Империя смерти - Тимур Туров

Его собственный голос?

«Нет, ну это точно бред, – подумал Сергей. – Они меня оглушили, а затем привезли сюда… Машина! Что с ней?»

Его «Фиат», такой же рабочий инструмент, как компьютер, мозг или фотоаппарат!

Да, кстати, что со сделанными ночью снимками?

Жарков метнулся к сумке, принялся один за другим вытаскивать предметы – блокнот, диктофон, несколько ручек, брелок автомобильной сигнализации с ключами… Ага, вот и фотоаппарат…

Включив его, Сергей защелкал кнопками и быстро обнаружил, что последние фотографии стерты.

– Вот суки, – сказал он, сдерживая желание отшвырнуть фотоаппарат в угол. – Кто это сделал?

Тут взгляд его упал на рабочий стол, и Жарков замер, выпучив глаза.

На клавиатуре лежала желтая роза, только бутон, без стебля, и капли воды блестели на упругих лепестках.

Мысли Сергея рванули в галоп, точно перепуганные лошади, помчались в разные стороны: цветок еще сырой, и это значит, чужаки были в квартире недавно? Почему они оставили розу?

И тут в памяти всплыло взятое вчера интервью…

Ярослав Шишкин, один из владельцев фирмы «Аргус», а заодно и глава тайной организации магов «Золотая роза»! Объект статьи, над которой Жарков работал до поздней ночи!

Сергей вздрогнул от накатившего страха – они что, узнали? Колдуны из подопечных Шишкина выяснили, чем он занимается, и решили предотвратить раскрытие тайны?

«Нет, не может быть, – подумал Жарков, пытаясь успокоить себя. – Нет, откуда?»

Он подошел к столу и обнаружил, что рядом с розой на клавиатуре лежит липучий квадратик желтой бумаги, выдранный из пачки, расположившейся тут же, рядом с монитором.

На нем крупными буквами были написаны четыре слова: «Следующая попытка станет последней».

Вот тут Сергей испугался по-настоящему. Сомнений не осталось – «Золотая роза» узнала о разысканиях Жаркова и решила устранить опасность. Его припугнули, стерли снимки с фотоаппарата… а статья и те фотки, что он делал на Алексеевской, они были на компе!

Сергей торопливо утопил кнопку включения питания – вдруг не догадались, не заглянули, да и пароль у него стоит…

Комп включаться отказался. Точнее, он заработал, но только чтобы выдать на экран сообщение об отсутствии диска С. Похолодев, Жарков снял крышку с системного блока и заглянул внутрь.

Винчестера на месте не было.

Незваные гости не стали мелочиться, возиться с паролем, они просто забрали винт со всей информацией на нем. А сделать резервную копию последних данных Сергей не успел.

Несколько минут он сидел, тупо пялясь внутрь системного блока, а потом ощутил приступ ярости.

– Ну, я вам еще устрою… – прошипел Жарков, поднимаясь на ноги.

Он не являлся особенным храбрецом и знал это. Но в то же время мог похвастаться тем упорством, что порой способно заменить смелость, и умел им пользоваться. Ну а кроме того, он был журналистом, и это означало, что он обладал способностью добывать информацию в любых условиях.

Сергей мог работать даже в состоянии панического ужаса.

Поднявшись на ноги, он прошел к буфету и достал бутылку коньяка. Снял крышку и отхлебнул прямо из горлышка. Терпкая жидкость обожгла горло, ухнула в желудок.

– Не сразу, – прошептал он, ненавидяще глядя в пространство. – Я выжду, пока вы успокоитесь. А затем отомщу. Все получат свое – и Ярослав Шишкин, и его «Золотая роза»…

В малом зале «Снежинки», предназначавшемся исключительно для «своих», ярко горели лампы. Негромко шуршал кондиционер, в динамиках под потолком группа «Чингисхан» выпевала «Ra-Ra-Rasputin, lover of the Russian queen…».

Олег в компании Антона Григорьевича сидел за дальним от входа столом и неспешно пил кофе. Напиток был без сахара и настолько крепкий, что от каждого глотка сводило скулы.

Но он хотя бы как-то помогал бороться с сонливостью.

Лег сегодня в шесть, а в девять пришлось вставать и отправляться выполнять «задания партии и правительства».

– Опаздывают, – сказал Антон Григорьевич, глянув на часы, и недовольно скривился.

Ярослав назначил им встречу на три часа дня, но сам же не пришел вовремя.

– Начальство задерживается, – пожал плечами Олег и отодвинул опустевшую чашку. – Скоро этот кофе у меня из ушей потечет.

Антон Григорьевич дернул углом рта, изображая улыбку, и тут дверь зала открылась. Вошли Ярослав и Аристарх Сергеевич, оба мрачные, озабоченные, а за ними впорхнула официантка.

– Так. Поесть чего-нибудь, – бросил на ходу глава «Золотой розы». – Посытнее, побольше. Суп обязательно. Мясо – тоже, остальное сами смотрите. Алкоголя сегодня не надо.

Официантка кивнула и исчезла за дверью.

– Рад встрече, – сказал Аристарх Сергеевич, глядя на Олега. – Слышал, ты в очередную передрягу попал?

– Да в такую, что полгорода на уши поставил. – Ярослав отодвинул стул, сел, посмотрел на Турнова пристально, отвел глаза. – За то, что вчера случилось – извини… Иначе я не мог поступить. Сам понимаешь, в какой ситуации мы были. Четыре ножа у горла. Разве тут откажешь?

– Не откажешь, – вздохнул Олег.

Остатки обиды за то, что его, пусть и временно, но все же выкинули из ордена, тлели где-то в глубине души. Рассудком он понимал, что иного выхода у главы «Золотой розы» не было, но забыть о случившемся пока не мог.

– Ладно, эмоции на потом, – Ярослав хлопнул ладонями по столу. – Так-так, рассказывайте, что в «Зеркальной пирамиде».

Вошла официантка с подносом – от мисок с борщом поднимался пар, – и пришлось прерваться. Только когда девушка разложила приборы, поставила корзинку с хлебом и, пожелав приятного аппетита, ушла, Антон Григорьевич прокашлялся и сказал:

– Информацию взяли. Проект соглашения о компенсации – тоже. Условия неплохие.

– Интересненько, – заметил Аристарх Сергеевич, длинными пальцами поглаживая подбородок. – А ты что скажешь, Олег? Не пытались «бесцветные» паразиты обмануть нас и на этот раз?

– Лжи я не почувствовал… Желтое Око отдало все, что у них есть на тех бледных типов, которые орудовали на телевышке. Но там, помимо той видеозаписи, почти ничего и нет.

– Очень хорошо, – Ярослав потер руки, взялся за ложку. – Проект соглашения я потом посмотрю, а сейчас давайте поедим.

Борщ в «Снежинке» готовили отменный, наваристый, густой, не жалели мяса и приправ. Ложка в нем, конечно, не стояла, но в глубину погружалась неохотно, приходилось на нее давить.

Покончили с первым, официантка забрала миски и принесла тарелки с паэльей. Вслед за ней наступила пора фруктового чизкейка, а вот на очередную чашку кофе Олег посмотрел с отвращением.

Выпил залпом, точно паленую водку.