Волшебный витраж - Диана Уинн Джонс

Эйдан лег в кровать и сладко уснул. А вот Эндрю провел беспокойную ночь, полную тревожных снов – в них он все пытался выяснить, о чем говорил ему дед. Во сне Эндрю искал деда, а того нигде не было. Раз или два вместо деда появлялась Стейси – но лишь легкомысленно отмахивалась: «Все в компьютере» – и убегала. Тогда, снилось Эндрю, он смотрел в компьютере и находил там информацию, похожую на разноцветный дым, и она, словно дым, утекала у него сквозь пальцы, как он ни пытался ее ухватить. Один раз он даже сам себя разбудил – сказал вслух: «Ладно, придется самому все выяснить». Это его разозлило: опять придется отвлекаться от книги! Окончательно он проснулся в теплых серых предрассветных сумерках, радуясь, что ночь позади.

Тут бы Эндрю и сесть за работу над книгой. Но без Стейси он не мог начать, а сегодня у нее был выходной. За завтраком Эндрю бурчал себе под нос:

– День насмарку, день насмарку…

– Может быть, возьмем карту и пройдемся вдоль границы? – предложил Эйдан.

– Отличная мысль! – согласился Эндрю.

Поскольку миссис Сток что-то запаздывала, а возможно, и вовсе не собиралась приходить после скандала с мистером Стоком, Эндрю и Эйдан нарезали себе бутербродов и оставили миссис Сток записку. Оказалось, что у Эндрю с Эйданом одинаковый размер обуви, – видимо, Эйдану предстояло вырасти очень высоким, – и пришлось Эндрю с некоторой неохотой одолжить Эйдану вторую пару своих прогулочных ботинок. Потом они взяли непромокаемые ветровки, отыскали карту и по серым от росы полям двинулись в сторону Мелла.

Эйдан был на седьмом небе. Он даже не ожидал, что ему, городскому мальчику, не привыкшему ходить по полям и лесам, это так понравится. Более того, когда они перебрались через неухоженную живую изгородь напротив дровяного сарая, Эйдан не сомневался: прогулка обернется сплошными мучениями. Первое же поле пробудило в нем непонятную тревогу.

– Здесь совсем не так безопасно, как возле дома, – сказал он Эндрю.

– Пожалуй, да, – согласился тот. – Помнится, дед говорил, что Мелстон-Хаус с прилегающими территориями – своего рода мирная зона. Ничего, не волнуйся. Все эти поля, и холм, и вон тот лес раньше принадлежали моему деду, а теперь – мне. Я сдаю их в аренду под пастбище, но они все равно мои.

Эндрю задумался, каково это – знать, что тебе принадлежат такие просторы. Приятно, наверное.

Следующий участок пути Эйдану тоже не понравился: они повстречали Уолли Стока, фермера, который пас на полях Эндрю коров и овец. Уолли был коренастый, краснолицый и угрюмый. На нем красовалась плоская угрюмая шляпа, а еще он был большой любитель поговорить. Эйдан нетерпеливо топтался рядом, пока Уолли правдами и неправдами уговаривал Эндрю в уплату аренды за поля взять целую баранью тушу, – мол, она прекрасно поместится в морозилку. Эндрю понимал, что это Уолли уклоняется от налогов, и не соглашался, но потом он поглядел, как мнется рядом Эйдан, и вспомнил, сколько Эйдан ест. И тут же согласился на барана и хотел уйти. Но от Уолли было так просто не отделаться.

– Слыхали, какие безобразия творились на заседании фестивального комитета? – спросил он.

Эндрю ответил, что нет, не слыхал.

– Форменный скандал, – сообщил Уолли. – Эта миссис Фэншоу-Сток танком на всех наехала по поводу надувного батута, двое из комитета даже встали и вышли. Сначала все просто руками разводили. Но потом позвали викария – давно пора! – и попросили назвать сумму, а викарий и говорит – надо попросить мистера Брауна…

– Мистера Брауна? – нахмурился Эндрю.

– Ну да, мистера Брауна из усадьбы, – пояснил Уолли. – Вот уж затворник, хуже вас, профессор. Все аж в обморок попадали от удивления, когда он согласился. Будет от него прок, не будет от него прока, жизнь покажет, но дело хорошее. По крайней мере, у нас есть настоящая звезда, будет кому фестиваль открыть. Знаменитость. Важная шишка. На него поглядеть вся округа сбежится. В общем, ежели ничего не сорвется, в этом году, может, и с прибылью останемся – ну, если погода не подведет, конечно. А в этом году погодка стоит хуже некуда. Того и гляди, разорюсь – цены на молоко упали, а в супермаркетах за баранину гроши платят…