Дом Люцифера - Роберт Ладлэм

6.32 вечера

Лонг Лейк, штат Нью-Йорк

Сидевший за столом в кабинете Виктор Тремонт отложил доклад, над которым работал, устало потер глаза и взглянул на свой «ролекс». Потом нервно забарабанил пальцами по краю стола. Ни от Нэнси Петрелли, ни от главного врача пока не было ни слова, а аль-Хасан выходил на связь последний раз девять часов тому назад. Почти двенадцать лет рискованной и напряженной работы подошли к триумфальному завершению. И он, как никогда, был близок к тому, чтобы стать одним из богатейших людей в мире. Нет, просто быть не может, не должно, чтобы в последний момент что-то помешало этому.

Взвинченный до предела, он поднялся из-за стола и, заложив руки за спину, начал расхаживать по толстому плюшевому ковру. А затем подошел к огромному, во всю стену, окну. В последних лучах заходящего солнца мерцало озеро, походившее на серебристый кратер. Верхушки высоких сосен отливали пурпуром, но стволы их, погруженные в тень, казались почти черными. По ту сторону озера мерцали огоньки в домах, они походили на россыпь звезд в ночном небе. А рядом, слева и справа от него, раскинулись здания индустриального комплекса «Блэнчард Фармасьютикалз», его детища. Сам вид этих зданий внушал успокоение. Все это реально. Все это принадлежит ему.

Тут вдруг зазвонил селектор на столе.

— Мистер аль-Хасан прибыл, доктор Тремонт.

— Хорошо. — Он вернулся к столу, принял соответствующее случаю выражение лица. — Пусть войдет.

Изрытая оспинами физиономия аль-Хасана светилась торжеством.

— Мы взяли Смита.

— Где? — возбужденно спросил Тремонт.

Аль-Хасан подошел и остановился у самого стола. Тощий, длинный и черный, он, изогнувшись, нависал над столом и напоминал в этот момент гончую, готовую схватить кролика.

— В Багдаде. Их арестовали полицейские, которых я подкупил.

— Их? — Тремонт обрадовался. — Стало быть, и этого Зеллербаха, и англичанина тоже?

Улыбка на лице аль-Хасана увяла.

— К сожалению, нет. С ним находился агент ЦРУ. Некая женщина, работавшая с тамошним подпольем.

Тремонт чертыхнулся про себя. Еще одно осложнение, только этого им не хватало.

— Стало быть, ей уже известно все, что знает Смит. Уничтожьте ее. Ну а что с теми двоими?

— Скоро и их схватим. Зеллербаха и англичанина обнаружили сегодня, рано утром. Наш агент, внедренный во ВМИИЗ.

— Сегодня утром? — Тремонт недовольно нахмурился. — Почему мне не доложили?

Аль-Хасан опустил глаза.

— Наш агент в Детрике сперва преследовал их в одиночку. Лишь позже к нему подключились Мэддакс и его люди. Они страшно боялись снова упустить этого Хауэлла, и у них просто не было времени позвонить. Мне доложили обо всем этом лишь час тому назад. Ну, и, разумеется, я отругал как следует этого Мэддокса и приказал, чтобы он впредь постоянно держал меня в курсе дела. — И далее аль-Хасан во всех подробностях описал, как Питер Хауэлл совершил ночной визит во ВМИИЗ, как Марти Зеллербах пытался влезть в файлы Софи, и о том, как эта парочка отправилась затем в Принстон. — Мэддакс сообщил, что они поехали на север и находятся сейчас недалеко от Сиракуз.

Тремонт размышлял, продолжая расхаживать по кабинету. Потом вдруг догадался:

— Эти двое, Зеллербах и Хауэлл, хотят проследить всю историю жизни Софи Рассел. — Он резко остановился, глаза его яростно сверкнули. — И они могут узнать о путешествии Софи в Перу и выяснить, что она вступала в контакт со мной! — Он сделал над собой усилие, пытаясь сдержать гнев. Он считал, что может видеть каждого собеседника насквозь, и вот теперь, глядя на араба, человека во всех отношениях чуждого, с загадочной восточной психологией, вдруг подумал, что именно араб стоит сейчас между ним и открытием, которое сделал Джонатан Смит вместе со своими подручными. Да, следовало вовремя проследить за тем, чтобы аль-Хасан уничтожил этого Смита. И тут в голову ему пришла идея. — Ты должен был остановить их давным-давно, аль-Хасан. Ты подвел меня.

Как Тремонт и ожидал, араб, заслышав эти слова, поморщился. Он стоял неподвижно и молча, будучи не в силах произнести ни слова, и Тремонт почти физически чувствовал, как оскорблен и унижен этот человек. Именно потому, что он подвел.

— Этого больше не случится, доктор Тремонт, — сурово и твердо заявил аль-Хасан. Выпрямился и преданно уставился в глаза своему хозяину. — У меня есть план.

С этими словами он развернулся и вышел из кабинета, бесшумно, как сама смерть.

* * *

8.21 вечера

Близ Сиракуз, штат Нью-Йорк

Питер в черной униформе коммандос, но без шлема и пояса, вел большой и тяжелый фургон по темному шоссе к мерцающим впереди огонькам Сиракуз. Сидевший у него за спиной Марти продолжал напряженно работать с компьютером. Скорость, с которой распространялся вирус по планете, ужасала их обоих. В Сиракузах они надеялись выявить нечто, связанное с докладом из Института принца Леопольда, таинственным исчезновением записей Софи о телефонных звонках, а также выяснить, где мог скрываться сейчас Билл Гриффин.

От Джона не было ни слуху ни духу. Питера это не то чтобы удивляло, скорее беспокоило. Это могло означать, что Джон в опасности и не может вернуться в посольство в Багдаде. Но с равной долей вероятности это могло и вовсе ничего не означать.