Девять граммов на весы Фемиды - Валерий Карышев

– Коля, проводи гражданина… – И тут же поправился: – Товарища Сидорова на выход!

Адвокат хорошо запомнил этот случай.

На следующий день он встречался с ребятами из РУБОПа и рассказал им об этом странном случае. Рубоповцы удивились.

– Да, странная ситуация… Говорите, что он заправлялся после этого Сидорова? Не очень-то верится… Судя по всему, он имеет какое-то отношение к этой заправке. Мы это проверим.

Действительно, через четыре дня уже имелась информация, что заправка принадлежала тестю следователя, а раньше ею владел один из фигурантов дела, которое вел следователь. И эту информацию друзья передали Малькову. Рубоповцы могли свободно проходить в следственный изолятор.

«Ну что же, – подумал адвокат, – неплохая сцена! Наверное, ребята чуть позже разовьют эту идею…»

Размышления адвоката нарушил голос следователя:

– Мальков, вам предъявляется обвинение в окончательной редакции. Итак, у вас статья – вымогательство в особо крупном размере. Повезло вам, что по этому делу не проходят другие соучастники. Хотя у нас есть информация, что это преступление вы совершали не один, а участвовали в нем еще несколько человек, включая руководителя вашего отдела. Но это, к сожалению, только версии. Доказательств пока нет. Но я думаю, что время покажет. Сколько веревочке ни виться – конец будет…

Мальков усмехнулся:

– Ну-ну…

Оформив необходимые бумаги, подписав протоколы, следователь придвинул к Малькову и адвокату два толстых тома.

– Вот ваше уголовное дело. Вы можете с ним ознакомиться. Вы ознакомление будете вести отдельно или совместно?

– Раздельно, – сказал адвокат.

– Хорошо. Но имейте в виду, что тома вам будет приносит мой помощник, а я перехожу на другое важное дело.

– Повезло какому-то человеку, дело которого вы будете вести! – с усмешкой сказал Мальков.

– На что это вы намекаете?

– Нет, ничего… Такой, как вы, многих людей может посадить, даже невинных…

– Это вы себя имеете в виду? Это вы-то невинный?! – раздраженно проговорил Барсуков.

– Ладно, давайте не будем ссориться, тем более что дело закончено, – попытался успокоить его адвокат. – Надеюсь, что, по крайней мере, мой подзащитный с вами больше не встретится.

Остыв, следователь уселся за стол.

– Кстати, – неожиданно произнес он, – господин адвокат, я тоже хотел вас спросить.

– Слушаю вас внимательно!

– А почему вы в ходе следствия не написали на меня ни одной жалобы, ни одного ходатайства? Как-то непривычно даже… Я слышал, что вы часто пишете такие бумаги.

– Вам дали неправильную информацию обо мне. Во-первых, я никогда не избираю своей тактикой написание жалоб и ходатайств. Зачем я буду вскрывать ваши уязвимые места до суда, чтобы вы потом аккуратно эти дырочки заштопали? Нет, все будет в суде.

Следователь кивнул.

– Да, я знаю, многие адвокаты придерживаются такой тактики. Хотя есть и такие, которые пишут…

– А они просто хотят показать клиенту, что работают – вот, написал, мол, двадцать жалоб и на все двадцать получил отказ…

– Может, и так, – согласился следователь. – Ну что, будете дело читать?

Адвокат взял первый том и открыл первую страницу. Вот, первое заявление потерпевшего о факте вымогательства со стороны Малькова, вот рапорт оперативного работника, вот докладная записка о проведении оперативно-розыскного мероприятия с применением технических средств… Стоп! Прекрасно! Значит, телефонный разговор, который они записали первоначально, не был санкционирован прокуратурой. Это вообще меняет дело!

Следователь внимательно наблюдал за реакцией адвоката и сказал:

– А что вы так обрадовались? Что-нибудь интересное нашли?

– Да, очень интересное!

– Может быть, поделитесь?

– Не хотелось бы…

– Ладно уж, следствие закончено. Даже если вы что-то скажете, я не смогу это никак использовать.

– Да, я это прекрасно знаю. Нашли мы первую дырочку, на пятой странице уголовного дела. А впереди еще страниц шестьсот, – сказал адвокат, перелистывая страницы.

– И что же вы нашли?

– А то, что запись первого телефонного разговора между Мальковым и Серебряковым, на основании которого было возбуждено уголовное дело, не была санкционирована прокуратурой.

Глаза Малькова заблестели. Он обрадовался, что адвокат так быстро нашел первую зацепку.

Следователь растерялся. Он взял дело и стал проверять, не обманул ли адвокат. Перевернув несколько страниц, он сказал:

– Да, действительно, санкции нет.

– Наверное, ваши оперативные работники второпях, когда получили такую интересную информацию, просто забыли получить санкцию у прокурора, – предположил адвокат.

Следователь пожал плечами.

– Ничего особенного! В принципе, это ситуации не меняет.

– Как же? Запись прошла несанкционированно, следовательно, не имеет юридической силы. А вы говорите – для вас это ничего не меняет!

– Очень просто! – сказал следователь. – Мы записывали разговоры Серебрякова, а он дал согласие на запись его телефонных разговоров.

– Извините! Если бы Серебряков разговаривал сам с собой или со своей женой, тогда нужно было его согласие. Хотя даже если записывался разговор с женой, нужно было бы санкцию прокурора получить, если эту запись собирались использовать в качестве вещественного доказательства. А здесь разговор с человеком, который подозреваемый, да еще без санкции прокурора… Так что суд займет нашу сторону.

– Ничего страшного. Я думаю, это единственное, что вы обнаружите.

Адвокат перестал пререкаться со следователем и стал быстро просматривать дело. Вскоре он обнаружил, что тушь-7, секретное средство, разработанное в ФСБ, с помощью которого определяется наличие пальчиков, была использована против его клиента Малькова. Но в то же время, просматривая видеозапись, он обратил внимание на то, что руки у Малькова действительно светились, но не в тот момент, когда он был задержан, а в тот, когда один из оперативников с помощью какого-то средства, помещенного во флакон с распылителем, нанес тонкий слой этого вещества на ладони Малькова. После этого к нему поднесли ультрафиолетовую лампу, и его ладони засветились. Все это было показано на видеопленке, которая была приобщена к делу в качестве доказательства.

Адвокат понимал, что это нужно хорошо обыграть – нанесение этого непонятного вещества на руки. Не удержавшись, он спросил у следователя:

– Скажите, пожалуйста, а что это за вещество, которое нанесли на ладони моему клиенту?

– Это специальное вещество, которое является проявителем… Раньше, когда фотографии печатали, так, чтобы отпечатки проявились, сначала на бумагу наносили проявитель, а потом закрепитель.