Мэйфейрские ведьмы - Энн Райс

Описания подобного состояния имеются в научной литературе,но лишь относительно очень старых людей, которые достигли крайней степени одряхленияи медленно угасают в гериатрических клиниках, бессмысленно глядя на окружающиймир и при этом фактически ничего не видя и не воспринимая. Тем не менее Дейрдрепродолжали вводить какие-то сильнодействующие лекарства, якобы предотвращающие«приступы возбуждения», – так, по крайней мере, говорилось докторам имедсестрам, которые были к ней приставлены.

Каким же образом, когда и почему Дейрдре Мэйфейрпревратилась в «безмозглую идиотку», как называли ее обитатели Ирландскогоканала, в «милый пучок морковки», как ласково величала свою подопечную одна изсиделок? В первую очередь виновата в том, наверное, пресловутая шоковаятерапия, которую применяли во всех психиатрических клиниках, где довелосьпобывать Дейрдре начиная с 1959 года. Свою лепту внесли и разного родалекарственные препараты, транквилизаторы едва ли не нервно-паралитическогодействия, которыми щедро потчевали свою пациентку доктора, причем иногда всамых удивительных и немыслимых комбинациях, о чем свидетельствуют записи вмедицинских картах.

Трудно судить, насколько оправданным было использование тогоили иного метода лечения. Примерно с 1962 года Дейрдре перестала разговаривать,во всяком случае хоть сколько-нибудь логически и связно. Как только действиетранквилизаторов заканчивалось, она начинала плакать или кричать; время отвремени ломала или разбивала вещи, а бывали периоды, когда она просто валиласьна пол, закатывала глаза и беспрестанно выла.

На протяжении многих лет мы продолжали скрупулезно собиратьлюбую информацию о Дейрдре Мэйфейр, стараясь хотя бы раз в месяц встречаться скем-либо из врачей, медсестер, сиделок или иных людей, побывавших в особняке наПервой улице. Тем не менее полученные сведения не всегда позволяли составитьцелостную картину происходящего за его стенами. Добраться до больничных архивовбыло еще труднее – их сотрудники ревностно хранили врачебную тайну. Более того,как минимум в двух лечебных заведениях записи, касавшиеся Дейрдре,отсутствовали вообще.

Один из докторов признался нашему агенту, что по собственнойинициативе уничтожил историю болезни Дейрдре, а врач другой клиники уволилсяоттуда вскоре после выписки своей странной пациентки, оставив после себя лишьнесколько загадочных строк: «Неизлечима. Страшная трагедия. Тетушка требуетпродолжения лечения, однако данное ею описание симптомов и поведения больнойневероятно и не заслуживает доверия».

Естественно, мы по-прежнему вынуждены опираться и насветские сплетни, и на рассказы соседей и знакомых семейства Мэйфейр.

Несмотря на то что практически всю свою, так сказать,взрослую жизнь Дейрдре находится под воздействием лекарств и сознание еезатуманено, возле нее, если верить слухам, продолжает появляться «загадочныйтемноволосый мужчина». Сиделки из лечебницы Святой Анны видели «какого-точеловека, входившего в ее палату». В техасской больнице, где Дейрдре пробыласовсем недолго, врач несколько раз сталкивался с «таинственным посетителем»,который «словно испарялся», прежде чем доктор успевал задать ему вопрос, кто они что делает в палате. В санатории на севере Луизианы сиделка жаловалась своемуначальству, что видела привидение. Чернокожие санитары сталкивались снезнакомцем чаще других.

– Уверяю вас, это не человек, – твердо заявила намодна из темнокожих женщин. – Я могу определить это с первого взгляда. Я вижудухов. Я умею их вызывать. Я знаю, кто он, а он знает, кто я, и никогда неподходит ко мне близко.

Как и во времена детства Дейрдре, рабочие отказываютсяприходить на Первую улицу, и из уст в уста передаются все те же истории о том,что в доме обитает «какой-то человек», который не желает, чтобы там что-либоменялось.

Тем не менее кое-что все же было сделано. В особнякеобновили электропроводку и в нескольких комнатах установили кондиционеры. Всеработы, однако, велись под строгим и неусыпным контролем самой КарлоттыМэйфейр.

Старый садовник по-прежнему ухаживает за газонами и в случаенеобходимости подкрашивает проржавевшую ограду.

Однако в целом особняк, почти скрытый от посторонних глазогромными ветвями разросшихся дубов, постепенно ветшает. По ночам возлекогда-то построенного Стеллой, а теперь заросшего лилиями и дикими ирисамибассейна поют лягушки. Деревянные качели Дейрдре давно упали со стоящего всамой глубине сада огромного дуба и превратились в кучу искореженных обломков,едва заметных в высокой траве.

Многие из тех, кто, проходя мимо дома, останавливался, чтобыпоглазеть на Дейрдре, неизменно сидящую в своем кресле-качалке на боковойтеррасе, видели рядом с ней «очень симпатичного молодого человека, наверноеродственника». Сиделки, ухаживавшие за больной, часто увольнялись толькопотому, что их пугал «этот странный мистер», который вдруг появлялся возле ихподопечной и так же внезапно исчезал – «ну прямо как привидение». Иногда имказалось, что за ними кто-то наблюдает, но, обернувшись, они лишь краем глазауспевали заметить неясную тень.

– Около нее все время толчется какой-то призрак, –заявила в агентстве по найму молоденькая сиделка, объясняя причину своего уходаиз особняка. – Однажды он появился прямо среди бела дня – знаете, ничегоужаснее в жизни своей не видела. Ноги моей больше не будет в том доме!

Я пригласил девушку на ленч, и в разговоре она вспомнила ещенесколько подробностей:

– В целом мужчина как мужчина. Темные волосы, кариеглаза, одет хорошо: темный костюм, белая рубашка… Но… Господи, мне стало вдругтак страшно! Он просто стоял рядом с ней, освещенный солнцем, и смотрел наменя… Я уронила поднос и закричала…

Подобных отказов медицинского персонала различного уровня отработы в семействе Мэйфейр было немало. Мы не теряем из виду этих людей, повозможности встречаемся с ними и записываем их свидетельства. При этом, однако,сами стараемся не посвящать их в подробности и не открывать истинных причиннашего интереса к тому, что, где и когда им довелось видеть или слышать.

Вывод, сделанный нами на основе полученной информации, был,мягко говоря, малоутешительным, даже пугающим. Вполне возможно, разум Дейрдреоказался разрушенным до такой степени, что она полностью утратила контроль надЛэшером и таким образом подсознательно позволила ему появляться рядом с ней нетолько в любое время, но и во вполне материализованной форме.

Иными словами, она превратилась в лишенного разума медиума,в беспомощную ведьму, находившуюся во власти того, кто всегда был рядом.

Существовала и иная вероятность. Лэшер мог появляться лишьзатем, чтобы заботиться о Дейрдре, утешать ее и доставлять ей минуты счастьятеми способами, о которых мы даже не подозреваем.