Дитя - Фиона Бартон

Воскресенье, 29 апреля 2012 года

Эмма

Кейт ждала меня в кофейне через дорогу. Она уже прислала сообщение, что приехала, но мне еще понадобилось объяснить Полу, куда я иду и кто она такая. Он пришел в ужас от того, что я хочу пообщаться с журналисткой, и даже захотел пойти со мной, если мне так уж непременно туда надо, – но я сказала, что хорошо знаю, что делаю. Что я ей доверяю. В итоге он сдался, посоветовав мне быть как можно осторожнее с тем, что говорю. Сказал, что он будет меня ждать и если я через двадцать минут не вернусь, то сам пойдет меня искать.

Когда я уже повернулась, чтобы уйти, Пол поймал меня за руку:

– Ты абсолютно уверена, что тебе это надо?

Еще пять минут ушло на то, чтобы его в этом убедить, – и вот я прихожу в кофейню с изрядным опозданием. Кейт, судя по всему, уже решила, что я передумала приходить, и, поднявшись, начинает натягивать пальто, когда я наконец вхожу в дверь заведения.

Как только я сажусь, появляется официантка, и нам приходится сразу делать заказ, после чего мы наконец-то можем нормально друг друга поприветствовать.

С чрезмерной пунктуальностью девчушка записывает: «Два кофе с молоком», бесконечно повторяя эти слова. Я очень хочу, чтобы она поскорее ушла. Когда официантка наконец отворачивается от нашего столика, Кейт говорит:

– Простите, Эмма. Что у вас произошло в полиции? Вы в порядке?

Из вазочки передо мной я беру пакетик сахара и принимаюсь теребить его, точно ребенок.

Она все знает. Она говорила с инспектором Синклэйром. Все вокруг обо мне говорят. Не много ли обо мне толков? Мне нельзя ей доверять.

Я излагаю газетчице то, что она наверняка и так уже знает. И жду, что скажет она.

– Детектив-инспектор Синклэйр сказал, что показывал вам те фотографии, Эмма, – говорит Кейт. – Я не знала, что вы тоже на них окажетесь. Клянусь вам! Только когда сегодня давала показания у Энди Синклэйра, то различила там вас. Я хотела вам позвонить, как только выйду от него, но вы оказались в отделении раньше, чем я смогла с вами связаться.

Значит, она меня видела. Видела Эмму на фото.

Когда я вновь мысленно включаюсь в разговор, Кейт еще извиняется и оправдывается, но я уже не знаю, могу ли ей дальше доверять. Однако мне надо выведать побольше информации, а потому я решаю ей пока что подыграть.

– Для меня было жутким потрясением себя там увидеть, – говорю я. Пакетик надрывается, и сахар просыпается мне в руку.

– Не сомневаюсь, – кивает она.

– Детектив-инспектор Синклэйр спросил, знаю ли я Аль Соэмса. Он, должно быть, решил, что это Соэмс делал те снимки.

– Но как он мог их сделать?

Тогда я рассказываю Кейт о той светской вечеринке.

– Это вообще была идея Джуд. Она попросила Уилла взять меня с собой – чтобы я немного встряхнулась. Я была вне себя от радости. Джуд разрешила мне надеть свое любимое платье от Лоры Эшли. Полуночно-синего цвета с изящным узором из пайеток. С низким декольте и плотно стянутой талией, с тысячью крохотных пуговок на спине. Помню, я кружила по комнате, как балерина, чтоб поднималась юбка, и мы обе смеялись.

Вечеринка была как в кино – с шампанским и разными известными людьми, – и Уилл все подзывал официантов, чтобы освежали мне бокал. Мне казалось, это лучший вечер в моей жизни!

Уилл представлял меня всем просто как «моя подруга Эмма», и помню даже, как пара-тройка мужчин подмигнули мне и рассмеялись. А я еще гадала, в чем там шутка.

«Теперь-то мне это понятно», – невольно думаю я.

– Потом какой-то мужчина, когда Уилл меня ему представил, поцеловал меня в щеку. Это было неожиданно, но человек показался мне знакомым. Я хотела было спросить об этом, но тут, когда он от меня отстранялся, его ладонь скользнула мне по груди. Меня словно пронзило током, и я, наверно, вся залилась пунцовым румянцем, потому что Уилл, извиняясь, повел меня поскорее прочь.

– Аль Соэмс? – догадывается Кейт, и я киваю. Я не стану ей рассказывать, что Уилл тогда сказал, что я выгляжу очень соблазнительно и у меня внутри снова возникло знакомое ощущение водоворота.

– Он вывел меня наружу подышать воздухом. Внезапно дверь позади нас распахнулась, и тот мужчина с блудливыми руками вышел за нами следом. Вот тут я его и узнала. Я видела его в нашем доме всего каких-то пару раз: Джуд меня всегда выпроваживала из комнаты, поскольку он приходил выяснять насчет платы за жилье, – но все же запомнила его забавную пупырчатую кожу. Помнится, я повернулась к Уиллу, сказав: «Смотри-ка, это наш домовладелец!» – но Уилл сделал вид, будто его не узнал.