

— Каким образом вы здесь оказались? — спросил он. — Вам разрешили выходить из дома без сопровождения?

— Разве я пленница? — возмутилась гостья.

— Но вы же… — начал было Норкрофт, но осекся и добавил: — Конечно, нет.

В это мгновение молодая женщина осознала со всей ясностью, насколько двусмысленно и неприлично ее положение. Но странно — сейчас Кейт меньше всего думала о приличиях, ведь даже столь затруднительное положение имело свой плюс — общение с таким привлекательным мужчиной, как молодой граф Норкрофт. Ощущение, что он совсем рядом, сильно взволновало ее, но Кейт не хотелось разрушать очарование их неожиданной встречи. Однако всему приходит конец…

— Не могли бы вы помочь мне встать? — попросила она своего собеседника.

— Конечно! — Он с готовностью вскочил, взял ее за руку и помог подняться.

Их взгляды встретились, и у обоих на мгновение перехватило дыхание. Кейт подумала, как это было бы упоительно — утонуть в синеве его глаз… Ей захотелось почувствовать прикосновение его губ.

— Вы поцелуете меня? — прошептала она, сама не понимая, что говорит.

— Разумеется, нет, — пробормотал он, но по его глазам было видно, что он солгал.

— Но вы явно хотели меня поцеловать, — настаивала Кейт, ничуть не обеспокоенная подобным желанием. Напротив, если бы граф поцеловал ее, она бы ему ответила. «Боже милостивый, неужели я развратница?» — мелькнуло у нее в голове.

— Если бы хотел, то давно бы уже поцеловал, — возразил Оливер.

— Тогда почему вы до сих пор не отпустили мою руку?

— Согласитесь, держать вашу руку — одно, а целовать вас — совсем другое. Мы с вами только вчера встретились, и я даже не знаю, как вас зовут.

— Значит, вы не целуетесь с женщинами, которых только что повстречали?

— Это зависит от самих женщин.

— А вы, я смотрю, любите пофлиртовать, — заметила Кейт, отняв руку.

— Вы так думаете? — в притворном испуге округлил глаза граф.

— Даже вчера, высказывая мне свои подозрения, вы определенно пытались со мной заигрывать.

— Признаю, — рассмеялся Оливер, — пытался.

— Но почему? — Кейт скрестила руки на груди и с вызовом посмотрела на графа.

— Вы — очаровательная женщина, Кейт, разве это не достаточная причина?

— Нет, лорд Норкрофт.

— Раз я обращаюсь к вам по имени, то и вы называйте меня Оливер, прошу вас.

— Это неправильно, — засомневалась она, хотя уже давно мысленно так его и называла.

— Но справедливо. В конце концов, вы меня почти поцеловали.

— Вовсе нет! — вскипела Кейт. Она демонстративно отвернулась от графа и с чопорным видом уселась на древнюю стену. — Спасибо за откровенность. Теперь я точно знаю, что вы ловелас и крайне опасны.

— Неужели? — спросил Оливер с такой обольстительной улыбкой, что у Кейт зашлось сердце. «Господи, похоже, я действительно развратница», — мелькнуло у нее в голове.

— Вот почему я назвала вас опасным, милорд, то есть Оливер, — сказала она вслух.

— Да вы и сами кокетка, — ухмыльнулся граф. — И тоже можете быть опасной.

— Только потому, что неизвестно, кто я и что могу от вас потребовать?

— Нет, потому что не знаете, что я могу потребовать от вас.

— Вы подтвердили мои опасения, — ответила Кейт, пряча довольную усмешку.

— Что ж, раз уж мне не суждено стать ученым, придется довольствоваться ролью опасного соблазнителя. Позвольте проводить вас до дома, — предложил Оливер.

— Могу я задать вам вопрос?

Кивнув, граф протянул ей руку.

— Какое я произвожу впечатление?

— На меня?

— Да, — нетерпеливо подтвердила гостья. — Как вы думаете, что я за человек?

— Откровенно?

— Конечно.

Откровенности она не боялась. К тому же если ей и приходилось раньше лгать, то она этого не помнила.

— Впервые я увидел вас, когда вы были без сознания, — начал он с серьезным выражением, хотя в голосе слышались игривые нотки, — поэтому поначалу вы на меня не произвели особого впечатления. Я подумал: «Прелестная женщина. Интересно, какого цвета у нее глаза?»

— Почему вас заинтересовали именно глаза?

— Понимаете, мне всегда нравились зеленоглазые женщины с рыжими волосами. И вы меня не разочаровали.

— Пожалуйста, посерьезней, — попросила она. — Я в беде, Оливер. Я не помню, кто я, и мне важно знать, что вы на самом деле обо мне думаете. Вы же умный человек, у вас наверняка уже сложилось вполне определенное мнение.

Он помолчал, глядя ей в глаза, словно хотел проникнуть в ее мысли, потом ответил, тщательно подбирая слова:

— Я думаю, что вы, возможно, действительно потеряли память.

— Вы не уверены?

— Не совсем.

— Понимаю, — кивнула Кейт. — Я хочу вернуться в дом как можно скорее.

Она выпустила его руку и резко прибавила шагу. Старый уютный особняк Норкрофтов — ее единственное спасение.

— В чем дело? — ничего не понимая, бросился вдогонку граф.

— Вы мне не верите, и я не в состоянии переубедить вас, милорд.

— А чего вы от меня ждали? — В голосе Оливера послышалось раздражение. — Вас доставляют к нам без сознания, потом вы приходите в себя и заявляете, что потеряли память — удивительно, не правда ли? И как, кстати, потерялся ваш багаж…

— Вы сказали «кстати»?! — Гостья даже остановилась от возмущения. — Да знаете ли вы, как унизительно носить чужое платье, пусть даже очень хорошее, но не по размеру?

— Где уж мне, — ответил граф, пряча усмешку. — Одежда с чужого плеча — это фи, моветон.

— Только не пытайтесь пустить в ход свое обаяние, не сработает, — предупредила Кейт. Она пошла было вперед, но вновь остановилась, не в силах успокоиться. — Я еще могу представить, что кто-то захочет осложнить жизнь вам, но зачем, по-вашему, мистифицировать добрейшую графиню?

— Пока не понял.

— Не имею ни малейшего желания ждать, пока вас осенит. Тем более что вы сомневаетесь в моей искренности.

Она отвернулась и быстро пошла по лужайке.

— Mais vous avez nulle part pour aller2, — бросил ей вслед граф на почти безупречном французском.

— Sans se soucier je ne resterai pas ou je ne sui pas voulu. Particulierement pas avec un home qui me pense suis menteur3! — тотчас откликнулась гостья и застыла, пораженная. — Я говорю по-французски!

— Как и большинство дам, — протянул Оливер без энтузиазма. — Я никогда не называл вас лгуньей.