В кругу семьи. Смерть Иезавели - Кристианна Брэнд

Если Кокрилл и вправду позаимствовал свой котелок, хозяин головного убора был бы сейчас в шоке. Инспектор безжалостно мял его прокуренными пальцами, глядя на следователя, виновато подписывающего ордер на арест Элен, и обескураженных родственников, мнущихся в быстро пустеющем зале суда.

– Завтра или послезавтра она предстанет перед судом, – мрачно произнес Коки. – Я постараюсь, чтобы это произошло как можно скорее. А пока ей придется…

Элен беспомощно посмотрела на него.

– Надеюсь, вы не собираетесь посадить меня в тюрьму?

– Это не совсем тюрьма, – хрипло выдавил Коки, опустив глаза на свою шляпу. – Просто полицейский участок в Геронсфорде. Вам там будет вполне комфортно. Все не так уж страшно.

Родственники молча смотрели на Элен, сраженные неожиданным ударом. Наконец Белла обрела дар речи:

– Инспектор, да сделайте же что-нибудь! Прекратите этот кошмар. Ведь ясно же, что произошла ошибка. Вы не можете ее арестовать. Она… нет, это просто невозможно, какой ужас! Не могу поверить.

Подбежав к Элен, она обняла ее за шею.

– Элен, дорогая, мое бедное дитя, это просто ужасно, какая-то нелепая ошибка!

Но Элен, казалось, не слышала ее. Она смотрела на Филипа, растеряв всю свою показную беспечность.

– О господи, какой ужас! – в полной тишине произнесла Клэр.

Подойдя к Элен, Пета осторожно высвободила ее из объятий Беллы.

– Не сейчас, дорогая моя. Нелл лучше оставить в покое. – Потом постаралась подбодрить Элен: – Не думай, что мы могли в это поверить – ни единому слову даже на секунду. Это просто глупая и жуткая ошибка. Но если тебя все же заберут в это ужасное место, я позабочусь об Антонии, просто глаз с нее не буду спускать, обещаю, что с ней все будет в порядке…

Элен представила, как эти длинные неловкие руки будут обихаживать ее ребенка, но все же нашла в себе силы улыбнуться и поблагодарить:

– Спасибо, Пета, я тебе верю и постараюсь не переживать. Корми ее как положено и постарайся во время купания не уронить малышку в ванну, дорогая! Она так и норовит выскользнуть из рук, прямо как вареное яйцо без скорлупы.

Филип, оправившись от потрясения, метался между Кокриллом и покидавшим помещение мистером Бейтменом, взывая к их разуму и указывая на абсурдность подобного решения, давал слово врача, что такая инъекция вообще невозможна, призывал что-то сделать, как-то поправить дело – ну, или хотя бы что-то сказать. Мистер Бейтмен был напуган и от страха принял напыщенный и неприступный вид, объяснив, что вердикт присяжных отменить нельзя и вообще у него срочные дела и нет ни минуты времени. Кокрилл смотрел на Элен, теребя в руках шляпу.

– Мне очень жаль, доктор Марч, но сделать ничего нельзя. Могу только обещать, что в заключении ей будет вполне комфортно.

Комфортно! Запереть женщину в клетке по недомыслию глупых людей, заставить ее сердце сжиматься от страха, что все остальные мужчины могут быть столь же неумны и она попадет в сеть, которую не смогут разорвать никакие доводы разума и доказательства невиновности. Филип содрогнулся. Элен печально стояла чуть поодаль, словно уже отрезанная от остальных невидимой железной решеткой. И Филип рванулся к жене, чтобы утешить, ободрить и уверить в своей любви, пообещать, что сделает все возможное, чтобы вызволить ее из неволи. Заметив это движение, Элен взглянула на Клэр, с тревогой вглядывавшуюся в лицо Филипа, на котором читались самые противоречивые чувства, и, насмешливо подняв бровь, стала прежней Элен, как он себе ее представлял: независимой, самодостаточной, неотзывчивой и холодной. Клэр, закрыв лицо руками, заплакала, Филип, сердито нахмурившись, отвернулся, а Элен, весело кивнув Кокриллу и поджидавшим ее полицейским, повернулась и пошла вместе с ними.

Ночью Клэр спала с ребенком в комнате Элен, а Филип временно перебрался в ее апартаменты. Пета яростно протестовала против такого расклада.

– Я обещала Элен, что позабочусь об Антонии, я же обещала ей, обещала. Белла, скажи Клэр, что с ребенком буду спать я, и пусть не встревает, куда не просят!

А Клэр она подпустила шпильку, сказав, что, учитывая их отношения с Филипом, это уже верх неприличия и Элен никогда бы не согласилась на такое.

– Филип, ты должен ее остановить. Элен уж точно была бы против того, что Клэр спит в ее комнате с ее ребенком…

Филип сидел за обеденным столом, устало закрыв лицо руками.

– Помолчи, Пета. Какая разница, кто будет спать с ребенком? Элен сейчас не до этого.

Заметив, что Клэр готовится устроить сцену, Белла решила вмешаться. Им всем и так сегодня досталось, не хватало еще переругаться.