Пояс неверности - Лариса Соболева

– Девушка идет к нам, – сказал главный охранник Хачика. – А вы стойте спокойно, иначе, братва, будем стрелять. Я не шучу.

– А ведь не шутит, – прошептал Каракуль, осторожно ощупывая автомат.

Лия подняла голову, произнесла:

– Я не хочу к ним, пусть лучше убьют.

Несколько секунд паузы. Это не могло продолжаться даже минуту, что и подтвердил охранник Хачика, потребовал более жестко:

– Я сказал: девушка ко мне! Быстро! Будем стрелять.

Лия собралась с духом, развернулась к нему лицом и тихо, едва шевеля губами, но отчетливо, выговорила:

– Ну и стреляй, дерьмо. Я не пойду.

Под шумок Каракуль снял предохранитель, готовился к атаке. Но тут послышалось тяжелое и громкое дыхание. Непроизвольно люди Хачика повернули головы в сторону. К ним от полосы леса летел черный, громадный зверь, который то сливался с темнотой, то выныривал из нее, как некий грозный призрак. Его шкура отсвечивала огненными бликами, и было непонятно, что это за зверь. Троица боевиков Хачика застыла в напряжении. Один не выдержал и выстрелил в Раджа. Воспользовавшись их растерянностью и испугом, Каракуль толкнул Лию на юношу, оба упали на землю, а он, выпуская короткие очереди, выстрелил поверх голов людей Хачика, те попадали. Это дало время подняться Лии и юноше, все трое рванули к лесу.

Радж свернул с пути на голос Каракуля. И вдруг пес встал. Запах. Едва уловимый, знакомый, ненавистный. Запах, достигнув его тонкого носа, тут же улетучился. К месту перестрелки бежал еще один человек. Запах шел от него. Дог заметался, не зная, куда бежать. Тем временем четвертый уже целился в Каракуля.

– Ко мне, Радж! – крикнул тот на бегу, поддерживая Лию.

А из кустов за колючей проволокой звал Антон. Радж скачками ринулся к мальчику. Опомнились и люди Хачика, открыли пальбу из пистолетов наугад. Каракуль взревел:

– Ложись! – и вздрогнул от обжигающей боли в предплечье.

Лия и юноша ползком добирались до леса. Упавший Каракуль перекатился на спину, приподнял голову и разглядел, что к ним бегут двое. Теперь открыл огонь по цели:

– Какие уж тут шутки!

Пули вылетели. Достав из кармана гранату, выдернул чеку, бросил и пополз к лесу. Рвануло. Каракуль прикрыл голову руками, прижавшись к земле, потом на четвереньках добрался до колючей проволоки, пролез под ней и скрылся в чаще.

Адам Рудольфович провожал последних гостей, одним из которых был Шкалик. Петя до самого конца сидел за столом, не понимая, что за возня идет. Булькатый говорил тост, вдруг к нему подкатил здоровяк, зашептал на ухо. Адам выслушал, заметно повеселел, тост досказал на подъеме, выпил и покинул гостей. Шкалик наблюдал и за Хачиком, этот тоже был доволен. Пирующие постепенно разъезжались по домам, а Хачик и не думал покидать ресторан. Он соизволил перекинуться несколькими словами с Петей, отчего Шкалика передернуло – уж очень ласков был Хачик, приторно ласков. С чего бы это? А Тимоха так и пропал. Шкалик звонил ему – безрезультатно. Вскоре и Хачик покинул зал. Петя посидел еще немного, выслушивая пьяную ахинею небоскреба, которая интересовалась, как ЭТО происходит у лилипутов. Он забросал ее убийственными взглядами, а ей хоть бы что! Настало время, когда и ее потянули к выходу. Ресторан опустел, официанты убирали со столов. Встал и Петя.

