Большая книга ужасов 2017 - Елена Усачева

Валюшка повернулась – и чуть не ахнула, увидев, какое у него бледное, измученное лицо, ну просто впрозелень!

– Борька, ты что, тебе плохо? – сочувственно спросила она.

– Отвяжись, – слабо выдохнул Жвачник, держась за живот.

– Ты что, отравился? Тебе надо к врачу!

– Морозова! – рявкнула Эльвира Николаевна. – Мало того что ты опаздываешь на итоговую контрольную в четверти, так ты еще и другим мешаешь заниматься!

– Да Жва… в смысле, Калюжный болен, – ошеломленно попыталась оправдаться Валюшка. – Я только хотела сказать…

– А я ничего не хочу слушать! – неистовствовала Эльвира Николаевна. – Вон из класса! Вон из школы!

Никогда в жизни Валюшка не слышала такого ее крика. В нем звучало даже не раздражение, а откровенная ненависть…

Класс изумленно выдохнул.

Валюшка, не чуя под собой ног, потащилась к выходу, боясь поднять глаза на Эльвиру Николаевну.

«Интересно, из дому она меня тоже выгонит?» – мелькнула мысль.

Вдруг до Валюшки донеслось чуть слышное хихиканье…

Самое странное, что оно, кажется, раздавалось из кармана костюма Эльвиры Николаевны!

Валюшка покосилась туда – и чуть не упала, потому что увидела, как на мгновение из кармана высунулась обрамленная серебристыми волосами и бородой физиономия Перебаечника. Перекосилась в издевательской ухмылочке – и снова скрылась в кармане.

Валюшка растерянно хлопала глазами.

Видела она Перебаечника? Или это только почудилось?

В это мгновение раздался хриплый, надрывный кашель. Даже не оглядываясь, Валюшка узнала: это кашляет Толик Роднецкий.

На миг задержавшись у двери, она окинула взглядом класс.

Так… Голова Анжелы снова похожа на остатки разоренного ветром вороньего гнезда, уши Оксаны – это не уши, а груши, ну а губы Игоря…

На них Валюшка даже посмотреть не смогла – вылетела вон и захлопнула за собой дверь.

Замерла в коридоре, пытаясь понять, что произошло. А впрочем, что тут понимать? Все предельно ясно!

Эльвира Николаевна сняла красный шарф, освободила Перебаечника и зеркало – поэтому порча, наложенная на все подарки Знобеи, вновь обрела силу. Ленечка же говорил: «Заверни в красную ткань один предмет – и обессилишь все, через которые в этот день напускали порчу!» Логически мысля: если красное развернешь – порча обратно во все вещи вернется. Вот она и вернулась!

Да сколько же это будет продолжаться?! Теперь, получается, не только Валюшка Морозова страдает от ненависти исчадий Ледяного ада, но и все, кто рядом?

Конечно, в классе к ней отношение было так себе, не слишком-то дружеское, однако зла она никому не желала, даже Борьке Жвачнику, самому противному из всех. И уж тем более Игорю Дымову!

И вдруг ужасная догадка обожгла ее. Валюшка бросилась в раздевалку, сунула руку в карман дубленки – и похолодела.

Проклятущий сверток снова был там! Белая бумажка, серебристая ленточка, многочисленные, ехидненько позванивающие осколки зеркала – словом, все, что Валюшка собственными глазами видела разлетевшимся в разные стороны с высоты четвертого этажа, вернулось в ее карман.

– Да, верно Никто говорил, что избавиться от зеркала будет трудно… – прошептала она, поспешно выдергивая руку из кармана. – Вопрос такой: а возможно ли это вообще?!

– Теоретически возможно, – послышался знакомый голос за спиной. – Практически – неимоверно сложно!

Валюшка завела обе руки назад, за спину, и принялась шарить ими, пытаясь поймать Никто, однако пальцы ее ловили только пустоту. Но через мгновение Никто появился перед ней, потирая бок и хмурясь:

– Я щекотки боюсь до невозможности! Давай договоримся, что ты никогда меня руками хватать не будешь, ладно? Позови – и я встану перед тобой…

… как лист перед травой? – хихикнула Валюшка, у которой при виде разноглазого и разноволосого черта-ангела мигом улучшилось настроение.

– Да запросто, – усмехнулся Никто, и нахмуренные брови его разошлись.

– Слушай, но ведь я даже не чувствовала, как тебя касаюсь! Ты бесплотный, что ли? – удивилась Валюшка.

Никто кивнул:

– Все нечистые духи бесплотны.

– Почему же ты чувствуешь щекотку?! – допытывалась Валюшка.

– Спроси что-нибудь полегче, – досадливо бросил Никто. – Не могу я этого растолковать! Вообще, знаешь, пытаться объяснить отношения между миром людей и духов – это жуткая заморочка, неохота тебе мозг компостировать напрасно!

– Заморочка? Мозг компостировать? – расхохоталась Валюшка. – Ты откуда таких словов набрался?

– Я готовился говорить с тобой на доступном тебе языке, – пояснил Никто.

– Тебе надо последить за своим лексиконом, – обиделась Валюшка. – Я не лохушка какая-нибудь, а тебя вообще иногда стремно слушать!

– Ладно, забей! – буркнул Никто. – Наша ситуация осложнилась!

– Да, – мигом посерьезнела Валюшка, – ты прав. Тетя Эля шарф как-то нашла, развернула – и вся порча активизировалась по новой. Осколочки и впрямь никак не выбрасываются!

– Они исчезнут, только когда их ветром унесет, – сообщил Никто.

– Но я же выбросила их на ветер! – возмутилась Валюшка.

– Ну, разве это ветер был! Не видала ты настоящего ветра! – презрительно передернул Никто плечами, и Валюшка только сейчас обратила внимание: дырка, которая еще вчера зияла на морде изображенного на его футболке льва, каким-то образом зашилась.

То есть нет, она не зашилась, потому что шва видно не было. Она просто исчезла.

Точно таким же неведомым образом затянулись все раны и царапины, которыми были испещрены руки и лицо Никто. Валюшка уже собралась спросить, как – нет, ну как, скажите, люди добрые?! – можно было нанести бесплотному существу кровавые раны и с какого перепугу они взяли да исчезли, однако Никто раздраженно зыркнул на нее своими разными глазами:

– Забей на непонятки, сказал же! Не до них! У нас проблемы.

– Ты только сейчас это заметил? – с самым невинным видом осведомилась Валюшка.

– Я хотел сказать, что у нас новые проблемы, – уточнил Никто. – В общем, ситуация такая. Иван Васильевич Охотников, тот человек, который знает, как избавиться от преследований зимнего ада, не может открыть тайну ни духу, ни призраку, ни ангелу, ни черту. Информация проверенная, не сомневайся: ее мне подтвердили и его бывший ангел-хранитель, и бывший бес-искуситель.

– То есть полный бесполезняк? – грустно спросила Валюшка.

– Не полный, – успокоил Никто. – Частичный. Охотников откроет тайну только живому существу, которое преследуют слуги Хель.

– А где такое существо взять? – растерянно спросила Валюшка.