Живи и люби! - Долли Нельсон

— Скоро они будут плавать как рыбы. — Тенгвальд не сводил с нее глаз. — И вы тоже. Не передумали учиться?

— Нет, не передумала, — ответила она. — Детям опасно находиться в воде без взрослого, который при необходимости смог бы прийти к ним на выручку.

Тенгвальд невольно опустил взгляд и увидел ее полную молочно-белую грудь, выдававшуюся из выреза купальника. Слава Богу, что сама Сигрид в это время следила за девочками. Пораженный реакцией собственного тела, он смутился. Ничего подобного с ним до сих пор не случалось. Ситуация грозила выйти из-под контроля.

— Дядя Тенгвальд, я пить хочу, — пожаловалась Лотта.

Он растерянно посмотрел на племянниц, стоявших у берега.

— Я тоже, — добавила Ловиса.

Не успел Тенгвальд открыть рот, как Сигрид сказала:

— На обратном пути я прихватила большой кувшин с лимонадом.

— А нам можно?

Сигрид фыркнула, как девчонка, и этот негромкий звук заставил Тенгвальда улыбнуться.

— Конечно, можно, — ответила она. — Кувшин и стаканы стоят на столе во внутреннем дворике. — Она повернулась к Тенгвальду. — А вы будете?

— С удовольствием.

Девочки наперегонки устремились к дому. Хотя они еще не успели скрыться из виду, но Тенгвальд уже занервничал, ощутив, что он и Сигрид остались наедине.

— Ну… — хрипло проговорил он. Из его горла вырвался какой-то сдавленный свистящий звук, и ему пришлось смущенно откашляться. — Вы готовы приступить к первому уроку?

Похоже, овладевшая им лихорадка была заразной. Сигрид вскинула голову, и ее волосы рассыпались по плечам. На мгновение она отвела взгляд, потом посмотрела ему в глаза и едва заметно кивнула.

После этого робкого кивка с воздухом стало твориться что-то странное. Дышать стало трудно. Хотя Тенгвальд стоял по пояс в воде, его тело пылало.

Он посмотрел в лицо Сигрид и увидел, что на нем нет ни следа косметики. До сих пор она пользовалась тенями для век, помадой и всеми остальными средствами, с помощью которых женщины наводят красоту.

И тут до него дошло, что Сигрид этого вовсе не требовалось. Ее кожа лучилась здоровьем. Над голубыми глазами изгибались изящные брови, длинные темные ресницы напоминали веер.

Она была воплощением естественности и жизненной силы. И только тут Тенгвальд понял, что именно влечет его к этой женщине. Затем он сделал еще одно открытие, от которого сердце заколотилось о ребра. Чтобы учить Сигрид плавать, ему придется быть с ней рядом. Совсем рядом.

— Думаю, следует начать с основ.

Тенгвальд небрежно поднял руку и с ужасом увидел, что у него дрожат пальцы. Он быстро сунул ладонь под воду, надеясь, что Сигрид не заметила этого. Достаточно было одной мысли о прикосновении к ней, чтобы его тело взбунтовалось.

— С основ, — повторила она. — Хорошо звучит.

В ее голосе слышалась легкая дрожь. Тенгвальд проглотил Слюну и удивился тому, что атмосфера может так быстро меняться. Секунду назад они веселились и играли с детьми, а теперь ведут себя словно подростки на первом свидании.

— Гм-м… — с запинкой произнес он и шагнул к Сигрид. — Давайте проверим, как вы умеете лежать на спине.

Она замешкалась.

— Я понимаю, — быстро сказал Тенгвальд, — лежа на спине, вы чувствуете себя очень уязвимой. Но если вы преодолеете этот страх, все остальное будет намного легче. — Почувствовав ее неуверенность, он добавил: — Доверьтесь мне. Даю слово, что с вами ничего не случится.

Наконец Сигрид неохотно шагнула к нему. Слабый аромат лимона, которым пахла ее кожа, смешивался с запахом соленой воды.

— Я буду придерживать вас, — добавил Тенгвальд. — Пока вы не привыкнете.

Сигрид кивнула.

Его руки налились свинцом. Одну ладонь он положил на ее затылок, а другую — на плечо. Ее тело расслабилось и вытянулось.

Тенгвальд ощутил ожог от прикосновения. Кончики его пальцев и ладони опалило огнем. Странно, что вода не превращалась в пар.

Что за чушь, подумал он. Простого физического контакта между нами недостаточно, чтобы создать тепло такой интенсивности. С точки зрения науки "это всего лишь проявление сексуальности. Он отчаянно желал эту женщину. Никаких сомнений не оставалось.

Но Сигрид не было до этого дела. Она выразилась тогда недвусмысленно. Следовательно, требовалось подавить желание. Тенгвальд был уверен, что это ему по силам. Надо выкорчевать влечение с корнем, и проблема будет решена.

Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох, попытался не думать о физической тяге и представил себе, что его мозг превратился в бездонный омут, наполненный прохладной голубой водой. Затем он поднял веки… И обвел беспомощным взглядом обольстительное женское тело.

Вода ласкала каждый сантиметр этого тела. Льнула к рукам, к пышной груди, талии, бедрам, красивым коленям и стройным лодыжкам. Веки Сигрид были опущены, она мерно дышала, сосредоточившись на своих ощущениях. Потом устремила взгляд на покрытые лаком изящные ноготки, поднимавшиеся над поверхностью воды. Тенгвальд невольно засмотрелся на милое лицо Сигрид и ощутил себя умирающим с голоду, которого внезапно усадили за стол, уставленный роскошными яствами.

Ее сочные губы манили поцеловать их…

— Ладно, — вдруг сказала она.

Едва заметное движение этих губ загипнотизировало Тенгвальда. Если бы лицо Сигрид не было так близко, он ничего не заметил бы.

Неужели она прочитала его мысли? Неужели ощутила его желание? И ответила на яростный призыв его мозга? На жар, кипевший в крови? Может быть, она сама хочет, чтобы ее поцеловали? Нет. Нет. Это невозможно.

Не успев подумать, он отдернул руку и отпустил затылок Сигрид.

Она тут же напряглась, после чего началась маленькая цепная реакция: ее голова ушла под воду, руки взлетели вверх, а легкие инстинктивно втянули воздух. Тенгвальд машинально схватил ее за предплечье. Сигрид бултыхалась в воде, пока не встала на ноги. Она закашлялась, потом рассмеялась и вытерла руками лицо.

— Я думала, что готова. — Сигрид стряхнула воду с пальцев. — Но… кажется, ошиблась.

Их взгляды столкнулись как две кометы, летящие в космосе. Сигрид перестала смеяться, ее дыхание участилось. Обоих пронзил удар тока, а воздух стал сухим и колючим.

Они не могли вымолвить ни слова. И потеряли способность дышать.

Капли, стекавшие по ее щеке, сверкали как бриллианты. Тенгвальду показалось, что время остановилось. Он поднял руку, бережно вытер щеку Сигрид и провел кончиком большого пальца по бархатистой нижней губе. После этого желание забушевало в нем как степной пожар.

Она смотрела на него не отрываясь. Ее глаза цвета луговых васильков потемнели от страсти.

— Боже мой, Сигрид… — прошептал Тенгвальд. — Что это?