Корну - Лев Соколов

Кроме него, в бронетранспортере сидели шесть солдат и нижняя половина капитана. (Верхняя торчала из люка по своим капитанским надобностям и была Роману не видна.) При каждом толчке солдатики с громким звуком стукались о борта и друг о друга пластиковыми касками, а Роман – головой. Набив очередную шишку, он попробовал зажать голову между колен, но на очередном ухабе собственные колени пребольно стукнули его в нос. Наконец сердобольный прапорщик заметил его страдания и протянул ему шлемофон, вроде того, что был на водителе. Битья об борта сразу стало гораздо веселее, и Роман приободрился. Появилась возможность оглянуться.

И первое, что он увидел, – совершенно безумные глаза сидевшего напротив солдата. Неподвижные, стеклянные, широко раскрытые, они производили жутковатое впечатление, которое усиливалось еще и тем, что сам солдатик от тряски транспортера ходил ходуном, вцепившись в дуло упертого в пол автомата. Эта связка – неподвижные глаза на лице без всякого выражения и заходившееся в приплясе тело – делала солдата похожим не то на камлающего шамана, не то на эпилептика в эпицентре припадка. С неприятным чувством Роман отвел взгляд и осмотрел отсек, но когда снова повернулся к солдату – ничего не изменилось.

«И чего он так пялится? – подумал Роман. – Обкурился, что ли?»

Пытка продолжалась несколько минут, и, наконец, Роман не выдержал. Он наклонился вперед и тронул солдатика за плечо.

– У вас все в порядке? – спросил он, стараясь перекричать гул двигателя.

– А? – Как только Роман тронул солдата, тот моргнул, глаза его наполнились жизнью, и Роман запоздало сообразил, что тот просто-напросто спал с открытыми глазами. – Чего говоришь?

– Я, эхе… Я спрашиваю, который час, не подскажешь? – брякнул Роман и, посмотрев на свою окольцованную браслетом руку, поспешил добавить убедительности скороспелой враке. – А то вот мой отстает чего-то…

Солдатик подсказал время, и Роман, ощущая себя круглым идиотом, повернул браслет экраном к себе и для вида потыкал на кнопки.

– Чего, глючит? – поинтересовался солдатик. – А на вид дорогой… Дай посмотрю!

Роман помялся, отстегнул браслет и передал его солдатику. Тот повертел его со знающим видом – ни дать ни взять левша, который готовится подковать блоху, – и Роман уже начал опасаться, что новоявленный умелец прямо сейчас учинит браслету принудительный ремонт. Но солдатик только поднес его к уху и зачем-то потряс. Потом еще раз посмотрел на экран, прочитал:

– «Текникс»… Немецкий, что ли? – спросил он, возвращая браслет Роману.

– Японский, – ответил Роман.

– Подделка! – уверенно заявил солдатик. – На рынке, небось, брал?

– Ага, – подтвердил Роман. (Браслет на самом деле был настоящий – он и еще десять выпускников получили такие при окончании от руководства полицейской школы.)

– Ну ясное дело, – оживился солдатик. – Вот так и дурят вашего брата. Нарисуют марку погромче – вы и хапаете. А через неделю на помойку можно относить. Небось, китайская халтура. Войну не выиграли, так теперь хотят фуфлом завалить. А вы за их фуфло настоящие деньги отдаете.

– Ну? – вяло удивился Роман, потрясенный открывшимся знанием о коварных китайцах. Спорить охоты не было, тем более что в общем солдат был не так уж и неправ.

– Вот тебе и «ну»! – подтвердил солдатик. – А знаешь, если хочешь нормальные часы, чтобы точные и вообще… Надо и брать часы, а не этот комбайн электронный. Только надо наши брать, старые. Вот у меня – погляди.

Солдатик выставил вперед руку, на которой висели часы монументальные. Выглядели они как небольшой будильник, к которому кто-то по недоразумению приделал две петли для наручного ремешка. Хочешь, время узнавай, а хочешь – можно в рукопашной слона убить одним ударом…

– «Красный коммунар», – похвастался солдатик. – От деда достались. Точные, и работают как… ну как часы!

– Вещь! – подтвердил Роман. – Слушай, а долго нам еще ехать?

– Не знаю, – пожал плечами солдатик. – Я тут прикорнул малость. И потом, чего из этой коробки увидишь… Ты у капитана нашего спроси. А ты в первый раз «на природу»?

– Да. А что, заметно?

– Конечно, – улыбнулся солдатик. – Так ты про дорогу у капитана-то спроси.

– А, хорошо.

Солдатик снова откинулся назад и застекленел глазами. Роман даже позавидовал такой легкости. Только что болтал – и через секунду опять спит…

Он встал со своего места и попытался пробираться к капитану, стараясь ни на кого не завалиться на очередном ухабе. Какой там Тарзан с его прыжками по веткам – попробовал бы он вот так в бронетранспортере добраться от одного поручня до другого… И что там должно с дорогой твориться, если этакую махину так из стороны в сторону бросает?

Капитан сидел на складном стульчике, приваренном в проеме люка. Роман подумал, как бы половчее привлечь к себе его внимание, но в этот момент тот сам ужом соскользнул вниз и захлопнул крышку люка.

– Внимание по колонне! – загрохотал капитан в ларингофон – Всем под броню! Впереди «бахча»!

Роман как раз собирался спросить, что это еще за «бахча», но в этот момент по корпусу машины со страшной силой замолотило, как будто снаружи пошел громадных размеров град. Он вспомнил, как в детстве видел – соседские мальчишки накрыли пойманную кошку жестяным ведром и колотили сверху по ведру палками… Теперь он вполне понимал, что чувствовала та кошка… Лупило часто и с каким-то остервенением. Он не знал, сколько это продолжалось. Но потом «град» начал редеть. Удары доносились все реже, и, наконец, все стихло.

Капитан осторожно приподнялся в командирскую башенку и оглядел округу. Потом заметил, что рядом стоит Роман.

– Чего вскочил-то? – спросил он, добродушно оглядывая Романа.

– Я… – Роман замялся. – Я за городом первый раз. Посмотреть хотел…

– А-а. Ну вылезай, полюбуйся. – Капитан показал рукой на соседний люк, рядом с командирским.

– А эта… «бахча»? – спросил Роман.

– Уже можно, проехали, – ответил капитан и, подавая пример, первым открыл люк.

Роман последовал примеру, но осторожно, приоткрыл люк и, минимально высунувшись, огляделся. Опасности вроде не было, и он, разложив стульчик, высунулся повыше. Любоваться, правда, особо было нечем. Их транспортер шел головным в колонне. Шел среди унылых заброшенных полей, на которых глазу было не за что зацепиться. Редкие чахлые кусты дорогу не разнообразили. Несколько раз вдалеке, на границе с лесом, мелькали какие-то быстрые четвероногие тени, но капитан, когда Роман на них показал, только рукой махнул.

– А что это за «бахча» такая? – спросил Роман у капитана.

– Растение такое, – ответил тот и, подумав, добавил: – Мутант. Считай, минное поле биологического происхождения. Предназначено для уничтожения пехоты и небронированных целей. Растет на полях, нужные вещества получает из земли, но не брезгует и животной пищей. Как увидит, что рядом живое существо, начинает взрывать свои семена, выстреливает вокруг сотни иголок.