Одд и Ледяные Великаны - Нил Гейман

Медведь наблюдал за Оддом. Потом сказал небрежно:

— Ты, небось, пить хочешь. Пойдем. Поищем воды.

Одд снова вскарабкался на медведя, уцепился покрепче, и они погрузились во тьму леса. Однако непохоже, чтобы они что-то искали. Наоборот, медведь, видимо, отлично знал дорогу и имел четкую цель. Они поднялись на горный кряж, спустились в узкое ущелье, прошли насквозь тишайшую, словно заколдованную рощицу, потом долго протискивались через колючий утесник, и наконец оказались на небольшой прогалине, в центре которой чернело озерцо незамерзшей воды.

— Осторожно, — тихо сказал медведь. — Тут очень глубоко.

Одд глядел во все глаза. Желтый лунный свет был, конечно, обманчив, и все же…

— В воде движутся тени, — сказал он.

— Там нет ничего опасного для тебя, — сказал медведь. — Это просто отражения, правда. Пить безопасно. Даю слово.

Одд отвязал от пояса деревянную кружку. Погрузил в озерцо и выпил. Вода была освежающей и странно сладкой на вкус. До сих пор он как-то не чувствовал жажды, но не пил, оказывается, очень давно, и кружка наполнялась и пустела четыре раза.

Потом он зевнул.

— Так спать хочется.

— Еще бы, столько шли, — сказал медведь. — Погоди-ка. Давай тебя устроим. — Он отошел на край полянки и отгрыз несколько еловых веток. — Ложись.

— А как же остальные? — спросил Одд.

— Скажу им, что ты уснул в лесу. Только никуда не уходи. Отдыхай.

Медведь улегся, примял ветки своим весом. Мальчик пристроился рядом, вдыхая густой медвежий запах, прижался к мягкому, теплому меху.

Мир вокруг был уютным и тихим. Одду ничто не угрожало, опустилась тьма…

Открыв глаза, он понял, что замерз, рядом никого нет, а громадная белая луна сияет высоко в небе. «Раза в два больше нашей луны в Мидгарде», — подумал Одд, гадая, оттого ли это, что Асгард ближе к луне, или у богов имеется собственная…

Медведь исчез.

В озерце, залитом бледным лунным сиянием, Одд заметил какое-то движение, он поднялся и подхромал поближе, чтобы приглядеться.

Стал на коленки у кромки воды, сложил руку ковшиком, зачерпнул, попил. Вода была ледяная, но Одд чувствовал, как она согревает и успокаивает.

Тени в воде менялись, перетекали одна в другую.

— Что ты хочешь увидеть? — спросил голос позади Одда.

Он промолчал.

— Ты пил из моего источника, — сказал голос.

— Я сделал что-то плохое? — спросил Одд.

Сначала было тихо. Потом голос ответил:

— Нет. — Голос казался таким старым, даже древним, что Одд не мог понять, мужской он или женский. — Смотри.

Отражения на поверхности воды сложились в живую картину. Он увидел, как они втроем с отцом и матерью зимой играют в дурацкую игру — жмурки, и смеются, оттого что совершенно беспомощны с завязанными глазами.

Он увидел гигантское существо с сосульками в бороде и морозным узором на волосах, какой остается рано утром на листьях и на льду. Оно сидело у высокой стены и беспокойно вглядывалось в горизонт.

Он увидел мать, она зашивала кожаную куртку Толстого Альфреда, глаза ее покраснели от слез.

Он увидел холодные равнины, где жили Ледяные великаны, и самих Ледяных великанов: они угощались огромным рогатым оленем и танцевали под луной.

Он увидел отца в хижине, которую Одд и сам недавно покинул. В одной руке отец держал нож, в другой — кусок дерева. Он начал вырезать со странной, отстраненной улыбкой. Одд узнал эту улыбку…

Он увидел отца молодым, тот спрыгнул с галеры и побежал по скалистому берегу. Одд понял, что это Шотландия, и скоро отец встретит маму…

Он продолжал смотреть.

Луна здесь была такой яркой! Одд мог увидеть все, что хотел. Чуть погодя он вынул кусок дерева, найденный в хижине, и нож, и уверенными, точными движениями начал срезать все, что было лишним.

Он работал, пока не разгорелся день, пока сквозь заросли на поляну не протиснулся медведь.

Зверь не спросил, что мальчик видел в озере, а тот не стал рассказывать.

— А ты снова уменьшился, — сказал Одд, влезая на медвежью спину. Это уже был не вчерашний гигантский медведь, а лишь немногим больше того, на каком Одд ездил в первый раз. — Усох.

— Тебе видней, — сказал медведь.

— Откуда появились Ледяные великаны? — спросил Одд, когда они бежали через лес.

— Ётунхейм, — сказал медведь, — означает «Дом великанов». Это по ту сторону великой реки. Они обычно на этот берег не суются. Но им и раньше случалось переправляться. Как-то один из них пожелал себе Солнце, Луну и Леди Фрейю. Перед этим им понадобился мой молот Мьёллнир и рука Леди Фрейи. А однажды они захотели все богатства Асгарда и Леди Фрейю…

— Похоже, Леди Фрейя у них в моде, — заметил Одд.

— Да, верно. Она красивая.

— А как там у них в Ётунхейме? — спросил Одд.

— Уныло. Деревьев не растет. Холодно. Пустынно. Не то что здесь. Спроси Локи.

— Почему?

— Он не всегда был богом-асом. Он родился Ледяным великаном. Самым маленьким из Ледяных великанов. Над ним потешались. И он ушел. И в своих скитаниях спас жизнь Одину. И он… — Медведь умолк — похоже, засомневался, стоит ли говорить, потом все же закончил: — С ним не скучно. — Чуть погодя, медведь сказал: — Все, что ты делал прошлой ночью, все, что видел…

— Да?

— Мудрец соображает, когда лучше промолчать. Только дурак выкладывает все, что знает.

Лис и орел ждали у почти погасшего костра. Одд доел остатки рыбы. Потом медведь спросил:

— Ну? Что теперь?

Одд сказал:

— Отвези меня к границе леса. Там жди. Я пойду к воротам Асгарда, один.

— Почему?

— Потому что не хочу, чтобы Ледяные великаны узнали, что вы вернулись. Пока не стоит.

Они отправились в путь.

— Что-то я часто на медведе разъезжаю. Так недолго и привыкнуть, — сказал Одд.

Медведь только фыркнул.