Лишь шаг до тебя - Элис Петерсон

Когда Луи выпил чай, они с Мэттом стали играть в полицию.

– Сейчас я тебя поймаю! – кричит Луи. Мэтью падает на пол в гостиной. Луи надевает на него наручники и говорит: – Ты очень шалил, я сейчас отведу тебя в тюрьму. – Но тут же вскакивает и просит: – Еще! Теперь я преступник. Считаю до десяти! – Его неисчерпаемая энергия всегда меня поражает.

– Нет, Луи, пора спать, – говорю я. – Надевай пижаму. Сейчас я приду и почитаю тебе. – Я замечаю, как фальшиво звучит мой голос.

– Я ему почитаю. Хочешь, дружище? – спрашивает Мэтт, снимая с себя игрушечные наручники.

Луи кивает.

– Я еще раз покажу тебе мою спальню, – говорит он и берет Мэтта за руку. – Ты хочешь посмотреть на мою новую пижамку с ракетами?

– Не забудь почистить зубы, – кричу я.

Через пятнадцать минут я стою в дверях, слушаю, как Мэтью читает Луи сказку про сову, которая боялась темноты, и меня не покидает ощущение, что все это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Мне до сих пор странно слышать, как Луи зовет его «папа». У Эмили ушли месяцы, чтобы назвать Бена папой. Бен никогда не просил ее об этом и даже не надеялся. Он это заслужил. Я вспомнила, как в госпитале Эмили протянула к нему руки и наконец-то приняла его отцовскую роль.

Чтение закончено, я целую Луи.

– Мам, папа будет спать у нас?

Мэтт выжидающе глядит на меня, подняв брови.

– Нет, милый.

– Не сегодня, но, может быть, скоро я останусь у вас. – Мэтт гладит его по голове. – Ты хочешь этого, дружище?

Луи кивает, а я беру Мэтта за руку и тащу из комнаты.

– Не обнадеживай его, – говорю я, когда мы входим в кухню. – Это ни к чему.

– Не говори мне, что это не приходило тебе в голову.

Я чувствую себя загнанной в угол под его хищным взглядом.

– Нет, не приходило, – говорю я, отодвигаясь от него. – Ты тут ради Луи.

Мэтт улыбается знакомой улыбкой.

– Конечно. Правильно. Ради Луи. – Он обводит взглядом кухню. – Приятная у тебя квартирка.

Я хлопочу, открываю холодильник, достаю из него всякую всячину, проверяю готовность цыпленка, нарезаю овощи, говорю Мэтту, чтобы он сел. Но он расхаживает по кухне, хватает разные вещи, спрашивает, откуда они.

– Что это? – Он смотрит на подарок тети Вив – дорогую керамическую шкатулку с выгравированной внутри молитвой Анонимных Алкоголиков. Читает ее вслух, и в его голосе звучит легкая насмешка, или мне только кажется?

Он читает карточки Луи, разбросанные по квартире, берет в руки мои фотографии, книги и подсвечники, которые дарил мне Хьюго на день рождения.

– С кем это Луи? – Он держит теперь фотографию в рамке, где сняты Бен, Эмили, Луи и Нелли. Я сделала ее во время нашей прогулки.

– Эмили. Девочка из его класса.

– Да, но кто этот парень?

– Бен. – Я продолжаю нарезать овощи.

Взглянув на диван, я вспоминаю, сколько раз мы с Беном смотрели тут вместе фильмы, ели пиццу, спорили, смеялись, играли с детьми в игры. Я вспоминаю, как Эмили и Луи раскрашивали картинки на кофейном столике, как Бен распластался на полу и помогал мне собрать книжную полку в комнате Луи, как мы с ним смеялись над моей непрактичностью. Мы ощущали себя одной семьей, но тогда я считала это обычным делом – быть рядом с Беном.

– Бен? Луи тоже упоминал о нем. Он твой бойфренд или как?

– Нет. – Я продолжаю работать ножом. Стук, стук…

– Правда?

СТУК. Я вижу кровь. Бросаю нож и сую палец под струю воды. Так не годится. Я слишком рано позволила ему вернуться в мою жизнь.

– Он мой друг. – Как мне противно оправдываться.

– Все в порядке? – Он подходит, глядит на мою руку. – Полли, я что-нибудь не то сказал?

– Нет, нормально. – Смутившись, я ищу в ящиках пластырь, зная, что он следит за каждым моим движением.

Он выходит из кухни, пробормотав, что сейчас вернется. Я опираюсь на раковину и перевожу дыхание. Наливаю воды в стакан. Залпом выпиваю. О чем я думала? Когда я смотрела на Луи и Мэтта, игравших в парке, я чувствовала себя не так, а безопаснее, потому что смотрела с расстояния, находясь на нейтральной почве. Но когда оказалась с ним наедине, ко мне вернулись неприятные воспоминания. Я не хочу, чтобы он тут ходил, оставлял всюду свои отпечатки пальцев, омрачал это доброе место, в котором я провела последние четыре года. Звонит таймер духовки, и я вздрагиваю.