Последний кровник - Иван Черных

Лена и на этот раз озадачила его:

– Вы, летчики, очень горячий и стремительный народ. Увидел две симпатичные мордашки и сразу: «Давай поженимся», еще не осознав, кто твоему сердцу милее, кто соответствует твоим интересам, характеру. Я видела твои взгляды на Аллу. Ты еще сам не уверен, кто тебе больше подходит. А семья – это не на день, не на месяц, на всю жизнь.

– Именно в этом мы сходимся с тобой. Сердце мое хочет принадлежать только тебе.

Но Лена упорствовала:

– Зачем торопиться? Дай мне закончить институт.

– Заканчивай. Я не буду тебе мешать.

– Все равно я не готова вот так, с ходу, дать тебе ответ. Подожди хотя бы неделю.

Что-то и с Леной было не так. То она предлагала ему Аллу, то взяла неделю на раздумья…

Уходя, он догадался о причине ее колебания: у подъезда крутился парень лет двадцати, худощавый, невзрачный очкарик в спортивном костюме, с небольшим букетом цветов. Наверняка дожидался Лену. «Ох уж эти женщины!» Нашел ближайший телефон-автомат и позвонил Диане. Но телефон не ответил и в этот раз.

А в полку его ждало новое задание: полет в Ташкент. Высокие начальники заказали к майским праздникам свежие фрукты, ягоды и овощи.

В Подмосковье лили дожди вперемешку с мокрым снегом, весенняя погода никак не хотела уступать летним солнцепекам, которые уже властвовали в Ташкенте. Члены экипажа «Ил-76», ориентируясь на подмосковную погоду, натянули под летную форму теплые свитеры, а в Ташкенте пришлось снимать и мундиры.

С заказом вышла непонятная неувязка, и бортовой инженер (он же и бортовой техник), отвечающий за грузы, три дня перезванивался с московскими продзаготовителями, пока не добился результата. Но местные поставщики и на этот раз не торопились: то не подвезли высококачественные дыни; то виноград, оказалось, плохо упакован; то вино не той марки. Похоже, местные чиновники, обиженные чем-то на московских, намеревались не выпустить самолет до майских праздников. А на календаре значилось уже 26-е число. Пришлось на командный пункт идти командиру экипажа. А потом встретиться и с самим начальником аэропорта.

– Если груз полностью не будет доставлен к вечеру, завтра мы улетаем с тем, что есть!

И это подействовало. 27 апреля экипаж, несмотря на плохую погоду по маршруту – ливневые дожди, грозы, вылетел в Остафьево.

Пролетели от Ташкента всего три сотни километров, и громадные кучевые облака, в которых экипаж ждала не только болтанка, но и более серьезные катаклизмы – струйные течения, грозовые разряды – заставили командира крутить влево и вправо, чтобы обойти облака. Штурман Валентин Мясников, не отрывавший глаз от радиолокатора, своевременно подавал команды обойти облака то слева, то справа. Он был мастер высшего класса, налетал на «Ил-76» более 10 тысяч часов, в полку седьмой год, а выше штурмана эскадрильи и звания капитана не поднялся. Причина – в родословной: отец за какие-то прегрешения имел судимость, а Валентин скрыл этот факт.

Владимир с первых дней службы разглядел в Валентине серьезного и ответственного человека, доброго и откровенного. Считал тот факт, что скрыл об отце, не достойным внимания. Штурманской профессией он владел в совершенстве, за пятнадцать лет летной работы не было ни одного случая потери ориентировки. Вот и в этот раз он умело находил просветы между облаками.

Над Остафьевом погода тоже не обещала экипажу легкой посадки: сыпал мелкий дождь, и облака опустились чуть ли не до земли. Хорошо, что на КДП находился опытный руководитель посадки. Он вывел летчика точно в створ ВПП и не ошибся ни на один метр при снижении самолета.

Когда «Ил-76» коснулся бетонки, Владимир смахнул с глаз и лица капли пота. Вздохнул с облегчением.

– Такого мандража у меня и в Чечне не было, – сказал он с улыбкой.

– Привыкай, – усмехнулся штурман. – Такой полет если для тебя и первый, то не последний…

Командир полка полковник Палехнович, Герой Советского Союза – геройскую звезду получил за Афганистан, – суровый командир и отличный пилот, ждал экипаж и приказал командиру явиться в его кабинет. Дотошно расспрашивал о всех перипетиях выполнения задания, о грузе, что и в каком количестве доставил экипаж, и лишь после этого отпустил Владимира, дав членам экипажа двухдневный отпуск.

Владимир жил в гарнизонной гостинице с молоденьким лейтенантом, полгода назад прибывшим в полк после окончания Краснодарского авиаучилища. В этот день он тоже находился в командировке. И Владимир, едва войдя в свое жилище, набрал номер Елены.

– Здравствуй, Елена Прекрасная, – весело поздоровался он. – Прошло больше назначенного тобой срока на размышления, и вот я звоню, чтобы услышать твой ответ.

– Здравствуй, Володя. А я уж решила, ты передумал – не звонишь… Что-то случилось?

– Да ничего серьезного. В командировке был. А там такая заморочка, что не до телефонных разговоров. Так как твои дела?

– Приезжай, расскажу.

По радостному голосу девушки он понял, что Лена отдала предпочтение ему, а не тому очкарику, который ждал ее на улице с жидким букетиком.

– Я принимаю твое предложение, – весело сказала Лена. – Только с одним условием: дай мне время, чтобы сдать экзамены за пятый курс и написать дипломную работу.

– И сколько лет потребуется на все это? – пошутил Владимир.

– Лет не лет, а месяца три – непременно.

– Не передумаешь за это время?

– Готова дать подписку, – пошутила и Лена.

– В загсе?

– Могу и в загсе. Но не хочу сразу входить в обязанности супруги. Ты где живешь?

– В гостинице.

– А я у дяди. Вот потому и не стоит торопиться. Надо вначале определиться, где будем жить. Тем более что я жду распределения в институте. Еще неизвестно, куда меня направят работать.

– Но сейчас, говорят, дают свободные дипломы.

– Это не лучший вариант. Искать самому работу не очень здорово.

– Хорошо. Принимаю твои условия…

Заявление на бракосочетание удалось подать только в конце октября. Им сказали, что очередь на регистрацию – три месяца. Они восприняли это как должное, назначили свадьбу на 31 декабря, под Новый год. Разослали приглашения родителям Лены – Надежде Федоровне и Ивану Демьяновичу, родителям Владимира – Василию Яковлевичу и Александре Ивановне, и тетям Лены в Одессу.

Свидетельство о браке они получили в Щербинском поссовете за неделю до свадьбы. Здесь же, в Щербинке, недалеко от аэродрома, Владимир снял небольшую комнатенку. Установил там кровать, стол, радиоприемник «ВЭФ».

Приехавших родителей хозяева жилья разместили в большой комнате, где и отмечали свадьбу. А на другой день свадьбу праздновали в Москве, у родственников Лены. Гостей собралось много, еле разместились в квартире и на лестничной площадке – приехали друзья-однополчане. Из Коломны приехал дядя Лены, Миша, веселый, занимательный мужчина. Узнав, что у жениха нет еще свадебного подарка для невесты, предложил сходить вместе с ним в магазин. По пути стали прикидывать, какой же подарок купить. И придумали. Закупили большой набор различных коньяков и вин.