Первая, вторая, третья - Лариса Соболева

— Выгодно подсунуть папе новую дочь, — съязвил Наговицын.

— И дальше что делать? Ну, кончить папу, так? Новая Лиза получает наследство, а где гарантия, что она захочет отдать все Роди?

— Я б даже часть не отдал. Допустим, она напишет отказ от наследства в пользу Роди, — фантазировал Наговицын и сам же нашел контрдовод: — Заодно смертный приговор себе…

— Правильно, ни один человек в здравом уме не напишет отказ.

— А под пытками! Думай, что говоришь.

— Ну, надо долго пытать, пока человек не предпочтет умереть, не выдерживая боль. Но как потом покажешь изуродованного человека нотариусу? Не забывай, что отказ от наследства пишут у нотариуса и требуется присутствие того, кто идет в отказную!

— Есть идея! Не надо отказную писать! Едешь с фальшивой женой отдыхать, а там она тонет в глубинах синего моря, ее кушают на ужин акулы и прочие морские жители — все! Богатство достается единственному мужу.

Стриж серьезно задумался, потом одобрительно кивнул:

— Это предположение годится. Короче, нужны трупы.

— Ты уверен, трупы точно есть?

— Нет, конечно, не уверен. Ну, да, да! Не уверен, и что?

— Зачем же заставил копать? Тут пространства… им все перекопать прикажешь?

— Прикажу. Я люблю приказывать.

— Заметно. Копать придется до следующей зимы, и нет гарантии, что трупы найдут.

— Да, нет ее — гарантии. Но! — Закурив, Стриж рассуждал вполне убедительно: — Если всех троих убили, то их везли одновременно и в одно место. Зима, холод, земля мерзлая — три отдельные ямы не выкопаешь без бульдозера. Кстати, очень разумно выбрано место, земля здесь без примеси глины, рыхлая, с песком. Короче, если есть трупы Лизы и Филиппа, они под нашими ногами… — Машинально Стриж вытащил мобильник. — Да, Захар?

— Я еду на свидание со Светланой, — сказал Захар.

— С кем, с кем?

— Со Светланой. Вчера мне позвонили и обещали свидание.

— Захар! — заорал в трубку Стриж. — Не вздумай идти!

— Да нет, все в порядке будет. Светлана подала сигнал, который только она и я знаем. Если б меня заманивали обманом, она этого не сделала бы.

— Когда у тебя свидание? — не успокоился Стриж.

— В два. Мы с Мишкой едем уже.

— Где? Назови место.

— Отель «Корона», номер 234. Я на всякий случай говорю, хотя думаю, кровавых разборок не предвидится. Пока.

— Черт! — взмахнул руками Стриж. — Сколько до отеля «Корона» ехать?

— Это далеко, через весь город ехать, потом за ним, — ответил Наговицын. — Учитывая время до города, а также пробки на улицах, часа полтора потратишь — в лучшем случае, а то и все три. Бывает, я стою в пробке по сорок минут, но если с мигалкой да по тротуарам… А что случилось?

— Поехали, по дороге объясню. А вы копайте без меня, ты за старшего, — бросил он милиционеру.

— Хоть бы сказали, что мы ищем? — догнал его голос одного из шестерых рабочих, взятых на стройке.

— Когда найдете, не ошибетесь, что нашли. Уж поверьте. Копайте, копайте… квадратно‑гнездовым, пожалуйста, квадрат — два на два метра.

А то скажешь им, мол, останки двух страстно любящих сердец ищем, дунут отсюда — только пятки засверкают. Деньги‑то за это не платят, строительная фирма гарантировала дневной заработок, кому охота за копейки разложившиеся трупы откапывать?

— Мне 234‑й номер, — потребовал Захар ключи.

Администраторша подозрительно на него взглянула и выдвинула требование в ответ:

— Паспорт покажите.

Захар отдал ей паспорт, нет, ей этого мало.

— Фамилию с именем назовите.

— Захар Макагонов. Скажу больше: номер заказан на имя Верхового Всеволода Федоровича.

— Это его отец… приемный, — зачем‑то солгал Михаил. — То есть он его приемный сын.

— Вас проводят, это в четвертом корпусе, — отдавая паспорт, сказала она.

Номер — полный аут! Огромный, двухкомнатный, с большой прихожей, с диванами, коврами, статуями и прочим содержимым, чистота — страшно дотронуться до чего‑нибудь. Миша рухнул в кресло, огляделся:

— Зачем такой большой номер снимать на несколько часов? Деньги некуда девать?

Захар не ответил, он, отодвинув край занавески, смотрел на улицу. Михаил заметил бар, открыл его, изучил бутылки и вздохнул:

— Жаль, я не пью. Вот раздолье…

Он упал назад в кресло и включил телевизор, от скуки переключал каналы. Вдруг Захар рванул к двери:

— Приехали! С ними Светлячок!

— Стой! — гаркнул Михаил, друг притормозил: — Тебе что сказали? Залезть в номер и ждать, а не бежать как полоумному. Меры предосторожности слышал? Жди здесь!

Захар остался и топтался на месте, пока не открылась дверь и наконец Светлана не очутилась в его объятиях. Он целовал ее лицо быстро‑быстро, будто они прощались, а не встретились, прижимал к себе, обхватив руками, потом снова целовал.

— Вы позволите нам войти? — спросил Всеволод Федорович.

— А… Да… — смутился Захар, нехотя отстранив Светлану. — Заходите.

— Спасибо.

Всеволод Федорович (по оценке Михаила — матерый мафиози) прошел к креслу, с ним еще два важных человека, которых он представил:

— Мои помощники: Виталий и Эндрю. А вы друг Захара…

— Михаил, — ответил тот.

Парочка застряла в прихожей, им пришлось напомнить, что собрались здесь по делу, Захар и Светлана устроились на диване, переплетя пальцы рук и плотно прижавшись друг к другу. Девушка показала на Всеволода Федоровича, затем на свои уши, потом ткнула пальцем жениха, он понял:

— Хорошо, буду слушать.

Тем временем Всеволод Федорович, уложив обе руки на трость, присматривался к молодым людям, щуря глаза. Начал он же:

— Вы, Захар, чем занимаетесь?

— Я? — оторвал тот взгляд от Светланы. — Спортсмен. Мы с Михаилом занимаемся борьбой дзюдо.

— М‑м… — одобрительно протянул Всеволод Федорович. — Это хорошо, вы сможете себя защитить. Вероятно, мне понадобится ваша помощь. — Светлана насторожилась.

— Помощь? — повторил Захар озадаченно. — Вам?

— Да, мне. Светлана согласилась помочь…

— А почему она не говорит? Простудилась?

— Хуже, Захар, намного хуже, чем вы думаете.

Историю злоключений Светланы рассказывал Виталий, а Всеволод Федорович следил за реакцией обоих парней, как вдруг…

— Всем оставаться на своих местах! — заорал Наговицын, угрожая пистолетом.