Корну - Лев Соколов

– Как же оно узнает, что кто-то рядом? – спросил Роман. – У него что, и глаза есть?

– Да все у него есть… – покривился капитан. – Этот куст ползучий лучше нас с тобой видит… Кстати, это мы его семена во время войны и рассеивали, оно тогда здорово «мандаринов» задержало. Вот только теперь сами его вывести не можем.

– Почему?

– Да как же его выведешь, если мы его сами вывели, чтобы его вывести было нельзя? – хмыкнул капитан. – Уже и ядами их травили, и системами залпового огня окучивали, и тяжелыми реактивными огнеметами… Все без толку! Только и остается, что под броню прятаться. А если… А, да что ж такое! – неожиданно прервал сам себя капитан. – Колонна, стоп!

Колонна остановилась. Капитан внимательно оглядывал местность. Роман тоже начал напряженно зыркать по сторонам, но ничего стоящего не увидел.

– Что там? – спросил он капитана почему-то шепотом.

– Холм, – ответил капитан.

Действительно, метрах в ста впереди, рядом с дорогой виднелся крутой холм.

– И чего?

Но капитан не ответил, зато завозился с закрепленным перед его люком кургузым автоматическим гранатометом. Поводил стволом, примериваясь. Потом гранатомет коротко бухнул одиночным, и через несколько секунд впереди, возле самого холма, вырос земляной столб. И сразу вслед за этим по земле, закладывая уши, прокатился оглушительный, яростный рев, постепенно перешедший в жалобное урчание. Холм зашевелился и, не переставая вопить – а звук шел явно оттуда, – начал быстро перемещаться к лесу. Вслед за холмом, стараясь не слишком отставать, с квоханьем неслись несколько маленьких кочек. Через минуту процессия достигла опушки леса, раздался треск, рухнуло несколько вековых сосен, и, наконец, все стихло.

Роман обалдело посмотрел на капитана.

– Что ЭТО было?

– Да лиса… – ответил капитан.

– Лиса?!

– Обыкновенная китайская лиса. Правда, здоровая, подлюга, я таких раньше и не видел.

– А нам обязательно было на нее артналет совершать? – Роман потряс головой. – До сих пор в ушах звенит… Не могли мы просто тихонечко мимо проехать?

– Ну ты даешь! – засмеялся капитан. – Проехали бы мы, как же… Она ж с детенышами. И потом, нормальные лисы рядом с дорогой нору не роют. А эта дурная какая-то, хоть и большая. Молодая, наверно.

– Надо же, лиса… – Роман покачал головой. – Я их до этого как-то иначе представлял.

– А-а, это ты, мил-друг, наверно, Пу-Су-Лина в детстве перечитал, – проявил неожиданную начитанность капитан. – Что, восточные красавицы в шелковых халатах и все такое прочее?

– Ну…

– Могут, могут, они, хитрюги, и красавицей обернутся. Кстати, вполне современного вида. Способность к мимикрии у них дай бог, хоть и не без изъяна… На этом многие наши ребята по-первости попадались. Так что если увидишь зимой, в тридцатиградусный мороз выходящую из чащобы девицу в купальнике, не беги к ней сразу радостно, а чуток засомневайся. Правда, так перевоплощаться только опытные лисы могут. Как говорят наши узкоглазые друзья – нашедшие свой божественный дао… А эта – дурында, только детей наплодить и успела… Ну и чему такая мать детей научит?

Роман хмыкнул.

– А если бы мы с опытной лисой столкнулись?

Капитан ответил не сразу:

– Я тогда совсем зеленым был… Мандарины вывели лис как автономные боевые машины для действий на вражеской территории. Уничтожение коммуникаций… наведение паники и беспорядка в тылах… В общем, этакий биологический диверсант, причем с развитым интеллектом и высокой способностью к самообучению. Они, когда появились, нам такое учинили… Впрочем, яйцеголовые с нашей стороны тоже не отставали. Когда началась война, все повыбрасывали друг другу на головы свои разработки. Китайцы лис, драконов… мы леших, упырей, русалок и прочее… Союзники давали жару… Когда вся эта лабораторная живность развернулась, война, как нас к ней готовили, закончилась, толком и не начавшись. Солдаты – и наши, и китайские – погибали, даже не увидев друг друга. – Он снова помолчал, Роман не торопил. – …Нас учили, что из-за современных средств поражения новая война будет вестись без единого фронта, небольшими мобильными группами. Что ж, в чем-то это оправдалось… Но эти мобильные группы уходили, и больше их никто не видел. Колонны с припасами, базы… Все это твари тоже уничтожали. Про гражданских я даже не говорю, им всегда больше всех достается… Били по самым уязвимым местам, сперва. С такой быстротой, что командование даже не успело понять, что армия разрушается как система и не может действовать в новых условиях. Сохранившиеся люди сбивались в крупные лагеря и занимали круговую оборону. Все только ночь надеялись пережить, ни о каком противодействии противнику не шло и речи. Мы думали все – разгром. А потом оказалось, что солдаты НОАК, как и мы, жмутся на возвышенностях и о наступлении уже не помышляют. Тут дело к миру и пошло.

А касательно лис… Опытная лиса за ночь в одиночку уничтожала до роты пехоты. Но что самое любопытное, развиваясь дальше, большинство из них прекратило резню и ушло в глубь лесов. – Что ни говори, а интеллект – великая сила.

– Значит, из китайского, лисы – самое страшное было?

– Самый страшный из китайского – это «ночной хэншан».

– А что это?

– А черт его знает, – пожал плечами капитан. – Кто видел, уже не расскажет. А может, брешут, и нет его вовсе. Со страху чего только люди не придумают, а уж тогда у всех такой страх был…

Капитан хлопнул по крышке люка:

– Ну чего стоим? Поехали.

Некоторое время ехали молча.

– Ага! – вдруг удовлетворенно крякнул капитан, указывая на что-то рукой. – Вот и «летучий голландец». Минут через двадцать будем на месте.

Роман, проследив направление, увидел стоящий в поле трактор на сгнивших шинах, с прицепленной сеялкой. Сквозь уцелевшие мутные стекла проглядывал неведомо как сохранявший вертикальное положение водитель. Скелет в лихо сдвинутой набекрень кепке цепко держался за руль коричневыми костяшками и, скалясь, упирался лбом в боковое стекло, как если бы хотел получше разглядеть дорогу под колесами. Роману стало жутковато.

– А чего его никто не уберет?

– Так некому, – ответил капитан. – Район теперь почти нежилой. Знаешь сколько здесь таких валяется?

Роман помолчал.

– Чем его… так?

Капитан пожал плечами:

– Какой-нибудь биологической хреновиной… Но ты не бойся. Сейчас район признан безопасным. Война ведь за территории шла, поэтому «долгоиграющими» обрабатывали редко. А то, что не похороненный… – капитан коснулся тесемки на груди, и в вороте блеснул маленький крестик, – не по-православному конечно… А знаешь, как, например, викинги своих князей в последний путь отправляли? В кораблях. Ну вот, и этот, значит, на тракторе, до Бога быстрее доедет. Верно?