Академия - Бентли Литтл

– Одно хорошо, – сказал Брэд. – В очереди мы пообщались с другими парами и кое-что выяснили. В этом семестре школой недовольны все.

Эд ткнул своим стаканом в сторону танцпола.

– Да ну? А с виду не скажешь.

– Ого. – Брэд нахмурился, глядя поверх голов танцующих.

Двери спортзала стояли открытыми, и на улице мелькали какие-то отблески. Неужели на ярмарке начался пожар? Брэд бросил Майлу с Эдом и рванул к выходу.

Нет, то был не пожар. Пока публика развлекалась на танцах, кто-то убрал палатки и флаги и разложил посреди поля огромный костер. Из хвороста, веток, деревянных обрезков выстроили пирамиду высотою с дом, и мощные языки пламени неудержимо взмывали в небо, словно выпущенные из клетки птицы. Вокруг огня плясали люди – кажется, скауты, хотя отсюда было не разглядеть.

За спиной у Брэда выросли Майла с Эдом. За ними к выходу повалила целая толпа учеников – все хотели узнать, что происходит.

– Пойдемте посмотрим, – предложила Майла.

Трое друзей вместе с толпой выбежали на траву.

– Ты про это знала? – спросил Эд.

– Нет.

Брэд так и не понял, что именно прозвучало в голосе Майлы – обида или испуг.

Плясали действительно скауты; были с ними и девушки – то ли подруги, то ли тоже скауты. Хотя действо это выглядело стихийным, оно вполне могло быть отрепетированным. Слаженные движения предполагали заранее спланированный ритуал.

Брэд, Майла и Эд остановились в нескольких шагах от костра. Его жар ощущался даже здесь, а яркий огонь лишь сгущал темноту вокруг. Пламя взмывало все выше, и в глазах ребят, прижимавшихся к металлической сетке, прыгали оранжевые сполохи. Если раньше эти ребята выглядели голодными и дикими, то теперь они казались грустными и несчастными. На всех лицах застыла обреченность, одинаковая до жути.

В танец у костра вливались все новые и новые ученики. Они пели. Или скандировали? За ревом огня было не разобрать. Ветер усиливался, теперь он не столько бодрил, сколько обжигал холодом, и его ледяные укусы подгоняли народ к жаркому огню. Несколько спортсменов скинули с себя рубашки. Когда же хоровод описал круг, один из танцоров разделся донага.

Брэд напрягся. Праздник перерастал в вакханалию.

Какая-то девушка спустила платье с плеч и, оголив груди, весело поскакала вокруг огня.

Взрослые словно исчезли. Ни тебе куратора, ни учителя, ни даже сторожа. Они, наверное, были в зале, на танцах, и сюда, похоже, не выходили нарочно. У костра царили настоящая анархия и откровенное буйство. Брэд никогда в жизни не испытывал такого страха. Если сейчас что-нибудь произойдет, оно волной затопит всех.

Он хотел увести Майлу с Эдом обратно в зал, подальше от опасности – сквозь открытые двери долетала негромкая музыка, танцы продолжались, – однако хотел и досмотреть ритуал. Да и друзья не сойдут с места, пока не узнают, чем тут дело кончилось.

Скандирование у огня перешло в крики. Первобытные яростные вопли совсем не напоминали человеческую речь. Неожиданно с другого конца поля из переносных колонок прогремел мужской голос, читающий молитву. Брэду почудились слова «благодарны» и «жертва».

За оградой началось волнение, суета и толкотня.

Эд ткнул Брэда локтем в бок и заорал, перекрывая шум:

– Смотри! Там Шерил! Голая!

Действительно. Президент ученического совета выделывала кульбиты из танцевальной программы группы поддержки, однако в экзальтированных движениях Шерил сквозило такое отчаяние, что Брэду пришла на ум белка в колесе.

От ограды, у которой перед тем возникла какая-то потасовка, сейчас шла к костру группа скаутов. В темноте было плохо видно, но Брэд, кажется, разглядел зажатого между ними пленника, которого скауты волокли к огню. Теперь настала очередь Брэда тыкать Эда локтем и сжимать ладонь Майлы, привлекая ее внимание.

– Смотрите!

Однако скауты как раз скрылись из виду с другой стороны костра. Брэд перевел глаза на ограду – туда, откуда они пришли. Ребята, толпившиеся у металлической сетки, исчезли. За границами праздника чернела пустота.

Все больше и больше учеников вступали в дикую пляску. Все больше и больше плясунов срывали с себя одежду.

Брэд внезапно ощутил, как вздрогнула в его ладони ладонь Майлы, как в пальцы ему впились ее ногти. Свободной рукой она безотчетно стиснула руку Брэда. Глаза Майлы распахнулись от ужаса, губы что-то произнесли, но из-за шума Брэд ничего не разобрал. Он глянул на Эда. Тот, как и Майла, немигающе уставился в костер, и Брэд проследил за взглядом друзей. Что они там узрели? Ну, огонь…

И вот тут…

Брэд увидел.

Человеческую фигуру в языках пламени.

Мальчика.

Волос и одежды на нем уже не было, да и сам он казался лишь черной тенью внутри бушующего жара. Мальчик корчился в агонии, но упрямо пытался выползти из огня. Обгорелая рука взметнулась вверх, словно моля о спасении, и мальчик рухнул. Неподвижное тело стало частью погребального костра.

Брэд рванул вперед, Эд – за ним. Брэд попробовал сбить пламя – бесполезно! Отчаянно завертел головой в поисках воды, огнетушителя – чего угодно… Чем залить этот адский огонь?..

– Там человек! – закричал Брэд. – В огне! Горит!

Он сунулся было за мальчиком. Брови сразу опалило, волоски на руках затрещали от жара, и Брэд беспомощно отпрянул.

– Гасите костер! – надрывался он. – Спасайте человека!

Мимо проскакала какая-то голая девчонка, потерлась грудью о плечо Брэда.

– Неси шланги! – Он попытался схватить парня, который на скаку выделывал коленца. – Нужна вода!

– На помощь! – орал рядом Эд.

Никто их не слышал, никто не обращал внимания. Праздник продолжался. Мальчика в огне уже не было видно. Жаркое пламя уничтожило все следы.

Брэд упрямо звал на помощь, как вдруг его крик замер. Померещилось? Конечно, померещилось, ведь такого быть не могло… В темноте по другую сторону от костра вроде бы стояла директор Хоукс.

Она смотрела в огонь.

И хохотала.