Ведьма Пачкуля и пренеприятное известие - Кай Умански

Тут их энтузиазм слегка поутих. И правда, как внести здоровущую кровать в пещеру? Проем-то невелик!

– Она кучу места займет, – с сомнением сказал Пузан. – Куда мы все вещи денем?

Энтузиазм еще немного поутих.

– И на какие шиши мы ее купим? – спросил Косоглаз.

Энтузиазм совсем иссяк. Вечно всё упиралось в деньги – которых у гоблинов в жизни не бывало.

– Значит, все остается по-старому, – вздохнул Гнус. – Ложись давай, Красавчик.

– Нет, – сказал он. – Я так пдосто не сдамся. Пойду погуляю, подумаю. Кто со бной?

Но остальные уже принялись спорить, кому быть матрасом, и, похоже, дело шло к драке. Конечно, никто с ним не пошел.

И Красавчик отправился бродить в одиночестве.

Красавчик откатил булыжник, закрывавший вход в пещеру, и вышел в лунную ночь. Сзади доносились гневные голоса, потом раздался бац – это Пузанов кулак впечатался Свинтусу в глаз.

Красавчик вздохнул и зашагал вниз с горы, весь в мыслях о кроватях. Он дошел до середины склона, когда от тени корявого дерева отделилась невысокая фигурка и преградила гоблину путь. Это было нечто в футболке «Лунобзик». За плечом у нечто был мешок, а в волосатой руке – пачка листовок.

– Ты, часом, не в лес ли собрался, Красавчик? – спросило нечто. – Сам знаешь, гоблинам в лес шастать не положено.

– Не твово ума дело, куда я собрался, – сказал Красавчик.

– Да просто у ведьм сборище сегодня. Они скоро расходиться начнут. Попадешься им на глаза – влетит тебе по первое число.

– Сам знаю. Я так, гуляю, туда и обдатно.

– Тоже мне хоббит нашелся, – усмехнулось нечто.

– Щас кто-то у меня договодится, – сердито сказал Красавчик.

– Полегче, а то не получишь спецпредложение, – сказало нечто, помахивая листовкой.

Красавчик взял у него бумажку и беспомощно на нее уставился.

– Что пишут?

– Вверх ногами держишь, бестолочь. – Нечто выхватило рекламку у гоблина и перевернуло ее как полагается. – Спецпредложение, не ясно, что ли? Новый магазин открылся. Универмаг Помощничка Боба «Все необходимое». Товары хороши, да и цены неплохие.

– Слова-то все какие длинные. А чего дают?

– Все, – сказало нечто. – Все, что только может понадобиться. Котлы, шкафы, коляски, часы с кукушкой, телескопы, мыльницы, кларнеты, абажуры, безобразные вазы, фотоаппараты, хлебные вилки, аккордеоны, тачки…

– Ясно, ходош.

– Вешалки, гладильные доски, ванны оцинкованные, пианино…

– Ходош, говорю.

– Банановые плантации, ножницы, шурупы всякие, тропические острова…

– Ходош! Все уши мне пдожужжал!

– Да я просто рассказываю. У Боба все имеется. Склад под завязку набит. А чего нет, так он закажет. Доставка в день покупки. И даже платить не надо.

– Ась?

– Акция в честь открытия. Купи сейчас, заплати потом.

Красавчик вперил взгляд в открытку.

– Где это? – спросил он.

– Там на обороте карта.

– Чего это – карта?

– Неважно, – вздохнуло нечто. – Спустишься вниз, повернешь налево. Потом на север до Кудыкиной горы. На полдороге увидишь большой указатель: «Универмаг Помощничка Боба «Все необходимое». Мимо не пройдешь. Хотя… с тебя станется.

– Бного ты понимаешь, – сказал Красавчик. Он сунул рекламку в карман и поспешил обратно в гору.

– Мне эта и. о. заранее не нравится, – сказала Пачкуля Шельме. Ведьмы шли домой по освещенному луной лесу.

Смена предводительницы сплотила их, они снова были подругами. Даже Дадли с Хьюго заключили временное перемирие.

– М-да, то еще имечко, – согласилась Шельма и поежилась. – Хлыстинда. Брр.

– Как бы там ее ни звали, мне она не указ, – сказала Пачкуля. – Чтобы мной понукала какая-то понаехавшая хабалка – да ни в жизнь. И остальные тоже этого не потерпят. Дело пахнет керосином, точно тебе говорю.

Позади них беседовали – редкий случай! – Дадли с Хьюго.

– Ворона, – проворчал Дадли.

– Дефчонка, – тяжело вздохнул Хьюго.

– Не будет ворониха мной помыкать, еще чего не хватало.

– И мной тоше. Ни за фто. Пахнуть керосин.

Все остановились. Дальше тропинка разделялась надвое. Одна вела к чистенькому домику Шельмы, другая – к номеру 1 в районе мусорной свалки, омерзительной Пачкулиной хибаре.

– Напоишь чайком? – с надеждой спросила Пачкуля.

– Давай в другой раз, подруга? – сказала Шельма. – Я что-то не в настроении. Только сейчас дошло: Чепухинда уезжает и бросает нас на произвол судьбы!

– Без нее будет не то, – согласилась Пачкуля. – Она не подарочек, но без нее будет не то.

Обе шумно вздохнули. Чепухинда и впрямь бывала редкостной занозой, но зато ведьмы знали ее вдоль и поперек.

– А что, если она никогда не вернется? – сказала Шельма, шмыгнув носом. – Вдруг в шабаше теперь по гроб жизни будет заместительница верховодить?

– Ну уж нет, – заверила ее Пачкуля. – Я этого не допущу.

Хьюго с Дадли продолжали бубнить себе под нос.

– Мы бунт поднимем, – сказал Дадли. – Чтобы мадама в команде – не бывать этому.

– Согласен! – поддержал его Хьюго. – Мы ей покасать. Кристина. Тьфу.

Впервые они сошлись во мнении.

– Зайду за тобой завтра вечером, – сказала Пачкуля.

– Договорились, – всхлипнула Шельма. – Пошли, Дадлик. – И они побрели прочь.

Луна ярко освещала тропинку к Пачкулиной хибаре. Потому-то Хьюго и заметил валявшиеся на обочине листовки. Похоже, нечто в футболке «Лунобзик» притомилось и отправилось домой.

– Это еще фто? – спросил Хьюго, подобрав одну. – Вроте реклама.

Пачкуля выхватила у него бумажку.

– «Универмаг Помощничка Боба «Все необходимое», – прочитала она. – Акция в честь открытия».

– Ух ты, нофый магазин. Мы сходить посмотреть? – спросил Хьюго

Разнообразием магазинов Непутёвый лес похвастаться не мог. Не самое это приятное место для бизнеса. Разных бандитов пруд пруди – того и гляди выломают дверь да грабанут (а то и сожрут) кассу. Сходить, что ли, раздумывала Пачкуля. Хотя…

– Нет, – решила она. – Не сегодня. Хочу домой, посидеть, покумекать. Нам нужен План Сопротивления.

– Идет, – согласился Хьюго. План Сопротивления – отличная идея. При мысли о Кристине его прошибал холодный пот.

Тем временем в гоблинской пещере…