Ядовитые стрелы Амура - Людмила Ситникова

Розалия Станиславовна приподняла юбку.

– Такая длина мне пойдет больше, надо бы купить парочку мини. – Она повернулась к Катке. – Так что ты сейчас там бормотала про стиль?

– Я говорю…

– Куколка, запомни раз и навсегда, можешь даже зарубить себе на носу – то, что говорят по телевизору молоденькие соплюшки касательно стиля, мне глубоко по барабану. Как ты, наверное, уже успела заметить, детка, я не живу по шаблонам, я товар штучный и делаю только то, что нравится мне, а не тете из ящика. Поняла?

– Поняла.

– Вот на этой веселой ноте поднимай задницу и дуй к себе. Адью, май бэби.

В спальню вбежала Наталья.

– Можно?

– Ну какого хрена вы все притащились в мою комнату? Идите трепаться в гостиную!

– Мне некогда трепаться, я ужин готовлю.

– Тогда зачем ты сюда приперлась?

– Там внизу какой-то мужчина с букетом цветов, что мне ему сказать?

– Мужчина? – Розалия сняла жакет, небрежно швырнула его на кровать и, схватив косметичку, достала из нее пудреницу.

– Он сказал, что хочет видеть самую прекрасную женщину этого дома.

– Это ко мне! Ко мне! Сказочный принц на белом коне.

– Да коня вроде не видать, – на полном серьезе ответила Натка.

– Беги вниз, зараза! Скажи, пусть никуда не уходит. Объяви, что, как только красавица сделает мэйк ап, так сразу и выпорхнет.

– Майак – это больно?

– Спускайся в гостиную!

Наталья сделала пару шагов к двери, но Катка ее остановила.

– Подожди, я сама разберусь. Зачем ты вообще впустила незнакомого мужчину в дом?

– Ой, – Натали вздрогнула. – Я и не подумала.

В гостиную все трое спустились одновременно. Розалия, отталкивая Катарину, первой предстала пред очами незнакомца.

– Какой красавчик… в смысле, кто вы такой?

– Я… э… – гость протянул Катке букет шикарных роз.

– Это вам.

– Вы? – Копейкина не верила своим глазам.

Бесшабашный дядя Михаила, голубоглазый блондин Дмитрий, стоял у нее в гостиной и расцветал своей бесподобной улыбкой.

– Я.

– Как вы узнали, где я живу?

– Очень просто: я волшебник.

– Остроумно.

– Если серьезно, то я следовал за вами от самой Рублевки. И вот я здесь, буду молить о прощении, пока вы не осчастливите меня согласием провести вечер в ресторане. Мне действительно неудобно из-за инцидента с наездом.

Катарина взяла цветы.

– Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? – злилась Розалия. – Ката, на тебя наехали на Рублевке? И ты молчала? Боже, как это романтично. А кто наехал? Олигарх или крутые парнишки?

– Розалия Станиславовна, более часа назад этот мужчина, сидя в своем «Мерседесе», чуть меня не задавил, и я…

– У вас «Мерседес»? – запела свекровь. – Какая прелесть, будем знакомы: Розалия Станиславовна. Но мужчине с Рублевки, да к тому же владельцу «Мерседеса», я разрешаю величать себя по-простому – Рози.

– Очень приятно.

– А вы? Ой, подождите, я сейчас угадаю. У меня, знаете ли, хобби, угадывать по лицам имена людей. С детства увлекаюсь физиогномикой. Вы Константин?

– Дмитрий Новоселов, – и он галантно поцеловал руку Розалии.

– Я почти угадала. Ох, как вы любезны, какие манеры, сразу видно: паренек из наших.

– Из ваших?

– Ну в смысле, из голубых…

Дмитрий поперхнулся.

– …кровей, – добавила свекровь.

– Что же вы сразу про кровь не сказали?

– Была очарована вашей неземной красотой. Вам говорили, что вы симпатяга?

– Давно.

– Да вы еще и кокетничаете? Мне это импонирует. Сразу чувствуется интеллигентность. У нас с вами много общего – я тоже матерая интеллигентка.

– Воспитание прям из ушей прет, – буркнула Наталья.

Провальсировав к ней, Розалия пропела:

– Димочка, а эта Ната до сотрясения мозга и двойного перелома работала у нас помощницей по хозяйству.

Натали отскочила в другой угол гостиной.

– Спасибо за цветы, – напомнила о себе Катка, – они мне понравились, всего доброго.

– Ката! Хамье неотесанное! Как тебе не стыдно выгонять человека? – свекровь улыбнулась Дмитрию самой очаровательной улыбкой. – Присаживайтесь.

– А у вас красивое имя – Ката, – искрился Дмитрий, обращаясь к хозяйке дома.

– Какое есть, – шипела Копейкина.

– А вы, Розалия Станиславовна, наверное, мама этой прелестницы?

Розалия млела от его слов.

– Почти, я ее дочь! Да вы не бледнейте, я так шучу. Нет, Димочка, я ей ближе, чем мама, – я Каткина свекровь.

Лицо Дмитрия на секунду погрустнело.

– Значит, мне рассчитывать не на что?

– Ну почему же, котик, я свободна. Скажу больше – я уже сама на многое рассчитываю.

– Розалия Станиславовна! – призвала ее к порядку Ката.

– Я сорок два года Розалия Станиславовна. Димочка, не обращайте на нее внимания, она сегодня не в духе.

Стараясь не рассмеяться, Дмитрий обратился к Катарине:

– Надеюсь, ваш муж не будет ревновать из-за цветов?

– Делать ему больше нечего!

– Конечно, не будет, – встряла Розалия, – мой сын – самый занятой человек на планете Земля. Его сейчас нет дома, он в командировке.

– Розалия Станиславовна, не нужно посвящать посторонних в дела, их не касающиеся.

– Ката, тихо! Так вот, мой сын приедет не скоро, поэтому Катка вынуждена скучать в гордом одиночестве. Бедняжка, как она скучает… ой, вы не представляете, всю мебель обгрызла.

– С меня хватит, я ухожу! – Копейкина побежала на второй этаж.

«Что она себе позволяет? Эти намеки, двусмысленные взгляды, вздохи… зачем-то сказала про Андрея. Совсем со своей гламуроманией ума лишилась».

Минут через пятнадцать Катарина услышала стук двери, и в спальню прошествовала Розалия.

– Ты вела себя некультурно: уйти – это было так глупо.

– Зато вы вели себя очень культурно. Кто вас тянул за язык?

– А что такое? Я же видела, какими глазами на тебя смотрит Дима.

– Какими глазами? Опомнитесь, мы знакомы с ним три минуты.

– Неважно, он влюбился в тебя с первого взгляда. Хотя нет, со второго – сначала он пялился на меня, – старая кокетка усмехнулась. – Солнечный мальчик, ты не находишь?