Мэйфейрские ведьмы - Энн Райс

Данные обновлены и дополнены в 1989 году. Дополнителъныесведения содержатся в секретном досье Роуан Мэйфейр, Совершенно секретно.хранящемся в Лондоне. Для доступа к нему в компьютере необходимо знать пароль

Роуан Мэйфейр была удочерена по всем правилам закона в деньсвоего рождения, седьмого ноября 1959 года; приемные родители: Эллен ЛуизаМэйфейр и Грэхем Франклин.

В тот же день Роуан увезли в Лос-Анджелес, где вместе сприемными родителями она прожила до трех лет. Потом семья перебралась вСан-Франциско, штат Калифорния, и в течение двух лет жила в Пасифик-Хейтс.

Когда Роуан исполнилось пять лет, семья переехала впоследний раз, теперь в Тайбурон, расположенный на противоположном берегузалива, в новый дом, который специально для Грэма, Элли и их дочери спроектировалиархитекторы Траммель, Портер и Дэвис. Он практически весь построен из стекла икрасного дерева и оснащен современными системами жизнеобеспечения –водопроводом, канализацией и прочими, а кроме того, буквально напичкан разногорода бытовыми приборами и приспособлениями по последнему слову техники. Помимовсего прочего, возле дома прорыт судоходный канал и построен пирс для личнойяхты. С огромных по площади плоских крыш открывается великолепный вид на заливРичардсона, Сосолито и – южнее – на Сан-Франциско. В настоящее время она живетв этом доме одна.

Сейчас Роуан около тридцати лет. Ее рост пять футов десятьдюймов. Волосы светлые, довольно коротко подстриженные, глаза светло-серые, сдлинными темными ресницами, брови темные, прямые. Удивительно красивой формыгубы и гладкая, практически безукоризненная кожа довершают в целом весьмапривлекательную картину.

Тем не менее справедливости ради следует отметить, что онаначисто лишена романтического очарования, свойственного когда-то Стелле, равно какмиловидности Анты или загадочной, мрачноватой чувственности Дейрдре.Утонченность и изысканность Роуан сочетаются с несколько мальчишескойвнешностью. На некоторых фотографиях она очень похожа на Мэри-Бет, особенноподчеркивают это сходство прямые темные брови.

На мой взгляд, имеется неоспоримое сходство и между Роуан иПетиром ван Абелем, хотя в отличие от последнего волосы у нее не золотистого, аскорее пепельного оттенка и глаза посажены не так глубоко. Тем не менее оваллица и нордический тип внешности в целом, по моему глубокому убеждению,унаследованы ею именно от Петира – достаточно взглянуть на его портреты,хранящиеся в архиве ордена.

Очень многим Роуан кажется чересчур холодной. Однако в еехрипловатом голосе присутствуют душевная мягкость и глубина. Знакомые Роуанутверждают, что полюбить эту женщину способны лишь те, кто очень хорошо еезнает. Странное убеждение, ибо, если верить нашим информаторам, Роуан Мэйфейрпо-настоящему хорошо знают очень немногие, а вот любят практически все.

Краткое изложение материалов, касающихся приемных родителейРоуан – Элли Мэйфейр и Трэма Франклина

Эллен Луиза Мэйфейр – единственная дочь Шеффилда, сынаКортланда Мэйфейра, родилась в 1923 году. Ей было шесть лет, когда умерлаСтелла. В восемнадцать лет Элли поступила в Стэнфордский университет и с техпор почти безвыездно жила в Калифорнии. Она вышла замуж за выпускникаюридического факультета Стэнфордского университета Грэхема Франклина, которыйбыл на восемь лет моложе ее. Самой Элли в ту пору исполнился тридцать один год.Следует отметить, что и до отъезда в Калифорнию контакты Элли Мэйфейр с семьейнельзя назвать тесными, ибо с восьми с половиной лет – а именно столько былодевочке, когда умерла ее мать, – она воспитывалась в пансионе в Канаде.

Отец Элли, Шеффилд Мэйфейр, похоже, до конца своих дней немог смириться с потерей горячо любимой жены и вел уединенный, можно сказать,затворнический образ жизни. Он часто навещал дочь в пансионе, возил ее вНью-Йорк и осыпал подарками, но все же старался держать девочку подальше отдома. Из всех сыновей Кортланда Шеффилд был, пожалуй, самым спокойным изамкнутым. Он неустанно трудился в семейной фирме, однако крайне редко принималсам или участвовал в обсуждении наиболее важных решений. После смерти сынаКортланд, однако, заметил, что от Шеффилда зависели буквально все.

Для нашего повествования важен тот факт, что с восьмилетнеговозраста Элли практически не общалась с остальными членами семейства Мэйфейр.Круг ее друзей составляли люди, с которыми она познакомилась в Калифорнии, инесколько бывших соучениц по пансиону. Что именно было ей известно о жизни исмерти Анты и даже о Дейрдре, мы достоверно не знаем.

Судя по всему, Грэм Франклин знал о семье Элли еще меньше,то есть практически не знал ничего. Об этом свидетельствуют его высказывания,сделанные в разные годы: «Она из семьи плантаторов»; «Ее родственники прятализолото под полом»; «Кажется, их предки были пиратами»; «А, вы спрашиваете осемье моей жены? Они были работорговцами. Я прав, дорогая? В их жилах течет цветнаякровь»…

Если верить семейному преданию, прежде чем забрать Роуан,Элли Мэйфейр по требованию Карлотты подписала обязательство никогда неоткрывать приемной дочери тайну ее рождения и не позволять ей в будущемвернуться в Луизиану.

Такой документ действительно есть в числе других официальныхдокументов и персональных соглашений, составленных в момент удочерения Роуан.Следует отметить, что суммы, фигурирующие в этих бумагах, поражают.

В течение первого года жизни Роуан со счетов, находившихся враспоряжении Карлотты Мэйфейр в Новом Орлеане, в банки Калифорнии на имя ЭллиМэйфейр было перечислено более пяти миллионов долларов.

На протяжении последующих двух лет половина этой суммыперешла в огромный трастовый фонд, созданный Элли для приемной дочери. Элли исама обладала немалым состоянием, доставшимся ей по наследству от отца ипозднее пополненным деньгами Кортланда. (Возможно, Кортланд, будь у него время,изменил бы свое завещание, составленное за несколько десятилетий до егосмерти.)

Вторая половина денег, полученных от Карлотты, была переданав распоряжение Грэхема Франклина, который использовал большую их часть напокупку золотоносного прииска в Калифорнии. Как талантливый, оченьквалифицированный адвокат, Франклин получал высокие гонорары, но изначальногонаследственного капитала у него не было, и своим благосостоянием к концу жизнион обязан в первую очередь собственной смекалке, интуиции и умению весьмавыгодно вкладывать деньги Элли.