Дедушка танцует на балконе... - Валерий Хаит

– Я так люблю рано вставать! Иногда мне кажется, что я должна была родиться дояркой...

Тут в дверях появляется маленький мальчик из соседнего купе, заглядывает, лопочет чего-то. Она тут же:

– А вот он – точно депутатом будет! Говорит много, бодро, и ничего не понятно...

* * *

Он говорил своему сыну:

– Ты все-таки должен привыкнуть, что еще некоторое время я буду умнее тебя...

* * *

Монолог знакомой:

– Вы знаете, я так люблю нашу поликлинику! Прихожу к своей участковой, рассказываю о своих проблемах. Она честно говорит, что помочь мне не может, поскольку ничего не знает, и идет к старшему терапевту, который, конечно, тоже ничего не знает. Потом мы уже вместе все это обсуждаем... Так хорошо говорим, я им рассказываю, что принимаю, они говорят «вот-вот, именно это вам и нужно» – и вот мне уже явно легче, иду домой такая довольная...

* * *

Михал Михалыч Жванецкий – об одном успешном одесском бизнесмене, к которому многие обращаются за помощью, и он никогда никому не отказывает:

– Вы обратите внимание, какой парадокс: богатеет он, а лучше становится всем вокруг!..

* * *

Старенькая одесситка несколько лет назад уехала с сыном в Америку. Живут вместе, тем более еще на родине к этому привыкли. А у сына ностальгия: в год раза по три в Одессу приезжает.

И вот в один из очередных приездов звонит ему из Чикаго мама по мобильному:

– Миша, где ты ходишь? Я биточки пожарила...

– Мама, что с тобой? Я в Одессе!

– А я где?..

* * *

Наша знакомая – милая женщина – ведет театральный кружок. Дети ее очень любят.

Один из ее подопечных, лет десяти:

– Ой, Вера Борисовна! У вас талия прямо осиновая!..

* * *

Как-то (еще в советское время) у нас были концерты в Харькове. Как раз в новогодние дни. Это был очередной город нашего гастрольного маршрута. И поскольку Новый год – праздник семейный, мы с Гариком Голубенко позвонили в Одессу и позвали в Харьков наших жен. Те сели в поезд и приехали. Мы их встретили, подъезжаем к гостинице, и тут моя вспоминает, что паспорт забыла дома! Таня Голубенко: «Ой, я тоже...» Гарик: «Ну все, поехали назад... Вас не поселят, скажут: думаете, Новый год – так всяких пускать будем?..»

Входим в вестибюль, мы с Гариком – злые, стали чуть поодаль: мол, виноваты – пусть сами расхлебывают. «Девушки» подходят к окошку администратора и, чуть не плача: «Понимаете, мы жены, специально приехали, но, представьте, дуры такие, обе паспорта забыли...» И вдруг вместо привычного хамства из окошка послышалось: «Вы дуры? Да я свое имя иногда вспомнить не могу!.. Заполняйте карточки!..»

* * *

Приятель рассказывает.

Приехал к нему старый друг, бывший сокурсник, много лет назад эмигрировавший в США. Ходит по городу, все ругает – Одесса, мол, не та, все плохо, лучше бы он не приезжал...

Я говорю:

– Да, есть такие. Ностальгии совершенно не испытывают.

Друг:

– Это он не испытывает? Да он вчера у нас во время обеда жареных бычков в губы целовал!..

* * *

Юморист. Шутил и каламбурил в любой ситуации. Зашли мы как-то в японский ресторан. Он тут же:

– Как вы думаете, можно ли окосеть в японском ресторане?..

Дамы прыснули...

* * *

На пятом украинском канале видел чудо. В политической передаче участвовали два депутата местного совета – братья-близнецы, буквально одно лицо. Не сходились ни по одному пункту. Под конец чуть не подрались...

* * *

Первоапрельское застолье. Стоит грустный Михаил Мишин. Я подхожу, говорю:

– Что-то ты погас, Миша...

Он тут же:

– Не то чтобы погас, но не воспламенился...

* * *

У него была мечта, и вот она наконец сбылась... Но радости он не почувствовал... Даже грустить стал...

Все правильно: нельзя человеку жить без мечты...

* * *

Хождение за три мужа.

* * *

Много лет назад я был капитаном одесской сборной КВН. Меня узнавали на улицах. Моя теща над всем этим посмеивалась. Для нее было главным то, что у меня был отличный аппетит и что я хорошо чистил печки... И вот как-то к нам заходит страховой агент, узнает меня и спрашивает:

– Скажите, а почему все-таки закрыли КВН?

– Ну, видимо, потому, что он не был застрахован...

Вечером жена говорит:

– Ты знаешь, что мне мама о тебе сказала?

– Что? – настораживаюсь я.

– «А твой Валера, оказывается, остроумный!..»

* * *

Знакомая испекла «Наполеон». Пытается его нарезать – коржи расползаются... Говорит, смущаясь:

– Будем считать, что это Наполеон после Ватерлоо...

* * *

Услышал фразу:

– Если бы мы жили вечно, это был бы совсем другой разговор...

* * *

Был гостем на юбилее одного известного одессита. Свыше двухсот гостей. Нескончаемый поток приветствий. Вот читает стихи очередной поздравляющий. Слышу: «Желаю быть подальше от недуг!..» Чего не сделаешь ради рифмы...

Часа через полтора включают видеоэкран, начинаются приветствия из стран дальнего зарубежья. Доходит очередь и до Израиля. Тамошние друзья сменяют на экране один другого. Третий, десятый, пятнадцатый... Сидящие в зале гости из последних сил пытаются сохранить терпение и уважение к юбиляру. Из-за соседнего стола доносится: «А вы не знаете, сколько всего народу уехало из Одессы?..»

* * *

– В Одессе жил когда-то выдающийся хирург профессор Ланда, – начал свой рассказ Н. – Он делал операции виртуозно...

Тут же слышна реплика:

– Он был так знаменит, что даже абсолютно здоровые люди мечтали попасть к нему на стол!

* * *

Зашел разговор о договорных футбольных матчах. Кто-то рассказал историю. Как-то в первой лиге было договорено сдать игру. Всех игроков предупредили и только вратарю забыли сказать. Он брал мертвые мячи. Ни свои, ни команда соперников ничего не могли понять. Наконец в сутолоке удалось затолкать мяч в ворота. Чуть ли не кто-то из своих забил. После матча вратарь плакал от огорчения, что все-таки пропустил. А команда на радостях его качала.

* * *

Столбовая еврейка.

* * *

Он любил женщин, как самого себя. Себя даже немножко больше...