Мама для трех лисят. Тайны дворцовых переходов - Светлана Рыжехвост

– Что значит «мэйари»? – тихо спросила я, не зная, как реагировать на его слова.

Но понимая, что он чувствует все мое смятение и тихое, боязливое довольство.

– Единственная. – Он улыбнулся. – Говорят, что двуликие любят лишь один раз в жизни. Это не совсем так, но очень близко. До встречи с мэйари мы способны любить, но после…

Внутри разлилась горечь. Значит, он не полюбил меня, а был вынужден смириться с тем, что я ему подхожу? Неужели это такое же проклятье, как иль-тэррис у драконов? Неужели я сама по себе ничего не значила?

– Я клялся не причинять вреда, но слышу, что сделал больно. – Кайрнех отпустил мою ладонь и, поднявшись, сел рядом. – Скажи мне, что случилось? Что я сказ… О. Ты боишься, что моя тень причинит тебе вред? Или что после моей смерти ты не сможешь вновь стать счастливой?

До крови прикусив губу, я зло мотнула головой. Зло – потому что к глазам опять подступали слезы. А я не истеричка и никогда ею не была!

– Меня огорчило то, что не ты выбрал меня любить, а магия, – хмуро произнесла я. – Но у тебя есть мое согласие. На все.

– Магия? Нет, Ноэль, это не так. – Кайр рассмеялся и прижал меня к себе. – Ты удивительная. Ты самое лучшее, что случалось в моей жизни.

– А дети?

– Дети идут отдельной строкой, – фыркнул Кайр. – Я не полюбил тебя с первого взгляда, уж прости. Не способен я на это – может, стар, а может, мое сердце очерствело. Зато я помню, как ты пожалела мне кавы.

– Кайр-р-р.

– Но это правда, – рассмеялся хитрый лис, а после серьезней добавил: – Ты была готова защищать моих детей до конца. Ты выступила против меня, и я… Я заинтересовался. А после ты была собой, и я полюбил. И, говоря «мэйари», мы, лисы, говорим о том, что сильнее полюбить уже не сможем. Это не предназначенная, как у драконов, а… А любимая настолько, насколько один конкретно взятый лис способен.

– Я надумала глупостей. – Прижавшись к Кайру, я положила голову ему на плечо и спокойно выдохнула.

Он же, чуть удобней устроившись, уточнил:

– Все в порядке?

– Да, – тихо ответила я.

И подумала, что, быть может, мы сможем еще раз поцеловаться?

– Тогда я должен сказать, что твой секретарь была закрыта в старом неиспользуемом тайном ходе. В некотором смысле это можно назвать похищением.

– Что?!

Я дернулась так, что едва не соскользнула с софы на ковер, но Кайр удержал меня и успокаивающе произнес:

– Рядом с ней сейчас Дамьен.

– Это меня утешить должно? – с горечью спросила я. – Это проклятое место пожирает хороших людей. Оно питается ими. Мне нужно...

– Принять решение. – Кайр серьезно посмотрел на меня. – Искра в безопасности. Она может посидеть пару часов в компании Дамьена, или же мы "случайно" найдем ее прямо сейчас. Все зависит только от тебя, Ноэль. И я заранее согласен с любым твоим решением.

Магистр был серьезен, но поверить в эти слова так сложно, так невыносимо сложно!

– Ты хочешь, чтобы я начала искать своего секретаря, верно? Чтобы понять, кто и зачем ее спрятал, – медленно произнесла я, пытаясь разобраться в этой безумной ситуации.

Все внутри меня противилось такому решению. Использовать людей как вещи было настолько в духе герцога Терна, что я просто не могла, не могла так поступить!

Но и отрицать всю полезность такой интриги тоже было нельзя. Если Искре не причинили вреда, не попытались ее допросить, значит, "работать" будут со мной.

– Дамьен не только великолепный защитник, но еще и непревзойденный рассказчик анекдотов, – добавил Кайрнех.

– Приличных? – заинтересовалась я, и лис тут же отвел взгляд.

– Ну, думаю, что приличные он тоже знает.

– Мужчины, – цокнула я и честно добавила: – Мне не принять такое решение в одиночку, Кайр. Мне претит мысль использовать Искру как тупое и бессловесное орудие. Мне нужно ее согласие.

– И оно у тебя есть. Твой секретарь в ярости, она призывает все проклятья мира на головы тех, кто посмел злоумышлять против ее леди Ноэль. Думается мне, что юная Лоренталь из тех, кто будет верен до самой смерти.

– Хотелось бы, чтобы это была смерть от старости, – кашлянула я. – Кайр, она не пострадает?

Магистр серьезно кивнул и уверенно произнес:

– Ни единого волоса не упадет с головы твоего секретаря. Настолько искреннее сердце еще поискать нужно, Ноэль. Она стала бы слишком большой потерей. Дамьен выведет ее через тени, если потребуется. Но я сомневаюсь, что кто-либо придет туда. Общеизвестно, что со своих слуг я беру теневые клятвы. Это веселит иных лордов, а я… Что ж, я не против чужого веселья, особенно в тех случаях, когда плачу полновесными монетами за рассказы их слуг.

– Да ты интриган, – восхитилась я.

– Это был трудный год, я искал своих детей везде. И да, теперь я знаю слишком много, – Кайр усмехнулся, – особенно из-за того, что они пускали меня в дома своих хозяев.

– Ты умеешь спрашивать нематериальные тени? – ахнула я.

– Только если я должным образом мотивирован, – покачал головой Кайр и уточнил: – На грани отчаяния у меня получалось допросить тени живого мира. Но сколько бы я ни пытался после – не вышло.

– Возможно, это была милость Пресветлой Матери, – задумчиво произнесла я.

На что Кайр уверенно ответил:

– Их встреча с тобой – вот милость Пресветлой Матери. Ноэль, дай мне клятву.

Я отвела взгляд. Да, это было бы самым простым решением, но:

– Разве я не подведу тебя? Не лучше ли пойти королю навстречу?

– Не лучше, – отрезал Кайрнех, – он не остановится. Если раньше я думал, что король Бодрик мерзавец, то последние пару лет я в этом уверен. Равно как и в том, что это недостаточно емкое слово. Это проверка, Ноэль. Можно ли на нас давить намеками, осмелимся ли мы «не понять» или же подчинимся в страхе разоблачения.

– А если мой дар потребуется кому-то важному?

– Покинем стены дворца. Ноэль, я не буду тебя заставлять, хорошо? На подчинении далеко не уехать, но я надеюсь, что ты веришь в меня хотя бы немного.

– Я, Ноэль Альхена Антер, Принятая в дом Айервилль, принятая в род Мор, Пылающая, травница, изгнанница, – я перечисляла все, что могло меня хоть как-то характеризовать, – клянусь не использовать свой дар в стенах дворца короля Бельвергейла, если ничьей жизни не будет угрожать смерть.

– Не могу сказать, что это та формулировка, о которой я мечтал, – вздохнул магистр, – но большего я от тебя не добьюсь?

– Я не буду строить свою жизнь на чужих костях, – тихо сказала я.

– Я знаю, – он притянул меня к себе и коснулся моей макушки губами, – я знаю.