Игра навылет - Семен Глинский

– Травматический радикулит. Нужно делать уколы, но они стоят денег. Ты сможешь заплатить?

Он отвернулся молча к стене и закрыл глаза. Вдруг в воздухе запахло спиртом, и он почувствовал, что к коже прикасается влажный мягкий комок. Потом в спину вонзилось что-то острое и жгучее, как будто ужалила пчела. Доктор всё-таки вогнал в него шприц, и разлитая по телу боль стала медленно отступать.

Рядом загремели сапоги, и он услышал полный сарказма голос полковника:

– Завалился на койку – другого от него я и не ждал. Ненадолго его хватило – великомученика нашего.

– Травма позвоночника, и серьёзная, – доложил начальнику доктор. – Придётся вести его на наркотиках.

– Нам нужно только довезти его до аэропорта, – объяснил задачу полковник. – А что с ним будет дальше – нас не касается.

– Куда вы собираетесь меня отправить? – Он попробовал сесть и обрадовался, когда у него это получилось. Тело снова подчинялось ему.

– Завтра ты должен быть в Питере. – Полковник и сам не понимал, чем вызвана такая срочность. – Тебя вызывают в суд. Твоё дело будут пересматривать.

Второй процесс занял ещё меньше времени, чем первый. Судья была опытная, у неё сложилось определённое мнение ещё до начала заседания.

Выслушав сбивчивые объяснения прокурора, женщина покачала недовольно головой:

– Мы переливаем из пустого в порожнее. Никаких конкретных фактов у вас нет – доказательная база отсутствует напрочь. На свидетелей оказывалось давление, и они от своих показаний отказались. Что остаётся? Одни предположения.

Она резко прервала бубнившего что-то себе под нос адвоката:

– Что вы там бормочете? Вы для чего сюда пришли? Защищать интересы вашего клиента? Вот и защищайте.

Но на него никто и не пытался нападать – прокурор поспешил отказаться от своих обвинений.

– Это уже не первый случай в моей практике, – констатировала судья. – Прокуратура допускает грубые ошибки на ранней стадии расследования, и в судах высшей инстанции дела разваливаются. Пора, наверное, сделать какие-то выводы.

Выйдя на улицу, он добрёл до сквера и, опустившись на скамейку, достал из кармана мобильник. Набрал короткий номер и, услышав голос генерала, выдохнул в трубку:

– Спасибо огромное, шеф. Я ваш должник.

– Отработаешь, – сказал генерал. – Тут американец собирается в Питер приехать. Хочет встретиться с тобой.

– Кто собирается приехать? – не понял он.

– Тот парень, который уложил тебя на пол, – объяснил генерал. – Он восхищается тобой. Говорит, что ты очень сильный боец. А он выиграл в тот раз случайно. У тебя появляется шанс.

– Замечательно, – сказал он без тени радости. – Но у меня проблемы с позвоночником. Жуткие боли, особенно по ночам. Я не могу обходиться без уколов.

– А ты поезжай в нашу больницу, – посоветовал ему шеф. – Условия там хорошие, не хуже, чем за границей. Наберёшься сил, подлечишься. А через пару недель приступишь к тренировкам. Небось сам соскучился по перчаткам.

Он заскочил на минутку в свою маленькую квартирку на Моховой. Снял с гвоздя старые боксёрские перчатки. Сдув с них пыль, надел и сделал несколько ударов по снаряду, подвешенному на длинном тросе к потолку.

Ничего в нём не дрогнуло, никакие чувствительные струны души.

Не отозвалось сладкой болью в мышцах тела. Не выплеснулось наружу сгустком сумасшедшей энергии.

Ушла та радость, которая когда-то переполняла его. А взамен остались тоска, скрюченный позвоночник и ноющая боль в спине.

Он снял перчатки и зашвырнул их на шкаф. Туда, где пылились завоёванные им призы и кубки. И выкинул бокс из головы.

Теперь все мысли были только о деньгах. Добравшись до больницы, он заплатил за консультацию, за рентген, за лекарства и за отдельную палату.

Лежал на койке, на удобном ортопедическом матраце, и, глядя в потолок, решал головоломку. Где взять денег на операцию?

– Смотрите сюда. – Хирург тыкал пальцем в рентгеновский снимок. – Эти два диска треснули, и нужно что-то срочно с ними делать. Лучше бы, конечно, не здесь, а в Москве. Ещё лучше за границей. Но это обойдётся вам в круглую сумму, в очень круглую.

– Ну а вы? – поинтересовался он. – Вы не сможете мне помочь?

– Почему нет? – ответил он. – Мы можем соединить всё железными гвоздями. К сожаленью, мера временная. Через год-полтора вы опять окажетесь перед той же дилеммой.

Он задремал и почувствовал сквозь сон, как чья-то лёгкая рука касается его плеча.

– Снова укол? – Открыв глаза, он улыбнулся медсестре. – Не слишком часто?

– К вам пришли. – У неё из-за плеча выглядывал высокий представительный мужчина. – Я включу верхний свет, хорошо? А то как-то темно тут у вас – мрачно.

Сестра ушла, а посетитель, взяв стул, подсел поближе к койке:

– Меня зовут Иван Оффенбах. – Мужчина протянул ему визитную карточку. – Родился в Саратове, но вот уже почти тридцать лет проживаю постоянно в Германии.

– Ну и что вас привело сюда? – разглядывая визитку, спросил он. – Тут написано, что вы коллекционер, и у вас своя галерея.

– Да, так оно и есть, – подтвердил мужчина. – Я по профессии врач, но практиковал недолго. Повело в другую сторону – в собирательство.

– Интересное дело, – согласился он. – В детстве я собирал монеты. А теперь охочусь за купюрами – в основном за евро. В Германии, насколько мне известно, они тоже пользуются спросом.

– Вы правильно ухватили суть. – Мужик достал из портфеля каталог. – Любая из представленных в моей галерее работ стоит десятки тысяч евро.

Обложку украшало восточное божество – у него было две безносые черепушки и три пары костлявых рук. И другие экспонаты тоже были жуткие и омерзительные.

Ножки стульев, изготовленные из кусков позвоночника. Оправленные в серебро черепа – они предназначались для застолья. Курительные трубки, вырезанные из берцовых костей.

– Кто-то ходит всем этим любоваться? – Его самого хватило ненадолго, и, закрыв каталог, он вернул его владельцу.

– Приезжают специально, – не без гордости ответил Оффенбах. – Скоро моя галерея станет одной из самых посещаемых в Европе.

– Вам нужно выставить мой скелет. – Он посмотрел на галериста с иронией. – Все говорят, что я похож на настоящего неандертальца. Народ будет сбегаться толпами.

– Вы буквально читаете мои мысли. – Немец прогулялся взглядом по мощному торсу и обритому наголо черепу. – Я увидел ваши снимки в газетах и сразу же понял, что вы уникальный экземпляр.

– К сожаленью, я не умер пока. – Разговор его забавлял, и он представлял себе, как будет веселиться медсестра, которой он потом всё это перескажет. – Придётся вам подождать.