Кровавая Мэри - Джоу А. Конрат

Выйдя из тюрьмы, я дрожала и не знала, от чего – от холода, злости или страха.

Поскольку мы с Эрбом приехали порознь, у нас не было возможности поговорить после проверки на детекторе. Эрб казался еще более отдаленным, чем вчера, наша беседа остановилась на «добром утре». Я отодвинула свои проблемы на второй план и, когда мы прибыли обратно в участок, подошла к Эрбу.

– Я ушел от Бернис, – заявил он.

– Ты ушел от Бернис? – тупо повторила я.

– Прошлой ночью. Но это мало что изменило. Я и так весь прошлый месяц спал на диване. По крайней мере, в мотеле номер 6 у меня есть большая кровать, на которой можно растянуться, и табличка на двери – «Не беспокоить». Оказывается, здорово просыпаться по утрам и не слушать ненужных разговоров о моих проблемах.

– Эрб, мне жаль.

– Да нет, не волнуйся. Наши отношения давно были на грани разрыва.

– Все в порядке?

Глупый вопрос. Конечно же, у него не все в порядке.

– Да. Хотя я пропустил завтрак. – Он улыбнулся, но эта улыбка мне не нравится. – Первый раз за двадцать два года. Может, пойдем перекусим?

Я кивнула. Эрб лихо довез нас до закусочной на Кларк-стрит, где круглые сутки подавали блины. В меню не было ничего дороже шести долларов, и официантка двигалась так медленно, что мне хотелось проверить, жива ли она вообще. Я заказала яичницу-глазунью.

– Подается с тостами, – зевнула она.

Я пожала плечами.

Эрб заказал омлет с ветчиной и сыром чеддер, бекон и две сосиски, без тостов.

– Эта диета убивает меня.

– Да уж.

– Это все из-за крахмала. Как здорово было бы съесть что-нибудь жирное. Я готов умереть за сандвич из французской картошки и макарон.

– Это есть в меню. Подается с ангиограммой.

Эрб высыпал девятый пакетик сахарозаменителя в кофе и размешал его вилкой.

– Как у тебя дела, Джек?

– Тебе ведь не хочется об этом знать.

– Хочется. Может, тогда я забуду о своих проблемах.

Я рассказала ему. Он помолчал и, готовясь проглотить кусок мяса, философски произнес:

– Черт, Джек, ну тебе и везет.

Я не хотела есть, но пришлось проглотить тосты – меня начало раздражать, что Эрб все время жадно поглядывал на них.

– Спасибо, напарник. Наверное, везет нам обоим.

– Ты все еще любишь Алана?

– Кажется, я и не переставала его любить.

– Он хочет вернуть тебя?

– Кажется, да.

– Ты любишь Лэтема?

– Да.

– Тебе придется выбирать.

– Я знаю.

– Кого из них ты выберешь?

– Я не знаю.

– А кто тебе нравится больше?

– Я не знаю.

– Ты собираешься есть яичницу?

– Не знаю.

– Ну вот тут я могу тебе помочь.

Эрб, быстро мелькая вилкой, осуществил операцию перевода яичницы на свою тарелку. Очевидно, развод не вредил его аппетиту.

– Что будем делать с Фуллером? – Усы Эрба были испачканы желтком.

Я обрадовалась, что мы сменили тему.

– У меня есть идея.

– Рассказывай.

– Фуллер признался, что после убийств у него проходит головная боль.

– Я читал медицинское заключение. Доктора говорят, что его опухоли не больше двух лет.

– Да. Но Фуллер сказал, что головные боли мучили его всю жизнь.

Эрб кивнул:

– Так что, возможно, он убивал кого-то и раньше.

– Надо заняться его прошлым, раскопать побольше, может, что-нибудь и нароем.

– А как это сделать?

– Ты забыл? Мы же офицеры полиции. Опытные профессионалы, которые всю жизнь занимаются раскрытием преступлений.

– А что, если раскрывать нечего?

– Придется что-нибудь найти.

Мы расплатились и, вернувшись в участок, сразу же взялись за работу. Для начала просмотрели послужной список Фуллера. На бумагах он считался хорошим полицейским. Арестов больше среднего, работал успешно. В полицейской академии тоже показал отличные результаты в учебе.

До того как начать работать в полиции, Фуллер был игроком национальной футбольной лиги. Эрб занялся этим, а я продолжила изучать ранние этапы его жизни. Фуллер учился в Университете Южного Иллинойса, играл в футбольной команде. Основной предмет – криминалистика, дополнительный – психология. Довольно необычные предметы для спортсмена.

Просматривая данные о его четырехлетнем курсе обучения, я наткнулась на любопытную деталь: оказывается, Фуллер был членом драмкружка, участвовал в различных студенческих постановках.

Судя по сведениям, предоставленным Либби, у него не было проблем в колледже, он старался не ввязываться ни в какие неприятности. В основном получал хорошие оценки. Очевидно, он познакомился с Холли в колледже и женился на ней сразу же после выпуска.

Я потратила пятьдесят центов из денег налогоплательщиков, позвонила в справочную и вскоре уже разговаривала с человеком по имени Шелби Дункан. У него был низкий голос, говорил он медленно, основательно.

– За те годы у нас два нераскрытых. Один – горожанин, мужчина, шестидесяти двух лет, ограблен и избит до смерти. Другой – студент, девятнадцать лет, выпал из окна. Содержание алкоголя в крови было очень высокое. Дело еще не закрыли.

– А что с пропавшими?

Я услышала, как пальцы забегали по клавиатуре.

– Сто тридцать восемь человек.

Такое большое число меня очень удивило.

– Это нормально?

– Это же университетский городок, лейтенант. Двадцать тысяч студентов посещают занятия каждый день. Некоторые уходят, никого не предупредив.

Я попросила его отправить мне факс, но он предложил мне лучший вариант – дал пароль для пользования его базой данных. Эрб склонился над монитором: