Грешники и праведники - Иэн Рэнкин

— Она всё ещё красавица, — не удержался Фокс и, почувствовав взгляд Ребуса, добавил: — В своё время видел её по телевизору…

Они собирались сообщить о своём прибытии портье, но Стефан Гилмур уже шёл им навстречу, громогласно приветствуя Ребуса. Они обменялись рукопожатием. Потом Ребус представил Фокса.

— Давайте только побыстрее, — нетерпеливо сказал Гилмур. Он вышел к ним в рубашке — без пиджака.

Он вызвал лифт и, когда все трое вошли, провёл ключом-карточкой по слоту, после чего нажал кнопку «ПХ».

— Пентхаус, — объяснил он. — На сегодня не забронирован, так что можем воспользоваться.

Двери лифта открылись, и они оказались в холле апартаментов. Отсюда двери вели в гостиную, ванную, спальню. Из окон во всю высоту стены открывался вид на Глазго и холмы за ним. С другой стороны видны были главным образом дороги и промышленные здания.

— Впечатляет, — сказал Фокс, когда Гилмур устроился на одном из диванов и, раскинув руки, положил их на спинку.

— Я только что видел по телевизору Оуэна Трейнора, — сказал Гилмур. — Что за история?

— Ты его знаешь? — спросил Ребус.

— Мы с ним собирались строить отель в Кройдоне, ничего не вышло, однако Трейнор был участником синдиката. Теперь вдруг он всплывает в Эдинбурге…

— Вообще-то, он родом из Кройдона, — сообщил Ребус.

— На это мы и делали ставку, Джон.

— Всё это очень занимательно, но мы приехали по другому поводу, — сказал Фокс.

— По какому же? — Гилмур закинул ногу на ногу.

Ребус остался стоять у окна, а Фокс сел на стул.

— Речь пойдёт о Билли Сондерсе, — сказал Фокс.

— Я знаю. С моей стороны, глупо было звонить ему. — Гилмур поднял ладони, не снимая рук со спинки дивана.

— Как ты нашёл его номер? — спросил Ребус.

— Этот парень водит такси, Джон. Думаешь, так уж трудно узнать его телефон?

— Подозреваю, что кое-кому пришлось заплатить.

— Без комментариев.

— Ну, тогда вы, может быть, согласитесь прокомментировать исчезновение мистера Сондерса?

Гилмур посмотрел на него с недоумением.

— Его машину нашли на пустыре, — сообщил Ребус. — А на следующий день генеральный прокурор собиралась его допросить с пристрастием.

— Вот те на. — Гилмур подался вперёд, упёр локти в колени, сцепил пальцы. — Уж не хотите ли вы обвинить в этом меня?

— Что конкретно вы ему сказали? — спросил Фокс.

— Я хотел узнать… — Гилмур внезапно замолчал, сверля Фокса взглядом. — Я больше не коп — вот уже тридцать лет как не коп. Почему мне не спросить у человека, как он будет отвечать на вопросы следователя?

— Вы просто спрашивали — не угрожали?

— Угрозы не в моём стиле. — Гилмур вскочил на ноги и, указывая пальцем на Фокса, возмущённо спросил Ребуса: — Не противно тебе иметь дело с такой гнидой?

— Спокойно. Значит, ты спросил Билли Сондерса, что он собирается сказать на допросе?

Гилмур остановился футах в трёх от Ребуса и кивнул в ответ.

— И? — не отступал Ребус.

— И ничего — он не пожелал со мной говорить. Весь разговор длился двадцать секунд от силы. — Гилмур помолчал. — Готов спорить, вы запросили биллинг по его звонкам — легко выяснить, что я говорю правду.

— И больше ты ему не звонил?

— Пытался, но он не брал трубку.

— И вы не предлагали ему никакого вознаграждения? — добавил Фокс со своего стула.

— Вы хотите сказать, не предлагал ли я ему взятку? — Гилмур отрицательно покачал головой. — Но я вам скажу, что думаю по этому поводу. Вы сами его спугнули. Тридцать лет прошло, и вдруг на тебе — ему снова кутузка светит. Я бы на его месте тоже дал дёру.

— Боюсь, мистер Гилмур, вы попали в непростую ситуацию, — заметил Фокс. — Вам есть что терять, вон сколько у вас всего. — Фокс повёл рукой. — А в прошлом у вас мало ли что было — было да прошло, никто не вспомнит. Так вы считали. Теперь ваша жизнь — всё это. Если только Билл Сондерс не выступит в суде и не расскажет во всеуслышание, кем вы были раньше.

— Хорошим копом — вот кем я был. Себя не жалел, чтобы люди по ночам спокойно спали. — Гилмур подошёл и встал перед стулом, на котором сидел Фокс. — А вот от вас, как я слышал, в уголовной полиции не было ни малейшего проку, и вы чуть не на коленях умоляли начальство перевести вас в «Жалобы».

Фокс медленно поднялся на ноги, кровь прихлынула к его щекам.

— Вы ведь понимаете, что на этом дело не кончится? Расследование будет продолжаться — с Билли Сондерсом или без него. И я не успокоюсь, пока не выведу вашу маленькую шайку на чистую воду.

— Это он про нас с тобой, Джон, — повернулся к Ребусу Гилмур.

— Но в первую очередь про вас лично, — уточнил для ясности Фокс. — Сондерс был вашим информатором, и я уверен: именно вы спасли его от суда. А помогал вам кто или нет, это уже дело десятое.

— Дуглас Мерчант — мерзавец, который получил по заслугам. Тому, кто с ним разобрался, полагается награда, а не тюрьма.

— Вот этим себя и утешайте, — посоветовал Фокс. — Чем чаще вы с вашим приятелем Патерсоном это твердите, тем менее убедительно это звучит.

— Ну, мы закончили? Я не услышал ничего такого, что бы лишило меня сна, даже на пять минут. Пусть Билли Сондерс рассказывает что хочет. Его слово против слова полиции Саммерхолла. Слухи и домыслы — вот всё, что вы сможете нарыть.

Он выставил вперёд подбородок, придвинувшись уже чуть ли не вплотную к Фоксу Фокс открыл было рот, чтобы ответить, но двери лифта вздрогнули и раздвинулись.

— Ты всё ещё здесь, мой Крепыш, — раздался напевный женский голос. — Портье сказал подняться и подождать… — Она вошла в комнату и резко остановилась, губы округлились в удивлённом «о!».

— Ваше следующее деловое свидание? — высказал притворную догадку Фокс.

— Тебе лучше уйти, — сказал ей Гилмур ледяным тоном.

Женщина была молода — лет двадцати пяти. Крашеные рыжие волосы и короткое пальто поверх предположительно ещё более короткого платья. Ребусу показалось, что он узнал её по фотографии в холле: там она стояла в обнимку с каким-то футболистом. Комнату заполнял парфюм, быстро вытесняя кислород.

— Мы уходим, — сказал Ребус, направляясь к выходу.

Гилмур не хотел встречаться с ним взглядом, но Ребуса это устраивало. Может быть, Фокс и сказал какое словцо на прощание, но Ребус не расслышал. Они стояли бок о бок в лифте, двери закрылись, и кабина поехала вниз. Ни один не проронил ни слова, пока Ребус не остановился перед фотографиями, чтобы проверить, не подвела ли его зрительная память.

— Изменять такой женщине, — заметил Фокс, покачав головой и ткнув пальцем в фото официальной подружки Гилмура…