Грешники и праведники - Иэн Рэнкин

— Всего одна порция виски, Питер. Считай, что для куража.

Мейкл посмотрел на него:

— Вы что собираетесь делать?

Ребус холодно улыбнулся.

— Мы просто катаемся, — повторил он.

Они обогнули подножие Солсбери-Крэгс, оставив слева Дамбидайкс, потом проехали Холируд, свернули направо к Сент-Маргаретс-Лох и начали подъём по склону Артурова Трона. Мейкл знал, где они остановятся, — напротив ворот, как и в прошлый раз. Там была припаркована ещё одна машина, и Ребус остановился сзади.

— Ну, видишь, как быстро приехали, Питер, — сказал Ребус. Он посмотрел на часы и выключил зажигание. — Ты ведь сюда привёз её тело? И закопал где-то тут. — Он помолчал. — Ты, кстати, свой телефон нашёл?

— Чуть не полчаса рыскал в этих кустах.

Ребус удовлетворённо кивнул:

— У вас частенько случались ссоры. Об этом знали соседи, об этом знала сестра Дороти. Дороти поехала к ней и сказала: она тебя боится — ты обещал её убить, если она попытается уйти. Может быть, она укладывала чемодан, когда ты вернулся в дом. Может быть, ты избил её и она решила — хватит, наелась. В общем, события могли разворачиваться и так и сяк. Но вот чего точно не произошло: она не прыгнула под автобус или поезд, она не уехала из города к новой жизни.

— Вы облаиваете не то дерево.

— Правда? Ну что ж, справедливо.

Ребус постучал руками по рулевому колесу.

— Что?

— Я сделал всё, что мог.

Ребус посигналил, и дверцы припаркованной впереди машины раскрылись. Оттуда вышли двое: Даррил Кристи и бритоголовый громила, который предположительно занял место Дина Гранта.

— Это что? — спросил Питер Мейкл и ухватился левой рукой за ручку двери «сааба», словно для того, чтобы не позволить открыть её снаружи.

— Здесь мы с тобой прощаемся.

— Это Даррил Кристи! — брызгая слюной, сказал Мейкл.

— Даррил мне кое-чем обязан, Питер. Я решил, что ты поможешь ему оказать мне услугу. А теперь вон из машины.

— Что?

— Дальше поедешь с ними. — Ребус кивнул, показывая на «эвоук». — Я слишком стар, слишком устал. В прежние времена я мог бы сам с тобой разобраться. А они и сегодня могут. И потом твои кости упокоятся в тихом местечке.

— Вы не можете!..

— Это почему?

— Вы же полицейский!

Ребус подался к нему, лицо его стало жёстким.

— Я из восьмидесятых годов, Питер, я не из нынешних, изнеженных, которые без белых перчаток из дому не выйдут. Пошёл вон из моей машины!

Мейкл расширившимися от ужаса глазами посмотрел в окно и увидел за стеклом Кристи и громилу. Потом, несмотря на все его усилия, пассажирская дверца стала открываться, и Ребус услужливо отстегнул его ремень безопасности.

— Нет! — взмолился Мейкл, которого уже вытаскивали из машины. Один из его дешёвых, без шнуровки туфель соскочил с ноги и остался в «саабе». Его затащили на заднее сиденье «эвоука», охранник уселся рядом. Ребус опустил стекло и выкинул сигарету. Потом Кристи захлопнул заднюю дверцу, и «эвоук» тронулся. Когда он исчез из виду, зазвонил телефон Ребуса.

— Привет, Шивон, — сказал он. — Ну что, договорённости на вечер остаются в силе?

— Мы можем найти что-нибудь менее злокачественное, чем второй зал «Окса»?

— Для меня это исключено.

— Ну ладно. — Она вздохнула. — Так в половине девятого?

— Я, вероятно, приду первым.

— Ты туда прямо сейчас и едешь?

— Не совсем. Малькольм точно будет?

— Говорит, что с нетерпением ждёт вечера.

— Хозяин «Окса» может отнестись к этому иначе, если Фокс будет настаивать на том, чтобы пить колу.

— Смею заметить, мы с тобой вполне можем взять на себя его порцию.

— Смею заметить. — Ребус позволил себе улыбку, стряхивая пепел в окно.

— Ты где-то на улице?

— Дышу воздухом.

— Следующие несколько недель могут оказаться не самыми приятными. Будет много вопросов, на которые придётся отвечать.

— Я готов.

— Может быть, при встрече сравним записи?

— Ты уверена, что это не против правил?

— Может, и против. К счастью, у нас есть Малькольм — он не позволит нам сойти с прямого пути закона.

— Это лучший путь, Шивон.

— Я позвонила Лоре Смит и выдала ей информацию. Подумала, что она это заслужила.

— Никогда не знаешь, в какой момент тебе понадобится дружески расположенный журналист. Ну, до вечера.

— А потом что-нибудь остренькое в кафе «Андалуз»?

— Пару стаканчиков — вот всё, что я могу себе позволить.

— Другие планы? — Она помолчала. — Только не рассказывай мне, что у тебя свидание.

— Не советую тебе говорить, что я слишком стар для этого.

— Кто она?

— У меня что, не может быть частной жизни?

— Ты же знаешь — я буду копать, пока всё не узнаю.

— Ну, до вечера.

— Не забудь — лучший костюм. И не води её по всяким дешёвым забегаловкам…

Ребус улыбался, нажимая красную кнопку мобильника.

Докуривая сигарету, он поглядывал в боковое зеркало. Потом он вылез из своего «сааба» и взял что-то с заднего сиденья. Его хлестал ветер, пока он методически выдирал страницы из евангелия Тайного завета — порывы подхватывали и уносили обрывки. У него в руках осталась одна кожаная обложка, когда к «саабу» подъехал «эвоук» и остановился в том же месте, что и прежде. Из машины вышли трое. Громила поддерживал Питера Мейкла, а Даррил Кристи подошёл к Ребусу.

— Он покажет вам место, — сказал Кристи. — Если хотите, то прямо сейчас.

Ребус открыл пассажирскую дверцу «сааба», бросил на сиденье остатки евангелия Тайного завета и поднял туфель Питера Мейкла.