Партнер - Джон Гришэм

Заговорив о ее отце, Сэнди коснулся деликатнойтемы, но сейчас он хотя бы получал ответы на свои вопросы. Прозвучало ещенесколько фраз, самых общих, не имевших никакого отношения к похищению.

Остывшего цыпленка Лиа так и не попробовала.

Когда Сэнди покончил с едой, она спросила:

– Не хотите кофе?

– Он понадобится нам наверняка, не так ли?

– Да.

Они вместе убрали со стола пластиковыетарелки. Пока Сэнди бродил по дому, Лиа приготовила кофе. Усевшись в столовойза небольшим стеклянным столиком, оба посмотрели друг на друга. Ничего незначивший светский разговор закончился.

– Что вам известно об Арициа? – спросила она.

– Если верить газетам, Бенни – тот самыйклиент фирмы, чьи девяносто миллионов похитил Патрик. Он работал в “Платт эндРоклэнд”, а потом выложил правительству информацию о том, что его компаниязавышала счета. Было заведено дело по акту о незаконных требованиях на общуюсумму около шестисот миллионов долларов. В соответствии с актом вознаграждениеАрициа составляло пятнадцать процентов. Отстаивал интересы Арициа Боген идругие партнеры, с кем наш приятель Патрик работал. В основном это всё.

– Неплохо. То, что собираюсь рассказать вам я,может быть подтверждено этими документами и пленками с записью. Мы обязательноознакомимся с ними, так как вам необходимо получить максимально полную картину.

– Фактически я уже сделал это. – Сэндиулыбнулся, но она оставалась серьезной.

– Со стороны Арициа это было мошенничествомчистой воды, – медленно выговорила Лиа. – Бенни Арициа – продажный человек,поставивший себе целью надуть не только собственную компанию, но иправительство. В этом ему помогали весьма опытные юристы, бывшие коллегиПатрика, и влиятельные люди в Вашингтоне.

– Должно быть, сенатор Ней, двоюродный братБогена.

– В общем-то да. Как вы наверняка слышали,сенатор Ней – довольно заметная фигура в Вашингтоне.

– Я слышал это.

– Арициа тщательно продумал свои действия, азатем посвятил в план Богена. Патрик тогда только стал партнером, и об Арициаему не было известно ровным счетом ничего, в то время как остальные партнерыприняли участие в осуществлении плана. В фирме происходили перемены, и Патриквидел это. Он начал копать и в конце концов выяснил, что существует настоящийзаговор, за которым стоит их новый клиент – Арициа. Патрик ничем не проявилсвою осведомленность и стал собирать доказательства. Большая их часть здесь. –Лиа коснулась картонной коробки.

– Давайте начнем сначала, – попросил Сэнди. –Объясните, почему это было мошенничеством.

– Арициа заправлял судостроительными верфями вПаскагуле, это одно из подразделений “Платт энд Роклэнд”.

– Знаю. Крупный подрядчик министерстваобороны, но с неким темным прошлым. Репутация оказалась подмоченной обманомправительства.

– Совершенно верно. Арициа простовоспользовался масштабностью полученного заказа. На верфях строились атомныеподводные лодки, и уже имелся значительный перерасход сметы. Он решил еще болеедраматизировать ситуацию.

Верфи представили дутый подсчет рабочеговремени: тысячи часов по профсоюзным расценкам за работу, которую не сделали;деньги шли якобы непосредственным исполнителям. Цена поставлявшихся материаловтоже была немыслимо завышена: осветительные лампы по шестнадцать долларов заштуку, чашки по тридцать и так далее. Список можно продолжать до бесконечности.

– Он здесь, в коробке?

– Здесь данные только по наиболее важнымзакупкам: системам обнаружения, ракетам, оружию и так далее. Лампочки – мелочь.Арициа проработал в компании достаточно долго и знал, как действовать, чтобыего не схватили за руку. Он подготовил целые тонны бумаг, но в них редкоупоминалось его имя. Оборонными контрактами в “Платт энд Роклэнд” занималисьшесть подразделений, так что штаб-квартира компании напоминала настоящийзоопарк. И это Арициа тоже использовал в своих интересах. На каждом счете,представляемом военным, имелась виза какой-нибудь шишки из штаб-квартиры.Арициа выписывал дополнительные счета на материалы и подсовывал их на подписьсвоему начальству. Примитивная, но хорошо отлаженная система, которую онвеликолепно знал. Позже он передал своим юристам самые подробные записи обовсем.

– Патрик раздобыл и их?

– Некоторые.

Сэнди взглянул на коробку.

– И все это он прятал с момента исчезновения?

– Да.

– Он хотя бы раз проверял, все ли на месте?

– Нет.

– А вы?

– Когда два года назад я приехала, чтобыпродлить договор аренды ячейки в камере хранения, я заглянула в коробку, новремени проверить все как следует у меня не было.

Чувствовала себя не в своей тарелке,нервничала, даже не хотела ехать. Я верила, что эти бумаги никогда непонадобятся, поскольку его не поймают. Но Патрик, видимо, знал все лучше меня.

Как профессионал, Сэнди испытывал остроежелание засыпать ее градом вопросов, не имевших ни малейшего отношения кАрициа, но все же сдержал себя. “Успокойся, подумал он, – не выдавай своегоинтереса, и ответы всплывут сами”.

– Значит, план Арициа сработал. В какой-томомент он подошел к Чарлзу Богену, чей двоюродный брат лижет кому-то задницу вВашингтоне и чей бывший босс является в настоящее время федеральным судьей. АБоген знал, что перерасходы допустил сам Арициа?

Лиа поднялась, раскрыла коробку, достала изнее диктофон и несколько аккуратно надписанных мини-кассет, выбрала одну ипоставила.

– Послушайте. Одиннадцатое апреля девяностопервого года. Первый голос принадлежит Богену, второй – Арициа.

Арициа позвонил ему, когда тот находился врасположенном на втором этаже конференц-зале фирмы.

Сэнди оперся на локти и обратился в слух.

* * *

БОГЕН. Мне позвонил сегодня один изнью-йоркских юристов “Платта”, некий Кресни.

АРИЦИА. Знаю его. Типичный нью-йоркскийвыскочка.

БОГЕН. Да, вежливым его не назовешь. Сказал,что у них есть свидетельства, будто ты знал о двойном завышении счетов на экранирующиеплоскости, которые верфи приобрели у “Рэмтека”. Я спросил, нельзя ли с нимиознакомиться, и он ответил, что можно будет примерно через неделю.