Мэйфейрские ведьмы - Энн Райс

Но как? Почему? Что привело незнакомца на кладбище и к домуМайкла? Какое отношение вообще имеет все происходящее к Майклу, который первымрассказал ей о доме с чугунной оградой, украшенной орнаментом из роз? Какаяздесь может быть связь?

– Пусть она просто посидит. Вот здесь. – Пирснаправился за стулом для Роуан.

Надо идти. Она не может и дальше стоять на одном месте,глядя на англичанина и мысленно требуя, чтобы тот объяснил причину своегопоявления на Либерти-стрит. Краешком глаза она по-прежнему видела то, что нежелала и не имела сил видеть: стоящий на возвышении гроб, а в нем…

– Вот, Роуан, возьмите. Оно очень приятное ихолодное. – Роуан почувствовала запах вина. – Выпейте, дорогая.

– Я бы с удовольствием. – Роуан покачала головой ипопыталась изобразить на лице благодарную и в то же время виноватуюулыбку. – Поверьте, я бы рада, но…

«Но губы меня не слушаются. Мне кажется, я вообще утратилаконтроль над собственным телом. Не могу даже рукой шевельнуть. А все вокругждут, когда я подойду к гробу. И я действительно должна заставить себясдвинуться с места. – Ей всегда казалось, что только слабаки, не умеющиевладеть собой, падают в обморок у прозекторского стола во время вскрытия. Такиепроцедуры не должны влиять на физическое состояние человека. – Вот если быменя кто-нибудь стукнул по голове бейсбольной битой, тогда я, наверное, моглабы отключиться. Господи! Похоже, здесь, в этом зале, передо мной начинаютоткрываться совершенно новые стороны жизни! А в гробу лежит моя мать…

А ты что думала? – продолжала разговаривать сама ссобой Роуан. – Что она будет вечно ждать, живая и здоровая, пока ты наконецсоизволишь приехать? Пока до тебя наконец дойдет… Здесь, в этом совершеннонезнакомом тебе месте. Попав сюда, ты словно очутилась в чужой, неизведаннойстране».

Седоволосый англичанин направился в ее сторону.

«Кто вы? Зачем вы здесь? Вам здесь совершенно не место».

Нет, она не права. Он-то как раз мало чем отличался отздешних жителей – обитателей этого странного, чуждого ей самой мира с ихколоритной внешностью, душевной мягкостью и добротой. В его лице она тоже неувидела ни тени иронии или самодовольства, ни намека на неискренность. Мягкоотстранив молодого человека, англичанин придвинулся к Роуан почти вплотную.

Ей вспомнились лица тех, кто присутствовал на похоронахЭлли. Сколько же мук им пришлось претерпеть! Там не было ни одного человекамоложе шестидесяти, но при этом ни одного седого волоса, ни единой ослабевшеймышцы, ни единой морщинки… Ничего похожего! Именно такими, по их мнению, идолжны быть, как принято выражаться, «люди их круга».

Роуан чуть опустила взгляд и увидела горы цветов, лежащие пообе стороны от обитой бархатом скамеечки.

Буквально впившись ногтями в руку мистера Лонигана, онадвинулась вперед – словно в омут вниз головой… Только бы не остановиться вновь!

Однако едва она попыталась чуть расслабиться, какпочувствовала, что вот-вот упадет. Англичанин подхватил ее под руку слева, в товремя как мистер Лониган оставался с правой стороны.

– Роуан, – тихо прошептал англичанин, – Майклобязательно приедет, как только сможет. Скорее всего, сегодня. – Егоманера говорить по-прежнему оставалась четкой и в то же времямелодичной. – А пока вместо него рядом с вами побуду я.

Она бросила на англичанина удивленный и радостный взгляд,испытывая при этом чувство невероятного облегчения. Боже, как хорошо! Майклприедет! Он уже совсем близко!

– Да, он уже недалеко, но его задержали непредвиденныеобстоятельства, – с искренним сочувствием подтвердил англичанин. –Поверьте, Майкл очень расстроен тем, что не смог присутствовать…

Перед глазами Роуан вновь возник неясный образ темного,обветшавшего дома на Первой улице, о котором столько раз рассказывал Майкл. Апотом ей вспомнился маленький комок одежды на поверхности воды… Ее перваявстреча с Майклом… Разве могла она подумать, что так далеко от берега, едва лине посреди океана, вдруг обнаружит утопленника?…

– Я могу вам чем-нибудь помочь? – Голосангличанина звучал совсем тихо. – Быть может, вы хотите подняться к гробу?

«О да, пожалуйста, проводите меня. Помогите подняться поступеням. Заставьте мои ноги двигаться…»

И этот человек действительно совершил едва ли не чудо! ОбнявРоуан за плечи, он повел ее вперед, не переставая что-то шептать в самое ухо.Она ловила лишь отдельные фразы и даже едва слышно отвечала ему, но разговорбыл отрывочным.

– …На самом деле она просто не захотела присутствоватьна прощальной церемонии… Она в ярости от того, что все мы здесь собрались…

– …Не стоит так переживать. Ведь ей уже девяносто, а наулице жара…

– …Я понимаю. После того как все закончится, те, ктопожелает, могут прийти ко мне…

Роуан по-прежнему не поднимала глаз, смотря куда угодно – насеребряные ручки гроба, на цветы, на бархатную скамеечку, – но только нена ту, что лежала сейчас прямо перед ней… И вновь к горлу подступила дурнота.Жара ли тому была виной или, напротив, прохладный, пропитанный ароматами цветоввоздух, она не знала и мысленно продолжала себя уговаривать:

«Ты должна, ты обязана сделать это. Успокойся, возьми себя вруки. Ты не имеешь права упустить единственную возможность. «…Никогда невернусь в Новый Орлеан… и не стану пытаться получить какие-либо сведения…»».

Англичанин продолжал заботливо поддерживать ее обеимируками.

«Майкл непременно приедет!»

Роуан коснулась обитого бархатом гроба, потом медленно, сусилием оторвала взгляд от пола и посмотрела туда, где на атласной подушкепокоилась голова усопшей женщины. И в то же мгновение рот ее началнепроизвольно открываться, словно сведенный судорогой. Она отчаянно пыталасьпреодолеть спазм, но все усилия были тщетными. Дрожь, охватившая Роуан с головыдо ног, была столь яростной, что англичанин, почувствовав ее, как можно крепчесжал пальцы на ее локте. Он тоже пристально вглядывался в лицо покойницы. Онзнал ее!

Все окружающее утратило свою значимость. Осталось толькожелание вот так смотреть и смотреть на нее, не отрываясь, не отводя в сторонуглаз, и никуда не спешить, ни о чем не думать, ни о чем не беспокоиться… Тольковглядываться в это лицо, за которым остались навсегда скрытыми многие и многиетайны.

«Лицо Стеллы в гробу казалось таким прекрасным… Ее великолепныечерные волосы спадали волнами…»

– Да помогите же ей! Она вот-вот упадет вобморок! – послышались голоса вокруг. – Пирс, сделай же что-нибудь!