Патрульные апокалипсиса - Роберт Ладлэм

— Почему бы не выяснить, где эти источники, и не высадиться к ним поближе? — спросила де Фрис. — Клод это может устроить.

— Если останется в живых после встречи со мной, — рявкнул Лэтем. — Это он тебя сюда пустил. Ты ему позвонила, и он тебя сюда пустил, не сообщив нам.

— У него были все основания сделать так — я его умоляла, умоляла!

— Со страшными последствиями, могу добавить, — проворчал Дру. — Тебя чуть не изнасиловали и не убили, а могущественный Гюнтер Ягер лежит мертвый под простыней и больше нам уже не пригодится.

— Этого я себе никогда не прощу. Не потому, что убила Фредерика, его пришлось убить, иначе он убил бы тебя, а потому, что была причиной.

— О чем ты думала? -рассердился Дру. — Что ты ему подыграешь и он тебе все выложит?

— Нечто в этом роде, только гораздо сложнее. Гарри бы понял.

— Позволь и мнепонять.

— Фредерик при всех своих недостатках когда-то был очень привязан к родителям и бабушке с дедушкой. Как многие дети, потерявшие эту любовь из-за разлуки или смерти, он их страстно любил. Если в я сумела сыграть на этихчувствах, вполне возможно, он бы сломался, хотя бы ненадолго.

— Она права, хлопчик, — тихо сказал полковник, убирая радиотелефон в карман. — Психиатры, видевшие запись, говорили, что он неуравновешен до предела. Я так понял: в стрессовой ситуации он мог склониться в любую сторону. Она попробовала это сделать с редким мужеством — жаль, не сработало, но могло. В нашей ужасной профессии на такой риск идут постоянно, и чаще всего смелые люди, только этого никто не ценит, даже их неудачу.

— Так было давно, Стош, сегодня по-другому.

— Признаюсь, офицер Лэтем, что «сегодня» — предвестник наших худших опасений. Если б ты в это не верил, тебя бы сейчас не было здесь, на берегу Рейна.

— О'кей, Стэнли, я верю. Мне просто хотелось бы иметь больше власти над своими войсками — они ведь называются «войсками»?

— Не в твоем случае, но в Париже все готово. У Моро в аэропорту два немецких реактивных самолета — один на Лондон, другой во Францию, место назначения определяется на борту.

Из двери в другие помещения появились капитан Диец и лейтенант Энтони.

— Там ничего не осталось, кроме горшков, сковородок и мебели, — сказал капитан. — Если есть хоть один кусочек бумаги, то он в этих коробках.

— Куда теперь, босс? — спросил лейтенант. Лэтем повернулся к Витковски:

— Я знаю, Стэнли, тебе это не понравится, но я хочу, чтоб ты отвез эти коробки в Лондон. Они лучшее, что у нас есть, и вряд ли кто-нибудь быстрее тебя заметит «хвост». Работай, читай, пытайся найти ключ к разгадке. Карин и два наших друга летят со мной во Францию.

— Ты прав, мне это не нравится, хлопчик, но логика на твоей стороне, не отрицаю. Но, Дру, мне потребуется помощь, я же не вхожу в Объединенный комитет начальников штабов. Мне нужна поддержка более высоких чинов.

— Как насчет Соренсона, Нокса Тэлбота из ЦРУ или президента Соединенных Штатов?

— Меня бы устроил последний. Ты можешь это сделать.

— Ты совершенно прав, могу, вернее, Соренсон может. Позвони в немецкую разведку, пусть пришлют машину через пять минут.

— Она не уезжала, стоит на дороге. Пошли, ребята, возьмем каждый по ящику.

Когда двое коммандос направились к коробкам, лейтенант Джеральд Энтони разглядел на полу у алтаря скомканную бумажку. Повинуясь интуиции, он поднял ее и развернул. Там было всего несколько слов, написанных неразборчиво на немецком. Тем не менее он сунул помятый листок в карман.

* * *

Самолет на Лондон, натужно ревя моторами, приближался к побережью Англии. Витковски не отрывался от телефона, сначала говорил с Уэсли Соренсоном, потом с Ноксом Тэлботом, директором ЦРУ, Клодом Моро из Второго бюро и, наконец, к своему удивлению, с президентом Соединенных Штатов.

— Витковски, — сказал главнокомандующий, — вы теперь отвечаете за лондонскую операцию. Это согласовано с премьер-министром. Вы прикажете прыгать — вас лишь спросят, с какой высоты.

— Да, сэр. Это то, что я хотел услышать. Не очень-то удобно армейскому генералу отдавать приказы, особенно высокопоставленным гражданским лицам. Их это возмущает.

— Никакого возмущения не будет, только благодарность, поверьте. Кстати, на коммутаторе в Белом доме знают — вы можете звонить мне в любое время. Я бы хотел иметь донесения каждый час, если это вам удобно.

— Постараюсь, сэр.

— Удачи, полковник. На вас рассчитывает несколько сотен тысяч людей, даже если они об этом не знают.

— Понимаю, сэр, но, если позволите, не стоит ли предупредить людей о возможных последствиях?

— И вызвать панику на улицах, получить пробки на магистралях, трещащий по швам общественный транспорт, когда все кинутся из Вашингтона? Если поступит сигнал тревоги, что террористы могут отравить все запасы воды в городе, то что дальше? Зараженная еда, токсичные вещества во всей вентиляционной системе, бактериологическая война?

— Я не подумал об этом, сэр.

— А к этому добавьте полное пренебрежение к чужой собственности, банды грабителей, яростные стычки, не поддающиеся контролю. Подобного нельзя допустить. К тому же наши эксперты сообщают, что охранники основного резервуара вооружены до зубов, предусмотрено любое вторжение. Они не верят, что «Водяная молния» может произойти.

— Надеюсь, они правы, господин президент.

— Я тоже, полковник.

* * *

Через двадцать минут после вылета из аэропорта в Бонне Лэтему позвонил Клод Моро.

— Пожалуйста, не тратьте время на ругань, Дру. Мы можем обсудить мое решение позже, поспорить о риске, на который я пошел.

— Уж будьте в этом уверены. Итак, что у нас?

— Вы приземлитесь в частном аэропорту в районе Бовэ, он в двенадцати милях от главного резервуара Парижа. Вас встретит мой заместитель Жак Бержерон — надеюсь, вы его помните.

— Помню. Дальше?

— Он отвезет вас в водонапорную башню к командиру, отвечающему за безопасность. Он ответит на любые ваши вопросы и покажет укрепления.

— Проблема в том, что я ни черта не понимаю в резервуарах, кроме информации, полученной от Соренсона и подтвержденной Витковски.

— Ну, по крайней мере, вас подготовили эксперты.

— Эксперты?Они даже не инженеры.

— Мы все становимся экспертами и инженерами, когда речь заходит о диверсии на коммунальных сооружениях.

— Чем вызанимаетесь?

— Руковожу целой армией агентов, солдат и полицейских, они прочесывают каждый метр территории в десяти милях от водопроводных сооружений. Что ищем, не знаем, но некоторые наши аналитики предположили использование пусковых установок или ракет.