Реликт - Дуглас Престон

Марго всё-таки колебалась. Фроку легко делать такие заявления. Он не был один в темноте на выставке. Не слышал осторожных шагов. Не мчался слепо в непроглядную тьму…

Она глубоко вздохнула.

— Вы, разумеется, правы. Поехали. Поскольку двадцать девятая зона находится в пределах второй секции. Марго и Фроку дважды пришлось предъявлять удостоверения по пути к нужному лифту. Очевидно, на тот вечер запрещение сотрудникам свободно передвигаться по музею отменили, охранники и полицейские были озабочены задержанием подозреваемого или лиц, не имеющих законных оснований находиться там.

— Пендергаст! — прокричал учёный, когда Марго вывезла коляску из лифта в тёмный коридор подвала. — Это доктор Фрок! Слышите меня?

Ответило ему только эхо.

Марго кое-что было известно об истории двадцать девятой зоны. Когда электростанция музея находилась рядом, там располагались паровые трубы, туннели снабжения и комнатки, которыми пользовались рабочие. Когда музей в двадцатых годах подключился к более современной электростанции, старые коммуникации перенесли. Заброшенные клетушки использовались теперь под склады.

Марго везла Фрока по низким коридорам. Фрок то и дело стучал в какую-нибудь дверь или звал Пендергаста. Ответом на все его вопли была тишина.

— Ничего у нас не получится, — признал Фрок, когда Марго остановилась перевести дух. Седые волосы его растрепались, смокинг измялся.

Марго тревожно огляделась. Она представляла, где они находятся: неподалёку, в дальнем конце запутанных переходов, стояла старая электростанция: теперь в тёмном подземном пантеоне хранилась музейная коллекция китовых костей. Несмотря на предсказания Фрока о поведении зверя, крики учёного пробуждали в ней страх.

— Это может занять несколько часов, — сказал Фрок. — Возможно, Пендергаста здесь уже нет. Возможно, и не было. — Глубоко вздохнул. — Он был единственной нашей надеждой.

— Может, шум и суматоха испугали это существо, и теперь оно где-то прячется. — Марго изо всех сил старалась быть оптимисткой.

Фрок опустил голову на руки.

— Вряд ли. Зверь должен руководствоваться запахом. Пусть он разумен, пусть хитёр, но когда его обуяет кровожадность, он, как и маньяк-убийца, ничего не может с собой поделать.

Фрок распрямился, глаза его снова вспыхнули решительностью.

— Пендергаст! — крикнул он. — Где вы?

Уотерс, напрягшись всем телом, прислушивался. Сердце колотилось, дышать, казалось, было нечем.

Он уже не раз бывал в опасных переделках, в него стреляли, ранили ножом, даже как-то плеснули кислотой. Но при этом он всегда оставался спокойным, почти бесстрастным. А тут какой-то лёгкий стук, и я запаниковал. Охранник расстегнул воротник рубашки. Воздух в этой треклятой комнате спёртый. Заставил себя дышать медленно и глубоко. Вызову-ка Гарсию. Проверим вместе. И ничего не обнаружим.

Уотерс заметил, что ритм шарканья ног над головой изменился. Вместо мягкого шелеста слышался непрерывный топот. Он прислушался, и ему показалось, что сверху едва слышно доносятся вопли. Его охватил ужас.

В энергоблоке снова послышался стук.

Господи, что-то стряслось.

Уотерс выхватил рацию.

— Гарсиа? Слушаешь? Прошу дублёра для проверки подозрительных шумов в энергоблоке.

И сглотнул. Ответа Гарсии не последовало. Убирая рацию в футляр. Уотерс увидел, что хмырь поднялся и направляется к двери энергоблока.

— Что вы делаете?

— Хочу посмотреть, что там за шум, — беспечно отозвался хмырь, открывая дверь. — Наверное, опять кондиционер барахлит.

И просунув руку внутрь, стал нащупывать выключатель.

— Постойте, — сказал Уотерс. — Не…

В рации его послышался треск разрядов. «Здесь паническое бегство! — Снова треск. — …все подразделения, приготовьтесь производить срочную эвакуацию! — Опять треск. — Не в силах сдерживать толпу, нужно подкрепление, срочно, срочно…».

Господи. Уотерс схватил рацию и стал нажимать кнопки. Все каналы были заняты. Наверху происходило что-то ужасное. Плохо дело.

Уотерс поднял взгляд. Хмыря не видно, дверь в энергоблок открыта, внутри темно. Почему до сих пор не включён свет? Не отрывая глаз от двери, осторожно снял с плеча ружьё, загнал патрон в патронник и пошёл вперёд. Неслышно подойдя к косяку, заглянул внутрь. Хоть глаз коли.

— Эй, — позвал он. — Вы там?

И входя в тёмное помещение, почувствовал, как во рту у него пересохло.

Слева послышался сильный стук. Уотерс машинально опустился на одно колено и три раза выстрелил, каждый выстрел сопровождался вспышкой и оглушительным грохотом.

Посыпался дождь искр, взметнулся оранжевый язык пламени, ненадолго осветив комнату. Хмырь стоял на коленях, подняв взгляд на Уотерса.

— Не стреляйте! — попросил он дрожащим голосом. — Пожалуйста, не стреляйте больше!

Уотерс поднялся, ноги его дрожали, в ушах звенело.

— Я слышал какой-то шум! — выкрикнул он. — Почему ты не отвечал, идиот?

— Шум издавал кондиционер, — сообщил хмырь, по лицу его текли слёзы. — Насос забарахлил, как и в прошлый раз.

Уотерс попятился и нащупал на стене выключатель. Пороховой дым висел в комнате голубым туманом. Из трёх рваных отверстий в большом ящике на дальней стене тянулись дымки.

Уотерс понурил голову и привалился к стене спиной.

Внезапно раздался громкий хлопок, простреленный ящик опоясала электрическая дуга, затем послышался треск, вновь посыпались искры. Стало невозможно дышать. Свет в компьютерном зале замерцал, потускнел, потом опять загорелся. Уотерс услышал, как загудел один тревожный сигнал, потом другой.

— Что происходит? — выкрикнул он. Свет снова потускнел.

— Вы прострелили центральный распределительный щит! — ответил хмырь, подскочил и пробежал мимо Уотерса в компьютерный зал.

— Ах, чёрт, — прошептал Уотерс. Свет погас.