Ведьма Пачкуля и пренеприятное известие - Кай Умански

– Ясненько. – Боб достал карандаш. – Какого рода статуя?

– Статуя ведьмы. Страшилище. С волшепным хлыстом.

– С волшебным хлыстом, угу. – Боб записывал детали.

– Гласа шуткие. Красные.

– Похоже на… – Боб, прищурившись, посмотрел вдаль, потом щелкнул пальцами. – На Достопочтенную Хлыстинду, вот на кого.

– Откуда фы снать? – изумился Хьюго.

– Она моя давнишняя покупательница. Кстати, хлыст как раз я ей и продал. Так. Из чего желаете статую? Ледяную? Шоколадную? Сырную?

– Ис шорный мрамор.

– Ага. Что ж, вам повезло. Попроси вы шоколадную, пришлось бы ни с чем уйти. А из черного мрамора есть на складе.

– Прафда?

– Разумеется. На ней и табличка с именем должна быть. Куда доставить?

– К залу «У шорта на куличиках», – сказал Хьюго. Он весь обмяк от облегчения.

– Прекрасно. Пойду налеплю квитанцию с адресом. Будет у вас в течение часа.

И с этими словами Боб испарился. В универмаге больше не было ни души.

Хьюго с метлой уставились друг на друга. Потом метла весело подпрыгнула, а Хьюго исполнил кувырок – и еще добрый десяток кувырков.

Много, много позже, когда солнце уже садилось, семеро помятых, покрытых мозолями и волдырями, измочаленных гоблинов тащились обратно вверх на Кудыкину гору. Хотите верьте, хотите нет, только они опять заблудились. Виноват был, как обычно, Красавчик. Вместо того чтобы свернуть налево, он пошел направо, в итоге они несколько часов проплутали. Цуцик сказал, что Красавчик барахло, а не проводник, завязалась перебранка, и они изрядно повалялись в грязи.

– Только подумайте, – пропыхтел Косоглаз. – Мы б сейчас могли есть дармовые булочки с изюмом.

– Иль даже вкусные булочки с изюмом, – просопел Пузан.

– Вон указатель, – отдуваясь, сказал Красавчик, показывая рукой. – Почти пдишли.

– Вот спасибо большое, – буркнул Цуцик. Но не слишком громко. Он так устал, что неохота было затевать очередную потасовку.

– Как думаете, привезли уже? – спросил Косоглаз.

– Шут его знает, – сказал Красавчик. Они уже шагали по узкой извилистой тропинке. – Небось нет, вечно нам не фартит.

Но он ошибался.

Семейство свернуло за угол – и увидело её! Кровать! Она стояла прямо у входа в Универмаг Помощничка Боба, ловя последние рыжие лучи заходящего солнца.

– Ух ты! – выдохнул Обормот. – Вот это красотуууулища!

Все их мечты воплотились в этой кровати. Большой. Шикарной. Наверняка с прыгучими пружинами, и толстым матрасом, и уж точно с покрывалом, из-под которого виднелась простыня с «Гоблинским патрулем»!

– Ура! – завопил Цуцик и вскинул кулак в воздух. – «Гоблинский патруль»! Ура!

– Добрый вечер, господа, – окликнул их Помощник Боб. Он стоял, опершись на прилавок, сияя любезной улыбкой.

Красавчик с трудом оторвал глаза от кровати. Как и его сородичи, он онемел от волнения.

– Вы немного припозднились, – заметил Боб. – Собственно, аж на восемь часов. Но вам повезло, универмаг еще открыт. Ну так как? Вас все устраивает?

– Да, – прохрипел Красавчик. – О да!

– Выдвижные ящики в комплекте. И лампа для чтения, разумеется.

– Да, – выдохнул Красавчик.

– Ну, если всё в порядке, кровать ваша. Забирайте.

Гоблины переглянулись. Забирать?

– Каким манером? – спросил Пузан.

– Кровать на колесиках, до дороги подтолкнете. А вниз с горы она сама поедет, по инерции, только придерживайте.

– Как-то сложно, – с сомнением сказал Красавчик. Кровать была большая. Кровать была тяжелая, к гадалке не ходи. Тяжелая и неповоротливая.

– Доставить, боюсь, не сможем, – грустно сказал Боб. – Курьер занят. Если только завтра.

– Но мы хотим чичас, – заныл Красавчик.

– Тогда придется толкать, – сказал Боб.

Ничего не поделаешь. Пришлось толкать.

– Какой кошмар, – сказала Пачкуля, глядя на высящуюся над ними зловещую статую. Она царила над поляной, распространяя дурные вибрации. – Но вылитая и. о.

Статуя материализовалась из воздуха через считаные секунды после возвращения Хьюго. Точная копия Достопочтенной Хлыстинды, только в три раза больше. Мраморная заместительница угрожающе потрясала хлыстом.

– Я снать, – просиял Хьюго.

– Глаза, нос, волосы, хлыст, табличка с именем, всё на месте. И даже платить не пришлось?

– Нет. Купи сейчас, заплати потом.

– Класс. Осталось только избавиться от этой громадины. – Пачкуля кивнула на побитую глыбу мрамора чуть поодаль. – Применю заклинание исчезновения. – Она порылась в кофте и достала свою палочку.

Хьюго закрыл глаза лапками. Пачкулины заклинания не всегда срабатывали как надо.

Только я махну рукой —

Глыба сгинет с глаз долой!

И к изумлению обоих – глыба исчезла!

– С этим разобрались, – довольно сказала Пачкуля. – Теперь надо найти, чем статую накрыть. Моя простыня сгодится. Пошли в хибару, поужинаем и отметим.

– Постой. – Хьюго мотнул головой. – Тут фон пришли.

Из-за деревьев вышли два тролля и затоптались на краю поляны.

– Чего вам? – сурово спросила Пачкуля.

– Ничего, – сказал тот, что покрупнее. – На статую пришли посмотреть.

– Открытие в полночь, подождете.

– Так она ж уже открыта, – сказал тот, что помельче.

– Она еще не закрыта, болваны… – Она осеклась и круто обернулась. Из кустов доносился подозрительный треск. – Стоять! – скомандовала Пачкуля. – Кого еще там черт несет?

– Шорт? Сам шорт кого-то несет? – забеспокоился Хьюго.

Кусты зашевелились, и на поляну вышла разномастная компания: скелет, древесный демон, оборотень и гном. Глазки у всех бегали. Скелет держал в руках ведро побелки. Гном прятал за спиной банку красной краски.

– Вы что тут делаете? – рявкнула Пачкуля.

– Просто гуляем, – сказал оборотень.

– Ага, – поддакнул скелет. – Свежим воздухом дышим, любуемся пейзажем.

– Так я и поверила! – сказала Пачкуля. – Пришли испоганить статую, а?

– Статую? – сказал скелет. – Какую статую? – Он посмотрел Пачкуле за спину и театрально вздрогнул. – Ух ты! Статуя!

– Эй! – вмешался Хьюго. – Чефо это они делать?

К статуе тем временем прошмыгнули тролли. Здоровяк стоял на плечах у маленького и мелком пририсовывал заместительнице рыжие усы.