У ресторана засек тачку Хачика, значит, он еще здесь. А в зале его не было. Где же тогда Хачик и зачем остался? Петя сел в «БМВ», отъехал на некоторое расстояние, приказал шоферу остановиться и подождать. Сам же вернулся к ресторану, спрятался за деревом. Ждал недолго. Показалась еще одна тачка Хачика, из нее вылетели двое грязных людей, словно собой мыли площадь, метнулись внутрь. Что же такое происходит?

А Хачатур Каренович в кабинете ждал возвращения своих людей, посланных на завод за Лией. Адам Рудольфович прохаживался здесь же, анализируя в уме, правильно ли поступил, приняв решение отдать девушку. Вдруг в кабинет ввалились двое. Один был его человек, второй – Хачатура, видимо, новенький, потому что до сегодняшнего дня Адам этого бородатого человека никогда не встречал.

– Что случилось? – поднял глаза Хачатур Каренович, не скрывая удивления, ведь оба стояли грязные, а охранник Булькатого еще и в крови. – Где Лия?

– Мы немного опоздали, – признался охранник Адама. – Там был Каракуль и еще один, не разглядели его в темноте. Двоих ваших людей, Хачатур Каренович, уложил Каракуль, отстреливаясь. Потом он, Лия и третий скрылись в лесу.

Хачатур Каренович почувствовал, как со спины его объял страх. В былые времена он часто оказывался у края пропасти, но никогда не был так близко к ней, как на этот раз. Никто не смел обманывать его, а Каракуль посмел. Он просил отдать Лию, а сам отнял ее, значит, бумаги теперь попадут к нему, он не отдаст их. Адам будто угадал:

– Один человек не может с нами соперничать. Надо прочесать лес, они только там будут прятаться, больше негде.

– Лес? – вздрогнул Хачатур Каренович. – Может бит. А кто чесат будет лес? Слишком много места занимает, из-за гор вдвое, втрое болше места. Как искат? Гдэ?

– Утро вечера мудренее, – сказал Адам Рудольфович, тоже раздосадованный тем, что какой-то Каракуль отобрал добычу. Еще не сообщили о разгроме, учиненном Каракулем, иначе он не высказывал бы мудрых изречений. – Давай хорошо подумаем на свежую голову. Завтра с утра соберемся и обсудим создавшееся положение.

– Хорошо, – вздохнул Хачатур, предполагая, что бессонная ночь теперь обеспечена, и, видимо, не одна. – Надо забрат трупи из леса. Ти ведь не хочешь, чтоб про завод узнали, Адам? Визивай людей. Я своих тоже визову.

Шкалик увидел, как выходили из ресторана Адам и Хачик со свитами. Озабоченность на лицах подтвердила догадки: идет сговор, в который его не посвятили. Он набрал на мобильнике номер Тимохи, тот что-то простонал в ответ. Ага, Тимоха дома. Петя предупредил, что хочет повидаться с ним немедленно, срочно! Запрыгнул на сиденье «БМВ» и помчался к Тимошенко.

– Не отставать! Бегом! Не останавливаться! – подгонял Каракуль.

Они бежали по лесу уже часа полтора. Бежали? Да, удавалось и бежать, но то и дело наталкивались на препятствия – завалы из стволов деревьев, заросли, кручи, глубокие овраги и ямы. Если учесть еще темноту, так продвижение по лесу вовсе казалось невозможным. К счастью, светили луна и звезды, правда, этого света было слишком мало. Но Каракуль заставлял не просто идти, а бежать, бежать, чтобы согреться. Он разрезал свою рубашку, обмотал ступни Лии, чтобы она не поранила босые ноги. Устав до изнеможения, Лия остановилась, обняв ствол дерева:

– Не могу больше. Я согрелась, давайте отдохнем.

– Вперед, только вперед! – Каракуль безжалостно оторвал ее от ствола. – Держись за меня – и вперед, бегом. Иначе ты умрешь от переохлаждения.

– Но я не могу! – закричала Лия, вырвалась и села на землю. – Я не могу и не хочу! Мне все равно, как умереть. Не сейчас, так потом нас найдут и...