Грешники и праведники - Иэн Рэнкин

В кафе, где сидели Фокс и Ребус, по телевизору шёл репортаж, снятый возле полицейского отделения на Торфихен-плейс. Кафе находилось в пригороде Глазго, куда они добрались благодаря навигатору в телефоне Фокса.

— Так и не научился ориентироваться в местных дорогах, — сказал Фокс. Ему как раз принесли шотландскую похлёбку.

— Не вы один. — Ребус чуть отодвинулся, и официант поставил перед ним мясной пирог. Вместе с жареной картошкой и салатом, не считая булочки с маслом.

— Ну, выручайте, — сказал Ребус Фоксу.

— Тут я вам не помощник, — ответил Фокс, засовывая салфетку под ремень. Потом, посмотрев на часы, добавил: — Учтите, что через двадцать минут мы должны быть в другом месте. — Он взял ложку и принялся за дело.

— Вы всегда знали, что рано или поздно попадёте в «Жалобы»?

— Кто же это знает?

— Наверное, никто, но вы словно созданы для такой работы — судя по количеству копов, которых трясёт от вашего имени.

— Включая и вас?

— Пожалуй, уже не так, как раньше.

Фокс добавил в суп немного белого перца.

— Кто-то должен следить, чтобы мы не позволяли себе лишнего. Двойной смысл подразумевается. — Фокс кинул взгляд на пирог Ребуса.

— Эта шутка, судя по всему, не раз опробована. — У Ребуса между зубами застрял хрящик, и он извлёк его. — Но теперь, когда мы немного узнали друг друга, вам было бы уже не так приятно прикончить меня?

Фокс смерил его взглядом.

— Может быть, — согласился он.

— Но всё равно бы прикончили?

— Если надо — да.

— Ну и работёнка! Вот, скажем, я уболтал какого-нибудь говнюка признаться в преступлении, и он в конце концов признался, но мне пришлось обойти кой-какие правила…

Фокс улыбнулся:

— Вы считаете, что таким образом можно проложить себе дорогу в рай?

— А вы не считаете?

— Я не счетовод, Джон. Нет двух похожих ситуаций. Все обстоятельства должны приниматься во внимание.

— По мне, это типичный ответ счетовода. — Но Ребус тоже улыбался.

Фокс снова посмотрел на настенные часы.

— Вы думаете, Стефан не простит нам маленького опоздания? — спросил Ребус.

— А вы?

— Хороший вопрос, — вынужден был признать Ребус, снова вгрызаясь в пирог.

— Эй, посмотрите-ка. — Фокс показал на телевизор.

Ребус увидел, как толпа перед зданием полиции на Торфихен заволновалась: через неё стал протискиваться к дверям человек. Затем камера показала, как тот же человек покидает здание, а голос за кадром сообщил, что это «бизнесмен Оуэн Трейнор из юго-западного Лондона: его дочь Джессика — подружка сына Патрика Маккаски…»

— Молодец, Шивон, — пробормотал себе под нос Ребус и, махнув рукой на пирог, взялся за картошку.

Отель был трёхэтажный — сплошь тонированное стекло и блестящий металл, и располагался он недалеко от автомагистралей М8 и М74 — в месте, куда бизнесменам удобно заехать на встречу, или на обед, или на ночёвку. Стефан Гилмур и его партнёр, бывший футболист Барни Фруин, построили это заведение с нуля, а открылось оно всего три недели назад. На стенах в холле висели фотографии гостей, приглашённых на официальное открытие, Фруина и нескольких его старых партнёров по футбольной команде, а также подружки Гилмура с друзьями по шоу-бизнесу.