Партнер - Джон Гришэм

Каттер и Тед Гримшоу, старший следовательокруга Гаррисон, самым тщательным образом исследовали имевшиеся в ихраспоряжении скудные свидетельства, в число которых входили десять развешанныхпо стенам крупноформатных цветных снимков сгоревшего автомобиля. Гримшоуаккуратно снял все.

Пламя показалось немногим свидетелямудивительно жарким; теперь было ясно почему. Вне всяких сомнений, Патрикзагрузил салон пластиковыми емкостями с бензином. В результате алюминиевыестойки сидений оплавились, стекла вылетели, от приборной доски и от трупа почтиничего не осталось. На шести снимках было запечатлено тело – горсть пепла сторчащей тазовой костью на полу под местом пассажира. Слетев с дорожногополотна, “шевроле” несколько раз перевернулся. Вся правая сторона машиныобгорела.

Шериф Суини хранил искореженный кузов втечение месяца, а потом продал его как металлолом вместе с тремя другимиразвалинами, брошенными их владельцами. Позже он пожалел об этом.

Полдюжины фотографий с места происшествия:деревья и заросли обгоревшего дочерна кустарника. Добровольцам потребовалосьоколо часа, чтобы потушить разбушевавшийся огонь.

Патрик в завещании выразил желание бытькремированным. Он распорядился об этом примерно за одиннадцать месяцев доисчезновения. Патрик успел даже изменить свое завещание, вставив в него пункт отом, что его наследница Труди – а в случае их совместной смерти Карл Хаски –должна совершить обряд кремации. Не забыл Патрик включить и особые распоряженияотносительно церемонии собственных похорон и непосредственно погребения.

Причиной такой предусмотрительности сталасмерть одного из его клиентов, который не смог заблаговременно написать стольдетальные инструкции. В обсуждение способа похорон яростно включилась семья, иПатрику пришлось изрядно попотеть. В результате он даже заставил Труди выбратьсебе на кладбище участок, что она и сделала, указав на кусок земли рядом с его.Уже тогда оба знали, что, случись что-нибудь с Патриком, супруга очень быстроизменит свое решение.

Служитель кладбища сказал позже Гримшоу, чтокремация на девяносто процентов состоялась уже в машине. Взвесив прах послетого, как при температуре почти в тысячу градусов останки пролежали в печиоколо часа, он увидел, что стрелка весов отклонилась на сто сорок граммов –наименьший вес из когда-либо им зарегистрированных. О теле служитель не могсообщить ничего определенного: принадлежало оно мужчине или женщине, былочерным или белым, молодым или старым. Для этого просто не имелось никакойвозможности. Но если говорить правду, то служитель даже не пытался определитьхоть что-то.

Труп отсутствовал, как и любые данныевскрытия.

Огонь – прекрасный способ избавиться откаких-либо улик, и Патрик проделал великолепную работу по уничтожению следов.

* * *

Уик-энд он провел в старой охотничьей хижине вокрестностях небольшого городка Лиф, что находится в округе Грин, на самом краюнационального парка Де-Сото. Хижину эту он купил вместе с приятелем по колледжудва года назад со скромными планами немного обновить ее, уж больно спартанскойбыла обстановка. Осенью и зимой они охотились на оленей, а весной ходилистрелять диких индеек.

Убегая от проблем семейной жизни, он всебольше времени проводил в хижине, до которой было около полутора часов езды.Жену Патрик убеждал в том, что отправляется туда поработать в спокойнойобстановке. Там и вправду было тихо и спокойно. Его приятель и совладелец ужепочти забыл об их приобретении.

Труди делала вид, что скучает, однако Лэнсвсегда находился неподалеку, выжидая момент, когда Патрик покинет город.

Вечером в воскресенье, девятого февралядевяносто второго года, Патрик позвонил жене, чтобы предупредить ее о своемприезде домой. Закончив подготовку к сложному судебному процессу, он чувствовалсебя усталым. Побыв в его доме еще около часа, Лэнс ушел.

На автостраде Патрик остановился у заправки смагазинчиком, стоявшей на административной границе двух округов: Стоуна иГаррисона. На четырнадцать долларов и двадцать один цент он приобрел двенадцатьгаллонов бензина, расплатившись за покупку кредитной карточкой. Поболтал смиссис Верхолл, пожилой владелицей заправки. Она помнила многих проезжавшихмимо охотников, в особенности тех, кто, как и Патрик, находил удовольствие вподобных разговорах и пускался в хвастливые рассказы о своих приключениях.Потом миссис Верхолл рассказала, что он был в прекрасном настроении, хотя ижаловался на усталость. Она заметила: прозвучало это как-то странно. А черезчас услышала сирены проносившихся по автостраде полицейских и пожарных машин.

В девяти километрах, у холма с пологимсклоном, метрах в восьмидесяти от дорожного полотна, лежал на боку объятыйпламенем “шевроле”. Первым его заметил водитель грузовика, сумевший подобратьсятак близко, что от жара у него опалились брови. По рации он вызвал помощь, азатем уселся на торчавший из земли пень и бессильно смотрел на огонь.Различить, находился ли кто-нибудь в автомобиле, не представлялось возможным.Какая разница? Спасти водителя все равно было уже нельзя.

К моменту когда к месту происшествия подъехалшериф, пламя полыхало так, что за ним нельзя было рассмотреть даже контуровмашины. Горели трава и кусты. Прибыла команда добровольных пожарных с насосом,но у них не хватило воды. Останавливались проезжавшие мимо машины, гигантскийкостер обступали люди, прислушиваясь к реву огненных языков и негромкопереговариваясь. Поскольку убитого горем водителя “шевроле” никто не видел,оставалось предположить, что он – или она – остался в салоне.

Подъехали два больших трейлера. Пламяпонемногу стихало. Несколько часов шериф Суини вынужден был прождать, покаостынет металл. Была почти полночь, когда под сиденьем он рассмотрел нечто, чтовполне могло оказаться телом. Коронер[4] находился рядом. Обнаруженнаятазобедренная кость решила все сомнения. Гримшоу сделал необходимые снимки.Останки собрали и сложили в картонную коробку.

После того как с помощью карманного фонаря вполовине четвертого утра были прочитаны буквы и цифры на почерневшей пластиненомерного знака, внезапный телефонный звонок сделал Труди вдовой. На целыхчетыре с половиной года, во всяком случае.