Нет числа дням - Роберт Годдард

— Как верно.

— Слышал, вы плохо себя чувствовали, Николас. Тяжело пережили смерть брата. Рад видеть вас в добром здравии.

— Да, мне уже лучше.

— Что ж, замечательно. Прошу вас, примите мои соболезнования. Смерть Эндрю… — Фарнсуорт покачал головой. — Тяжелая утрата.

— Да.

— Вы не должны винить себя, Николас.

— Я и не виню.

— Судьба — что поделаешь.

— Вы уверены, что поделать ничего нельзя?

— Конечно. Человек бессилен против рока, и не нам судить Господа.

— Профессор Дрисдейл, видимо, поздно встает?

— Как раз наоборот. А в связи в чем вы спросили?

— Просто интересно, почему вы каждое утро приезжаете в Эдинбург для того, чтобы посетить это непримечательное заведение.

— Почему же непримечательное? Здесь отлично варят эспрессо. В поездках по Италии я привык к хорошему кофе. А Вернон — человек привычки, единственный кофе, который он признает, — растворимый, да еще в порошке.

— Вы часто бывали в Италии?

— Не так часто, как хотелось бы.

— И где вам понравилось больше всего?

Фарнсуорт поджал губы, задумчиво нахмурился и наконец решил:

— В Венеции.

— Я так и думал.

— Вы на редкость проницательны. Наверное, вам тоже там нравится.

— Ни разу не был в Венеции.

— Советую съездить. Там многое связано с вашей семьей. После падения Константинополя в Венеции осело немало Палеологов. Наверняка среди них есть ваши родственники.

— Не думаю.

— Дальние и неизвестные, — упорствовал Фарнсуорт. — Обязательно поезжайте.

— Вы долго пробудете у Дрисдейла?

— Еще не знаю. Пока не надоем, наверное. А до тех пор непременно зайдите к нам в гости. Я дам вам адрес и номер телефона. — Фарнсуорт достал из кармана визитную карточку и написал что-то фломастером. — Пожалуйста.

Ник взял визитку. На ней каллиграфическим почерком Фарнсуорта было начертано: «Роузберн-Лодж, Мэнс-роуд, Рослин, (0131) 440 7749».

— Позвоните. Я уверен, Вернон будет очень рад.

— Правда?

— Ну разумеется. Он специалист по средневековой истории. Я как-то рассказал ему, что ваша семья происходит от последних императоров Византии. Ему было бы очень интересно познакомиться с потомком знаменитой династии.

— Могли бы пригласить Тома.

— А почему вы думаете, что я его не приглашал?

— Он мне об этом не рассказывал.

— Наверное, он многое от вас скрывает.

Некоторое время Ник молча пил кофе. Потом сказал:

— Между прочим, наше происхождение от императоров не доказано.

— У меня другие сведения.

— Если вы не против, я бы хотел задать вам один вопрос, доктор Фарнсуорт…

— Зовите меня Джулиан.

— Откуда у вас такие сведения, Джулиан?

— Кто ищет — тот найдет.

— А вы искали?

— Разумеется.

— Поскольку дело касается моей семьи, еще один вопрос. Вы узнали о нас от Терри Моусона?

— Никогда не слышал о нем.

— У меня другие сведения.

— Один-один! — Фарнсуорта позабавило, что Ник отбился от него его же фразой. — Мне почему-то кажется, что вы не верите мне, Николас.

Ник сделал еще один глоток кофе, намеренно не спеша с ответом.

— Нет, не верю, — сказал он наконец.

— Я могу вас понять. Кровь — не вода. Что рассказал вам юный Томас? Что я беспокою его — возможно, преследую? Что я в сговоре с его злокозненным отчимом? И тому подобную чепуху, я уверен. Тактика человека, загнанного в угол. Спросите себя: можно ли до конца доверять вашему племяннику? Будьте честны до конца: можно?

— Я на его стороне.

— Естественно. Но что, если он лжет? Что, если Том задумал вашими руками совершить нечто преступное? — Фарнсуорт развел руками. — Думаю, я должен вам кое-что показать.

— Что?

— С собой у меня этого нет. Но дайте время, и я пришлю вам эту вещь. Вы остановились у племянника?

— Нет, в гостинице.

— Прекрасно. Туда и пришлю. Название?

Ник было заколебался, но тут же решил, что скрывать свое местонахождение не имеет смысла.

— «Чертополох», Лейт-стрит.

— Замечательно. До конца дня доказательство будет у вас в руках.

— Доказательство чего?

— Увидите, — улыбнулся Фарнсуорт. — Обещаю.

Фарнсуорт пригласил Ника пройтись вместе с ним по Национальной галерее Шотландии и объяснил, что проводит там почти каждое утро, наслаждаясь прекрасным.

— Десять минут в зале импрессионистов — и я готов к новому дню.

Ник отказался и с удовольствием распрощался с Фарнсуортом у выхода из «Робусты».

Прямо оттуда он направился в Серкус-Гарденз, так как обещал Тому немедленно доложить о «неожиданной» встрече. Племянник встретил его небритым и в халате. Похоже, вчера, после ухода Ника, он продолжал пить в одиночку.

— Уже начало одиннадцатого, — хрипло сказал Том, раздвигая занавески и впуская в гостиную волну неяркого света. — Ну как, встретил нашего друга?

— Да, он был в кафе.

— Я же говорил. — Том хлопнулся в кресло и зевнул. — И как он объяснил свое присутствие?

— Невразумительно.

— И уклончиво?

— На редкость.

— Не говорил, что ходит за мной по пятам?

— Нет.

— Но ты-то в этом убедился?

— Без сомнения.

— Выходит, они знают, что я их подозреваю.

— Выходит, так.

— Н-да… — Том потер лицо. — Мне нужно выпить кофе. Будешь?

— Нет, спасибо. Я только что…

— Выпил чашку в «Робусте». Конечно, а что еще там делать? Пойдем со мной на кухню. Подхватишь меня, если я грохнусь по дороге.

Том встал и поплелся на кухню, Ник — следом. На кухне Том поставил чайник, насыпал в чашку гранулированного кофе и, зевая, уселся за стол.

— И что мне теперь делать, Ник?

— С Фарнсуортом? Не знаю. Ты же не в силах запретить ему бродить по Эдинбургу. И доказать, что они с Терри задумали что-то дурное, тоже не можешь.

— Мне довольно и того, что они друг друга знают.

— Чтобы история с Тантрисом показалась правдивой, нужно было много денег. Полмиллиона фунтов — не шуточки. Думаешь, Терри мог выложить такую сумму?